Кукла - Александр Варго

– Как я раньше не додумался!

Он включил служебный телефон и удалился в другую комнату.

– Пойду на улицу, – сказал Юра и вышел на улицу.

Руслан, улучив момент, смущенно спросил:

– Инга, я не мог не заметить сходство.

И хотя лицо женщины было скрыто платком, он чувствовал, что она покраснела.

– Я больше чем уверена, что Юра от тебя, – прошептала она.

– Я помогу вам, – сказал Руслан, внутренне осознавая, что говорит глупости, – куплю вам нормальное жилье, сделаем тебе операцию…

– Нам ничего не надо. Все, в чем мы нуждаемся, у нас есть, – твердо сказала Инга, и Руслан не успел ничего ей возразить, потому что в комнату вернулся Клепа, на лице светилась надежда.

– Дал команду своим бойцам старые карты найти. Еле уговорил, там сейчас такое творится!

Он шумно выдохнул и сел на заскрипевший стул.

– Все, кончилась моя власть. Еще пара дней – и я безработный. Отдохнул, называется, в отпуске, – сказал он мрачно. – Инга, ты знала о том, что на том месте, где вы жили, теперь целое кладбище?

– Да. Поэтому я и убежала, – сказала она.

– Кто эти люди?

– Не знаю, но отец говорил, что они заслужили это.

Клепа многозначительно хмыкнул.

– Когда вы ушли, я думала, что он умрет. Он был холодный и не двигался. Я принесла воды, хотела сделать перевязку и только тогда увидела, что рядом сидит Она, прямо возле уха. Словно что-то нашептывала ему. Потом отец зашевелился, я промыла рану и кое-как ее зашила. Он выжил, но я думаю, не из-за меня. Она вытащила его с того света, и он стал совершенно другим. А потом начался кошмар. Он притаскивал домой труп чуть ли не каждый месяц. Уходил на несколько дней и возвращался с огромной сумкой. Я не выдержала и ушла. К тому времени я была уже на четвертом или пятом месяце беременности. По-моему, он даже не понял, что я исчезла из его жизни. И лишь недавно я узнала, что он был в психбольнице.

Она печально покачала головой:

– Кукла спасла ему жизнь только для того, чтобы его руками убивать людей, которые смогли избежать справедливого наказания.

– Значит, Вадим был прав, – сказал Руслан, вспомнив, как тот рассказывал ему о сумке с человеческими останками. – Так все-таки как ты узнала, что мы здесь? – спросил он.

– Я же говорила, что видела сон. Мне кажется, отец тоже сбежал из больницы, потому что увидел знак от Нее. Понимаете, после стольких лет я чувствую некую связь, скажем, такую незримую нить, которая все еще связывает меня с Ней. И поэтому я не сомневалась, что вы в беде. И Она сейчас здесь.

– Интересно, где? – спросил Клепа внезапно охрипшим голосом.

– Где угодно. Может, в багажнике твоей машины. Может, у твоей жены под подушкой, – сказала Инга. – Может, Ее подарили твоей дочери на праздник, – она указала на Руслана.

– Тогда я не понимаю, зачем было столько ждать? – все еще упирался Клепа. – Ведь прошло двадцать лет.

– Разве вы не знаете, что месть, как блюдо, подают холодным? – удивилась Инга. – Тогда вы бы ничего не потеряли, кроме своих жизней. Ей было неинтересно играть с вами. А сейчас совсем другое дело.

– Игра? – переспросил Клепа. – Значит, то, что происходит, называется игрой?

– Для Нее – да. Она наказывает, играя, как бы между прочим.

– Как ее уничтожить? Можно ли остановить этот процесс? – снова спросил Руслан.

– Наверное, как-то можно. Но просто ломать или жечь бесполезно. Мы пытались это делать неоднократно, и каждый раз Она возвращалась.

У Клепы запищал мобильник.

– Да! Алло! Слушаю. Ага. Понял, – он несколько минут внимательно слушал, после чего отключил телефон. Глаза его возбужденно засверкали: – Есть! В пятидесятых годах существовало село Тени, потом его переименовали в Теменки, а потом и вовсе перестали обозначать на картах, там никто не живет. И находится как раз в здешних местах!

* * *

Ружье все никак не находилось. Странно, Саша прекрасно слышал, что отец сказал про кладовку. И патроны куда-то запропастились… Синенькая баночка с патрончиками, хе-хе. Саша не особенно утруждал себя поисками – он просто сметал все с полок на пол, но все тщетно – ни ружья, ни патронов. Парень усмехнулся – ох уж этот папаша, склеротик. В натуре, Клепа. Он где-то слышал, что его отца так называли в детстве. Прямо как мопса какого-то.

Он не переставал думать о Тане и очень надеялся, что она ничего не повредила при падении.

Ладно, хрен с этим ружьем. Он разберется с Игорем и без ружья. Прихватив по дороге здоровенные ножницы мачехи (в свободное время она с удовольствием занималась кройкой), Саша направился к комнате брата. Заперся, наверное, трус несчастный. Как он его обозвал? Онанистом? Сейчас он ему покажет онаниста. Отрежет письку к едрене фене, будет знать.

– Игорек! – рявкнул он. – Иди-ка сюда, гондон.

Он толкнул дверь ногой, и, к его удивлению, она открылась. Посреди комнаты стоял брат. Лицо Игоря было бледным, хотя он и старался казаться спокойным. В руках он держал ружье, направив ствол прямо в Сашу.

– Я знал, что ты придешь, – сказал он. Посмотрел на ножницы, и голос его дрогнул:

– Саша, убери эту штуку. Это не шутки. Надеюсь, ты пришел с ножницами, только чтобы попугать меня.

– Ага. Знаешь, так сейчас испугаю, штаны обделаешь, – прошипел Саша и шагнул вперед.

– Стой! – крикнул Игорь. – Ты что, с ума сошел?!

Саша, продолжая улыбаться, прыгнул на брата. Раздался выстрел, заряд дроби задел Саше плечо, но это не остановило его. Он навалился на Игоря, кромсая его ножницами. Игорь выронил ружье и закричал, пытаясь уползти от обезумевшего брата, но тот держал его бульдожьей хваткой, нанося удар за ударом. Остановился он только тогда, когда Игорь перестал вскрикивать. Тяжело дыша, он поднялся на ноги.

– Боже, Саша… – услышал он голос Лены. Он поднял голову. Мачеха стояла в ночной рубашке, спутанные волосы наполовину закрывали ее насмерть перепуганное лицо. – Что… что ты наделал?!

Саша разжал пальцы, и ножницы со стуком упали на пол. Ноздри снова защекотал знакомый запах духов, и он почувствовал растущее возбуждение, которое быстро сменила ненависть. Она с ними заодно, эта сука мачеха. Легла под их папашу только из-за его денег и положения. Да и Таня никогда ей не нравилась.

Он неспешно поднял ружье.

– Саша, нет, – забормотала женщина, делая шаг назад.

Прозвучал выстрел. Заряд дроби попал Лене в лицо, и она с грохотом упала на пол. Саша поднялся на ноги. Аромат духов опьянял, глаза защипало, и на секунду наступило протрезвление. Тут же заныло простреленное плечо. Смысл содеянного впился в мозг как ржавый серп, и он даже затряс головой, как мокрый пес, словно от этого устрашающая картина могла исчезнуть.