Миссия Девы - Сергей Пономаренко

— А название столицы — Таврополис — откуда оно пошло?

— Если честно, то не знаю — назвали так в древности, а почему — неизвестно. Можно только догадываться.

— А я знаю: «тавр» — от названия народа тавров, «полис» — от древнегреческого…

— Может, это и так, но здесь никому не нужна эта правда: ни прошлое предков Тиурга, ни то, что существует другой мир, похожий на наш, ни то, что эти миры связаны между собой посредством золотой маски. Наверное, в прадавние времена было возможно более тесное общение между нашими мирами — поэтому у нас так много общего, даже язык. Но сейчас… Открою вам, что у нас не все так хорошо, как может показаться на первый взгляд, — постоянно сражаются за власть политические группировки, с переменным успехом. Возможно, какая-то группировка и заинтересуется этим «мостиком» в политических целях, но принесет ли это что-то позитивное нашему миру? Готовы ли мы к этому?

— Выходит, что в нашем мире народ тавров, пусть очень малочисленный, но существует и сохраняет свои обычаи, культуру, язык и даже верования. Его история насчитывает тысячелетия, а в вашем мире…

— Я понимаю, к чему вы клоните. Чины, придворные звания, другие блага имели большое значение, а Тиургу Завоевателю, ставшему царем, надо было объединить все народы, находящиеся под его властью, и он пожертвовал своим народом — таврами. Возможно, назвав так столицу, он предполагал в дальнейшем возродить народ, но было уже поздно.

— Значит, все усилия моих предков и мои тоже были напрасными — король оказался голым.

— Нет, ваши усилия были не бесполезны, потому что вами двигала идея, которая помогла сохранить народ, не дать ему раствориться среди других. И хотя вас чуть больше сотни — вы знаете, кто вы такие.

— Следовательно, мне надо найти своих спутников и отправиться назад?

— Раз вы здесь оказались, зачем спешить возвращаться? Поживите, осмотритесь, составьте свое мнение, а потом решайте, как поступить.

— Пожить — где? Думаю, у вас здесь не коммунизм и за все надо платить.

— Вы сможете пожить у меня — я живу один.

— Вы не женаты?

— Имеете в виду парный брак? Мы от него отошли. У нас брачные союзы образовываются на временной, добровольной основе. Создаются и распадаются, а сколько в этом союзе состоит людей: двое, трое, четверо или больше, ничем не лимитировано.

— У нас тоже есть… шведская семья. А об исчезновении парной семьи писал еще Энгельс. Но на основе чего создаются ваши брачные союзы? Любви?

— В основном на производственном принципе и по интересам. С кем больше проводишь времени и имеешь более прочные связи, с тем и создаются устойчивые союзы. По любви тоже создаются, но они неустойчивые из-за возникающего чувства собственности, ревности, обид.

— А вот это мне не нравится, — заявила Мара. — Производственный принцип хорош в пчелином улье, а если общий интерес заключается в собирании фигурок игрушечных солдатиков, неужели это сильнее любви?

— Я не буду с вами спорить — в этом вопросе я не силен и, как уже говорил, живу один. Давайте на сегодня покончим с серьезными разговорами. Хотите, пройдемся по праздничному городу, может, отыщем ваших друзей?

Они влились в праздничную толпу, и через несколько минут Мара уже отрешилась от всего, наблюдая за бушующим вокруг весельем. Ее миссия, программа на выполнение которой была заложена в ее сознании еще в младенчестве, была выполнена и — ушла в небытие как оказавшаяся иллюзией. Пройдя посвящение в жрицы культа Орейлохе, уже тогда в глубине души она знала, что это анахронизм, но жестко искореняла такие мнения у других, послушно выполняя указания Совета Старейшин, следуя вековым традициям, основанным на слепой вере, которая не требовала доказательств. Ведь вера, как и платоническая любовь, боится сбросить покровы со своего кумира. И не каждый может низвергнуть своего идола, если он приносит блага, пусть даже иллюзорные.

Обо всем этом она решила поразмышлять завтра, а сейчас хотела почувствовать себя обычным человеком, отдаться веселью, и не важно, что она попала на чужой праздник.