Луна-парк - Ричард Лаймон

– Я просто хочу уехать, – сказала Светлячок.

– Но ведь еще рано. Еще очень рано, – голос Джереми звучал как-то глухо. Наверное, это от выпивки, подумал он.

Светлячок сжала его руку:

– Пойдем. Все перевозбудились. Включая тебя.

– Я в порядке, – сказал Джереми. – Почему нельзя остаться еще немного?

– Ну раз ты так хочешь, давай останемся. Но только на несколько минут, ладно?

Он взглянул на стакан в своей руке и обнаружил, что тот пуст. Решил больше не наливать – Светлячок не одобрит. Она не пила, как все остальные: после одного стакана пунша сразу же перешла на пепси.

– Может, потанцуем? – предложил Джереми.

– Не знаю. Мне не до танцев. Да еще и музычка дерьмо. Ненавижу такую.

– Это «Бисти Бойз».

– Ну-ну.

В данный момент из танцующих осталась только Карен, несколько минут назад разоблачившаяся до лифчика и трусиков. Она дергалась и извивалась, ее волосы мотались в такт движениям, груди раскачивались, будто лифчика на ней вовсе не было, кожа блестела от влаги. Танцуя, Карен не сводила глаз с Тани.

Та же не проявляла к Карен ни малейшего интереса. Она смотрела только в свой стакан. Еще недавно она тоже танцевала, но, в отличие от Карен, совершенно одетой. Сейчас она развалилась на диване со стаканом пунша, положив босые ноги на ближайший столик. Рэнди сидел рядом, уткнувшись головой в колени и свесив одну руку. Похоже, он заснул.

Скорее уж вырубился, понял Джереми.

Пока Рэнди был в сознании, он буквально накачивался пуншем. Причем вел себя презабавно: хихикал, пародировал покойных президентов, то Честера А. Артура, то Томаса Джефферсона, снимал-надевал очки и опять придурковато хихикал… Наконец он рухнул на диван и затих.

Джереми вдруг очень захотелось оказаться на этом диване вместе с Таней.

Только не в отключке.

Он представил себя рядом с ней (и без лежащего рядом Рэнди). Таня сидела, слегка раздвинув колени. В дальнем углу комнаты расположился в кресле Ковбой с Лиз на коленях. Они сидели там уже довольно давно, и Джереми подозревал, что руки Ковбоя находятся у нее под кофточкой.

– Ну что, теперь ты готов идти? – спросила Светлячок.

– А который час?

– Пятнадцать минут одиннадцатого. Но ты же сам говорил, что мы могли бы уехать пораньше. Все равно ничего интересного.

– Пару минут, ладно?

– Чего ты ждешь? Надеешься, что Карен скинет с себя все остальное?

– Ничего подобного, – запротестовал Джереми.

– Я видела, как ты на нее смотришь. Как по мне, это гадко. Ты же понимаешь, чего она добивается?

– Просто танцует.

– Она хочет, чтобы Таня обратила на нее внимание.

– Но Таня же не лесбиянка.

– Тебе-то откуда знать?

– Ну она ведь была с Нейтом.

– Ага, а теперь Нейт ушел, и у нее депресняк. Глядишь, Карен и обломится.

– Ха-ха.

– А может, обломится кому-нибудь из парней, – Светлячок выгнула бровь. – Может, даже тебе. Ты на это рассчитываешь?

Он почувствовал, как лицо обдало жаром.

– Нет!

– Ага. Конечно.

– Честное слово.

Она прищурилась:

– Тогда докажи. Давай уйдем прямо сейчас.

Боже, подумал Джереми, что же делать? Что, если я откажусь? Возможно, это действительно мой шанс.

– Ладно, – сказал он. – Можно и уйти.

Губы Светлячка сжались в тонкую линию. Глядя ему в глаза, она кивнула:

– Отлично. – И, нащупав его руку, нежно сжала.

– Только мне надо заскочить в туалет.