Zombie Fallout. Апокалипсис - Марк Тюфо

Бойня начинается

Когда-нибудь я расскажу вам о том, что происходило со мной во время странствий по глубинам небытия, но это зависит от того, что будет в ближайшем будущем. После своего неестественного забытья я очнулся в удивительно приличном состоянии. Я не заметил никаких негативных последствий. Возможно, они проявятся позже. Конечно, я немного похудел и хотел пить, как никогда прежде, но, высосав три огромных стакана воды, почувствовал себя совершенно здоровым, и даже более того. Да, я понимаю, что это прозвучит странно, но первое слово, которое приходит мне в голову – «сила». Может, «здоровый» и лучшее определение, но не такое точное и не настолько значительное. Не знаю. Сейчас у меня нет времени размышлять об этом.

Одеваясь, я выглянул в окно. Предо мной предстало неприглядное зрелище, от которого все внутри меня должно было похолодеть. Тысячи и тысячи мертвецов ковыляли к нашему пристанищу. Винтовочные выстрелы, которые еще несколько минут назад были редкими и звучали вразнобой, превратились в непрерывную безжалостную пальбу. Зомби падали сотнями. Но что толку? Это было все равно, что выжигать муравьев увеличительным стеклом: убей одного, и его место займет тысяча других. Происходящее больше смахивало на пустую трату патронов. Большая часть подстреленных зомби все еще шевелилась. В голову попадали только опытные стрелки, а большинство стрелявших в жизни не нюхали пороха. Дело не шло даже у опытных охотников – раньше им приходилось метить по пятисотфунтовым лосям, а не в двадцатифунтовые человеческие головы. Несмотря на то, что нападавшие были ходячими мертвецами, моим товарищам было все еще очень трудно заставить себя целиться в человека. Чаще они стреляли в корпус, это, по крайней мере, было менее заметно, а, значит, более терпимо.

Единственное, что играло нам на руку – это то, что стоило подстреленному зомби грянуться о землю, как он с большой вероятностью превращался в фарш под ногами орды, бездумно топчущей неудачника. Итак, я принял решение. Я останусь и буду сражаться до тех пор, пока не решу, что бой проигран окончательно. Насчет судьбы Литл Тертл я уже не сомневался, но оставалось проверить, сумею ли я вытащить своих близких невредимыми из этой заварухи. Однако долг, и, что хуже, честь обязывали меня помочь местным и сделать для них все, что в моих силах. Я не собирался бросать их.

Джастин сумел встать с постели, хотя это практически полностью его обессилило. Я застал его, когда он натягивал носки.

– И куда же ты собрался идти? – строго спросил я.

Он поднял лицо, и я невольно сделал шаг назад. Черты Джастина заострились, и это еще больше подчеркивали темные круги под глазами. Кожа на лице местами натянулась, а местами обвисла. Общее впечатление, им производимое, по силе действия равнялось удару под дых.

– Помогать, – ответил он, пытаясь отдышаться после того, как натянул правый носок.

– Единственное, чем ты сможешь помочь – это втянуть нас в неприятности.

Я не хотел, чтобы мои слова прозвучали настолько черство, но так уж вышло. Если бы речь зашла о состязании по ходьбе между зомби и Джастином, куда разумней было бы поставить на мертвеца.

Глаза Джастина расширились от обиды и боли.

– Я просто хочу помочь, пап. Хочу позаботиться о том, чтобы с мамой и Николь ничего не случилось.

– Я тоже этого хочу, Джастин. Но еще меня беспокоит судьба Тревиса, Брендона, Томми, твоя и всех остальных. Ты ведь понимаешь, верно? Я не уверен, что тебя не свалит отдачей при первом же выстреле.

Это его нисколько не утешило. Он смотрел все так же понуро.

– Джастин, если ты унесешь эту коробку с патронами, – сказал я, кивнув на коробку, которую держал в руках, – то я подумаю насчет того, чтобы позволить тебе пойти с нами.

Я все равно не собирался ничего ему позволять, но почему было не дать ему шанс?

Парень с сомнением поглядел на коробку. Если такую доверху наполнить боеприпасами, она будет весить около пятидесяти фунтов. А он с трудом был способен поднять носок, весивший восемь унций.

– Папа? – виновато произнес он.

Я чувствовал его боль.

– Джастин, ты должен остаться здесь с Полом и защищать нашу крепость.

Он прикрыл глаза, признавая свое поражение. Я пересек комнату и взял его за подбородок, заставив поглядеть на меня.

– Ты же видел, как Пол стреляет, да? – спросил я.

Это его немного оживило.

– Если все покатится к чертям, Джастин, мне нужно, чтобы ты был здесь. Мне понадобятся все твои силы, чтобы защитить маму и Николь.

Он понимал, что им манипулируют, однако больше не чувствовал себя бесполезным. У него появилась цель.

– Ладно, папа, – сказал он, вновь укладываясь на кровать. – Как только встану, пойду защищать дом.

– Хорошая мысль, – сказал я и, хмыкнув, потрепал его по волосам.

Голова его по-прежнему полыхала жаром, но уже не таким безжалостным и палящим, как раньше. И все же я не был уверен, что он совершенно вне опасности.

Когда я тихо вышел из комнаты и прикрыл за собой дверь, оказалось, что Пол ждет меня в коридоре.

– Как он там? – спросил он.