Власть Веры - Регина Грез

– Я бы заморачиваться не стал, – всем видом Семен выражал готовность немедленно двинуться в путь, но Брадек резко выразил протест.

Он схватил меня за руку и принялся увещевать, как старомодная фрейлина:

– Вы поступаете неосмотрительно, Вера! Вам не стоит проводить время наедине с чужим молодым человеком. Может случиться непоправимое. Девичья честь всегда была предметом охоты и вожделения наглых самцов. Умоляю, не нужно никуда ездить! Это неприлично.

– Неприлично связываться с мошенниками, – возмущенно огрызнулась я, пытаясь снять холодные пальцы ботаника со своего локтя. – Неприлично совать нос в чужие дела. Забирайте себе драгоценные камни, которые чудом попали в руки – пусть это будет платой за спокойствие Альго, и уже будьте добры – покиньте Малинки.

– Щедрый подарок! – поджав губы, кивнул Брадек. – Однако я еще не закончил свои исследования, а ваш славный папенька позволил остаться в доме.

– Это ненадолго, – зловеще предупредила я. – Вернусь с прогулки и сразу поговорю с отцом. Я все про вас знаю, Иоганн. Включая темную авантюру с княжной Марией. Даже не думайте отпираться.

Брадек горько усмехнулся, отступая под моим натиском. И вдруг сдавленно прохрипел:

– Я искренне желаю вам добра, Верочка. Как же иначе? В тебе течет драгоценная кровь нежноликой девы, которую я всем сердцем любил и которую отняла у меня злая воля хозяина Плашины. Я сам жертва несправедливости и вынужден прозябать в одиночестве и тоске. О-о-о! Если бы вы могли представить, как тяготит меня бесцельное существование! Вокруг ни одной родственной души. Думаешь, я трясусь над богатством словно Гобсек, выживший из ума? Плевать я хотел на деньги! Их ведь даже некому завещать.

Он вдруг скривился и застонал, ухватившись за поясницу.

– Притворяется, – убежденно шепнул мне Семен. – Не слушай его, побежали к воротам.

– Да-да… – рассеянно отвечала я. – Вам лучше вернуться в кровать, господин Брадек, я сейчас позову Ванессу – она найдет какое-нибудь лекарство. А еще можно местному врачу позвонить, пусть сделает укол.

Оставив ботаника на попечение рыжеволосой ведьмы, мы с Семеном улизнули со двора и яростно закрутили педали в сторону реки. Но всю дорогу меня грызли сомнения. Перед глазами возникало страдающее лицо Брадека. Он, конечно, пройдоха, но, как и любой человек нуждается в понимании.

Волосы мои разметал встречный порывистый ветер, впереди мелькали лопатки Семена, туго обтянутые белой футболкой из последней коллекции Maiberg (Петар тоже уважал этот бренд).

Я начала уставать, когда мы выкатились на берег реки возле старого моста.

– И каков твой план? Хочешь пойти на приступ малыми силами?

Семен повернул ко мне торжествующее лицо, жестом фокусника достал из сумки цифровую камеру.

– Начнем здесь, пожалуй, а потом доберемся и до десерта. Бах оставил мне подробное описание места. Надо успевать, пока там порядок не навели. А то осенью пригонят бригаду рабочих, потеряется атмосфера.

– Надеюсь, это не слишком далеко…

Шины мягко шуршали по каменной кладке моста, и вскоре река осталась позади. Напрягая силы, мы поднимались на возвышенность левобережья, оставляя громаду Плашины в стороне.

– Ты уверен, что хорошо знаешь дорогу?

– Да, лес наш ориентир. Видишь, вон тот крест на обочине. Это указатель, что кладбище близко. Официальное кладбище, я имею в виду. Но нам нужно кое-что другое. Пить хочешь?

– Нет, спасибо! – проворчала я, доставая влажные салфетки, чтобы вытереть лицо. – Наверно, я переоценила свои возможности. Давненько спортом не занималась. В обратную дорогу еле-еле смогу педали крутить.

– Держись! На могилках передохнем, – хихикнул он. – Там тихо, спокойно.

– Шуточки тут не уместны.

– Догоняй, Вера!

Спустя полчаса езды по еле приметной колее на лугу, расстроенный Семен вынужден был признать, что заблудился, нам пришлось вернуться к указателю и после краткой передышки двинуться в новом направлении. Солнце уже начало опускаться к лесу, когда мы, наконец, добрались до поваленной железной ограды заброшенного кладбища, которое поначалу приняли за мусорную свалку.

У меня дрожали колени, а от голода чувствовалась странная легкость во всем теле. Белая футболка Семена промокла от пота под мышками и между лопаток. Кажется, он тоже вымотался и немного жалел о дерзкой вылазке по туманным подсказкам Акселя Баха.

– Гребаный немец будто специально хотел запутать! Вот же урод.

– Хватит ругаться. Предлагаю искать путь домой, пока еще хватит сил. Не уверена, что доберемся до темноты. Ты заметил? Тут связь не ловит.

– А мне насрать! Я должен заснять годноту, даже если ночевать придется в лесу, – бесился Семен.

– Ну и дурак! – тихо сказала я, не считая нужным спорить с чокнутым блогером из страны Достоевского, который писал про студентов с острыми топорами.

И все – таки я прислонила велосипед к ближайшей березе и пошла вслед за Семеном в надежде, что тот быстро снимет свою «годноту» и мы вместе вернемся в Малинки.

Похоже, когда-то давно динавское кладбище располагалось на открытом участке поля, а сейчас пряталось в редколесье. Вместо привычных гранитных надгробий – заросшие крапивой ямы и холмики с погнутыми крестами. Надписи разобрать невозможно, проволочные цветы позеленели от времени.

Кругом разбросаны сухие ветки, куски сгнивших досок и остатки разбитых каменных плит. Множество безымянных могил со скромными памятниками. Грустное место.

Я заметила, что Семену тоже не по себе, хотя он пытается скрыть волнение фальшивой песенкой, которую беспрестанно бубнил под нос, как заевшая пластинка.

И вдруг он остановился, наводя камеру куда-то в кусты шиповника.

– Вера, иди сюда. Вот это находка! Осторожнее, тут колючки… Ветку держи.

На железном штыре из земли торчал предмет, который я сначала приняла за железный горшок, но Семен безошибочно угадал его назначение.

– Немецкая каска образца сороковых годов прошлого века. Похоже, «гансиков» где-то тут и прикопали. Бах все же не сорвал.

– Хорошо, что ты с собой лопату не взял, а то бы до утра хватило работы, – сердито бросила я, с тоской поглядывая на заходящее солнце.

– Слушай, нам пора торопиться.

– Сейчас, сейчас… мне самому не терпится закончить.

– Слава Богу, дошло до тебя!

Я стряхнула с плеча липкую паутину и быстро пошла вперед, заметив прогалину между стволами деревьев. А там замерла на краю поляны перед кучкой свежей земли.

– Семен… кажется, я зря сказала про лопату. Смотри, здесь недавно кто-то рылся. Давай уходить. Пожалуйста! Мне все это не по душе.

Мы стояли у края глубокой ямы, на дне которой чернела вода с сухими листьями и вырванным с корнем бурьяном.

– Пф-ф! Я понял. Сделаю еще пару кадров и назад.

– Стой! Куда ты идешь? Мы оставили велосипеды в другой стороне. Забыл?

– Ну, возвращайся к ним и жди меня на краю леса, – нетерпеливо сказал