Русский экзорцист - Андрей Николаев

Светка провела пальцами по его выпуклым шрамам на груди. Он улыбнулся.

– Это очень красиво.

– Да, наверное… А кто меня сделал такой?

– Я. Я очень старался.

– А кто делал это тебе?

– Мой друг. Даже не друг, а учитель. Он направляет мою руку, он заботится о нас.

– Он здесь?

– Нет, он давно не появляется, но я слышу его голос. Он очень хотел бы стать такими, как мы, но не может.

– Как тебя зовут?

– Дмитрий.

– Дима, расскажи мне, как все было.

Парень взял ее за руку и, усадив на матрас, присел рядом.

– Я почти отчаялся, когда появился он. Его зовут Рец. Он показал мне новую дорогу и помог вступить на нее…

Светка прикрыла глаза. Дима рассказывал о неземном блаженстве и новом обществе, где избранные будут узнавать друг друга по прекрасным рисункам на телах. Где все будут равны, но она, Света, станет единственной. Ей будут поклоняться и надо только поверить в этот мир и повести за собой обиженных и непонятых, озлобленных и отчаявшихся.

Голос Дмитрия то уплывал вдаль, то накатывался, подобно прибою. Прошлое, которое она хотела вспомнить и не могла, отступило в дальний угол сознания, а его место заняли образы странного мира, где царили любовь и нега. Только одно воспоминание не давало ей покоя. Воспоминание о буре, когда вокруг ломались деревья и камни падали с неба, но кто-то закрыл ее своим телом, и они любили друг друга на мокрых листьях. Светка пыталась вспомнить лицо, но образ расплывался, оставляя лишь неуверенность, – было это или ей только приснилось.

– У меня кто-то был, – сказала она, – близкий и заботливый. Ты не знаешь его?

– Нет. Но мы найдем его, и если он действительно близок тебе, он пойдет с нами.

– Хорошо. Мне почему-то больно вот здесь, – Светка провела пальцами по простыне на груди.

– Это ненадолго, это пройдет. Я дам тебе лекарство.

Дима встал и прошел к холодильнику, стоявшему в углу комнаты возле задернутого тяжелой гардиной окна. Светка пошла за ним, не отдавая себе отчета, любопытство это или желание держаться поближе к этому странному парню, который так искренне восторгался ею.

Дима открыл холодильник, и она внутрь. На полках лежали пластиковые и картонные футляры. Некоторые были открыты, и в них блестели тонким стеклом небольшие ампулы. Дима выбрал несколько, сломал наконечники и, смешав, набрал жидкость в шприц.

– Раньше я боялась уколов, – сказала Светка.

– Ты мне веришь?

– Ты добрый. Наверное, верю.

– Тогда не бойся.

Он придержал пальцами протянувшуюся над кожей вену у нее на руке и быстро сделал укол.

Что-то мягко ударило в голову, и она стала оседать на пол. Дима подхватил ее, помог дойти до матраса и осторожно уложил.

– Как хорошо, – прошептала она, – да, я верю тебе. Мы будем жить в новом мире!

Она увидела словно наяву, как под раскинувшейся радугой собираются ее новые друзья. Добрые, красивые и приветливые, они ведут ее за собой, она держится за руку Димы, но, оглядываясь назад, видит того человека, что прикрыл ее от града. Он не хочет идти с ними. Она зовет его, но он только качает головой, и, наконец, новые друзья увлекают ее далеко-далеко. Туда, откуда она уже не может разглядеть ничего позади.