В моей смерти прошу винить… - Александр Варго

Алеша не любил темноту. Даже если в комнате горела добрая сотня ламп, но на улице была ночь, мальчик никогда не смотрел в окно. Он знал – там, за окном, кто-то есть. И этот кто-то ждет не дождется, когда Леша посмотрит в черный квадрат. Со временем нелюбовь к темному времени суток переросла в боязнь, в фобию, которая с возрастом только усиливалась. По счастливой случайности (наверняка это было делом рук мамы) в последний год эта хворь отступила. Шторы в его доме были плотно закрыты, в его спальне постоянно горел ночник с бегающими огоньками, а по всему дому были натыканы датчики движения. Практически каждый его шаг и он сам были надежно защищены светом люминесцентных ламп. В свои тринадцать лет Алеша наконец-то почувствовал себя счастливым (настолько, насколько мог почувствовать мальчик его возраста). И что вполне понятно, он решил пожить как нормальный ребенок.

Лагерь, в который его родителям удалось раздобыть путевку, располагался в окружении соснового бора на берегу реки Камы. Оформление и прощание с родителями не заняло более часа. Несмотря на то что Леша оставался без родителей впервые, он держался бодро и даже пытался улыбаться (все-таки недавнее упоминание папой, что ему тринадцать, а не пять, принесло свои плоды). После отъезда предков Алеша прошелся вдоль реки, постоял на пирсе, посмотрел на качающиеся лодки. Ему начинало здесь нравиться. Леша прошел мимо кинотеатра, заглянул в открытую дверь и тут же отпрянул. Темнота была настолько осязаемой, что Леша готов был бежать за родителями со слезами на глазах.

«Тринадцать лет, черт возьми, – вспомнил он слова отца. – А ты рассусоливаешь с ним как с пятилетним».

Алеша боялся отца, а порой и ненавидел за подобные высказывания, но здесь он был с ним солидарен. Ну не может пугать одно и то же (к примеру, темнота) подростка и маленького ребенка. Он еще раз подошел к черному дверному проему и всмотрелся в зал. Теперь он мог различить ряды откидных кресел и небольшую сцену. Алеша сделал шаг вперед. Сердце замерло. Но ничего не произошло. За ним не захлопнулась дверь, на него никто не набросился, и еще около сотни «не». Неужели так просто победить собственные страхи? Он прошел к сцене. Белое полотно экрана приятно радовало глаз. Алеша прошел вдоль полотна, поглаживая его ладонью.

«Вот видишь, совсем не страшно», – слова мамы.

А ведь она права. Тут нет ничего, что могло бы напугать.

Леша спрыгнул со сцены и осмотрел весь зал. Темнота будто отступила, увидев, что здесь ее никто не боится. Отступила туда, за последние ряды, поднялась по стене к окошкам для кинопроекторов. Нет, он наверняка не знал, что это за проемы под потолком – Леша никогда не был в кинотеатре, он просто догадался.

Тьма заползла в прямоугольники и, подрагивая, замерла там. Леша всмотрелся в черноту проемов, и на него нахлынула паника. Снова вернулось чувство, что из темноты за ним наблюдают. Алеша не стал дожидаться, когда в зал кто-нибудь войдет и застанет его тут в жутком состоянии, и выбежал на улицу. Он побежал к своему отряду, так ни разу не обернувшись.

Дни летели. Алеша совсем забыл о своей болезни. Летний день был длинным, а ночи… Он их не замечал. В одной комнате спали пятнадцать мальчиков, а в другой – десять девочек, так что шуму было столько – не до страха. И тут даже дело не в том, что Леша был занят играми и просмотром детских фильмов в том самом, как оказалось, безопасном кинотеатре. Бывало, он просыпался среди ночи и молча лежал, спрятавшись с головой под одеяло. Ему было очень страшно. Он все так же боялся посмотреть в черный квадрат окна. Лешу от паники отвлекало только одно – мнение девочек из соседней комнаты. И он засыпал, думая, что ни в коем случае не допустит, чтобы оно изменилось в худшую сторону.

Нет, все-таки в лагере было весело. У Алеши появились друзья, с которыми он мог дни напролет обсуждать «R2» и «Point Blank». Обсуждать, а не выкаблучиваться друг перед другом в Сети, не видя своего оппонента в реале. Погода выдалась хорошая, поэтому практически каждый день они купались, играли в пионербол и ходили в лес. Но к концу срока пребывания в лагере Леша да и все его друзья заскучали. По родителям, по «R2» и «Point Blank», по своим уютным миркам.