Огонь и пепел - Джонатан Мэйберри

— Фу! — крикнул Джо, и громадный монстр замер. Красная кровь стекала с его шипов. У зома в венах и тканях все еще была кровь, что значило: он обратился всего несколько минут назад.

Когда Джо подбежал и посветил на зома, Бенни понял, что знал этого мужчину.

Сержант Перуцци.

Теперь мертвый, разорванный на кусочки.

Бенни услышал, как Никс издала тихий грустный звук.

Он был груб и угрожал Никс, но такого он не заслужил.

Никто не заслужил.

Бенни взглянул на Джо, ожидая увидеть твердое пренебрежительное выражение убийцы, но в глазах рейнджера была грусть.

— Пойдемте, — сказал он.

Лайла подняла меч Бенни и отдала ему.

— Спасибо, — сказал он, — я…

Но перед его лицом появилась Потерянная Девушка.

— Меня ждет Чонг. Не тормози нас снова.

Ее лицо было безжалостно, без капли милосердия.

Бенни мог лишь кивнуть.

Они повернулись и побежали.

Прошли два боковых коридора, но они оказались пустыми. Джо быстро объяснил, что один вел в ангар для ремонта, а другой — в комнату с генератором.

Они прошли вверх по лестнице и вдоль коридора, который был лучше освещен. Здесь были две тяжелые двери, расположенные в пятидесяти метрах друг от друга, и рядом с каждой они увидели кровь и гильзы.

— Кто-то здесь сражался, — заметил Джо, — используя двери и повороты коридора как точки обороны.

Тел, однако, не было. Никс указала на это.

— Значит ли это, что они уже внутри? — спросила она.

— С мутагеном реанимация происходит очень быстро, — сказала Макреди. — Больше, как переход из одного состояния в другое, чем смерть и возвращение к жизни. Все, кто здесь умер, могли бы встать через несколько секунд.

— Кто-либо остался? — спросила Никс.

Новый грохот стрельбы стал ей ответом. Он шел из глубины комплекса, вдоль пути, по которому они следовали. Макреди и Джо прислушались, каждый определял расстояние. Их глаза широко распахнулись одновременно.

— Боже, — произнес Джо.

— Больница, — сказала Макреди.

Все бросились вперед, а стрельба продолжалась, насыщенная стонами и криками. Все коридоры и лестничные пролеты казались Бенни одинаковыми, и у него было иррациональное чувство, словно они бегают кругами.

Потом один коридор закончился тамбуром, подобным тому, что они уничтожили в пустоши. Дверь была приоткрыта, ее придерживала обмякшая фигура с пулей в голове. «Зом», — понял Бенни. На его волосах и лице был красный порошок, черная жижа испачкала рот.

За тамбуром находилась маленькая комната, а потом второй тамбур, так же перекрытый ногами мертвой женщины, чья голова висела на неестественно изогнутой шее. Женщина не была одной из зомов снаружи, и не была жницей. На ней был грязный лабораторный халат поверх военной формы.

— Боже, это Карен Лански, — прокричала Макреди. — Здешняя медсестра.

Шум битвы был теперь намного ближе, но не такой насыщенный.

Меньше выстрелов. Меньше криков.

Бенни не думал, что это хороший знак.

Пока они собирались с силами, чтобы пройти через тамбур, Бенни наклонился и поцеловал Никс в губы.

— На удачу, — сказал он.

— Я знаю, — ответила она, улыбаясь. — Но она нам не понадобится. Мы заберем Чонга, найдем Бунтарку и Еву и выберемся отсюда.

Странно, что она сказала что-то настолько позитивное, но Бенни не видел сомнения в ее глазах. Она в это верила.

От этого ему снова захотелось поцеловать ее.

Джо глянул на них через плечо.

— Бенни, ты меня месяц доставал насчет того, почему солдаты и ученые ничего не делали, чтобы помочь тебе. Почему не пускали тебя, — он казался мрачным и серьезным. — Иногда нужно быть осторожным со своими желаниями.

Сказав это, он ступил через тамбур, быстро осмотрелся и немедленно открыл огонь.

Лайла встала прямо рядом с ним, и пистолет дергался в ее руке, пока она стреляла и стреляла.

Бенни и Никс крепче ухватились за мечи.

— Давайте, док, — сказал Бенни, — мы не позволим ничему случиться с вами.

Взгляд доктора был полон скепсиса.

— Слишком поздно для этого, ребята. Но… спасибо.

Они услышали еще два выстрела, а потом на весь комплекс внезапно опустилась тишина.

Джо Леджер позвал их.

— Все чисто, — сказал он жестко. — Здесь все кончено.

Они прошли через тамбур и увидели четверых жнецов и пятерых зомби, лежащих грудой впереди, за тем местом, где стоял Джо. Дым от винтовки рейнджера стоял голубой пеленой вокруг него.

Бенни и Никс вступили еще в одну сцену ужаса и безумия.

Прямо за дверью была кровать. На ней лежал мужчина, его глаза были широко распахнуты от ярости и боли, а пижама испачкана кровью и жижей, его конечности дергались, когда он пытался подняться. Не спастись — атаковать. Веревки привязывали его к кровати, приковывая руки, ноги и торс к металлической конструкции. Черная слюна слетала из кричащего рта мужчины.

Бенни посмотрел мимо него на лежащего на следующей кровати. И на следующей.

И на всех других.

Сотни кроватей. На каждой из них кто-то лежал. Все они боролись с путами, стонали и кусали воздух. Всех удерживали веревки.

Их форма висела на спинках стульев или была перекинуты через край кровати. Форма солдат Американского Государства. Лабораторные халаты ученых. Пиджаки пилотов.

Меч Никс резко опустился в ее руке, и кончик уперся с глухим «тинк» в бетон.

Вот почему никто по-настоящему не сопротивлялся вторжению жнецов.

Вот почему самолет стоял, бесполезный, на взлетной полосе.

Вот почему солдаты и ученые были такими озлобленными.

— Они все инфицированы, — пробормотал Бенни. — Они все…

Он услышал всхлип и, повернувшись, увидел, как трясется доктор Макреди.

— Нет, — сказала она, — нет.

Джо с деревянным лицом поменял магазины.

— Инфекция распространилась три месяца назад, — сказал он. — На нескольких солдат во время патрулирования у башен с сиренами напала стая B3. Одна смерть, но на нескольких других попала черная кровь. Я не знаю, попала ли она в чьи-то глаза или рот, или она была на руках солдата, и он коснулся лица руками. Мы теперь не узнаем. Но он принес мутаген в Убежище вместе с собой. Мы отправили послание в Американское Государство, чтобы объявить это место карантинной зоной. Списать его.

Он печально покачал головой.