Люболь. Книги 1-4 - Вера Авалиани

Доктор, озаренный догадкой, соскочил с кушетки, на которой расположился рядом с необычным для их клиники пациентом, и бросился выполнять процедуру, после которой малыш стал дышать ровнее и чудовищная боль у него прошла.

Архангел Рафаил всеми своими шестью крыльями нагнетал очищение воздуха вокруг больного малыша. Никто не удосужился окно открыть при выключенном кондиционере в реанимации. Надо высказать все Ангелу главного врача, подумал Рафаил.

Ангел Фреда тоже стал желать пассы вслед за высшим коллегой. Это выглядело, как колыхание в воздухе чудесного цветка с прозрачными розоватыми всполохами на лепестках. И было очень красиво. Если бы кто-то это видел, конечно, кроме младшего Ангела. От их священных пассов малыш порозовел, открыл чудесные яркие глазки. Приятно уметь совершать чудеса. Архангел Рафаил облегченно вздохнул. Ведь Божья воля в отношении судьбы крошки Фредди переменилась. И он обрел второй шанс.

Архангел потрепал по мальчишеским вихрам милого Хранителя Фреда:

– Молодец, Ангелочек, хорошую идею подал на счет переписывания судьбы малыша. Садись за сценарий. Сперва согласуй его с новыми судьбами Клода и Софьи, потом найди ему дело в жизни, так чтобы он мог его делать по мере сил и способностей. Ну и прочий антураж.

– И жену будущему Фреду искать?

– Жену не ищи. – Лицо Рафаила погрустнело, – У него навсегда в сознании останется страх иметь детей, потому что им так всегда плохо и больно. Он не захочет, чтобы кто-то от него родил. Да и дальнейший род тогда пришлось бы выписывать во втором поколении. А людей итак уже столько на тесной планете, что скоро есть всем нечего будет… С этими словами Архангел взвился вверх и отбыл по делам.

Глава вторая

В небесной канцелярии Ангел Клода присел на ту же тучу, где угрюмо понурившись, сидел Ангел Жиз. Туча-кресло, просев, превратилась в тучу-диван. Рядом плюхнулся, воспарив на миг над диваном, Ангел Софии.

– И что делать будем.

Ангел Клода не стал пожимать плечами:

– Не ангельское это дело решать. Скажут – выполним. – Он хорошо знал все предписания по исполнению Воли Божьей.

– Уже сказали. Придется нам с тобой срочно переписывать сценарий дальнейшей жизни Клода и будущего Софьи, пока все угомонились. А то пока действует деструктивный путь развития.

Переформатируем ладони у обоих, изменим линии жизни и судьбы. Ну, и будем в тандеме разруливать новые обстоятельства. Придется организовать их встречу и брак, прописать долгие годы совместной жизни. Ведь по прежним предписаниям оба они умирают вскоре, так и не узнав любви.

– Да, я успел до твоего прилета глянуть одним глазком на ксерокопии рук Клода и его жены – очень тяжелый конец сценария. Клод по прежнему предписанию должен скоро убить Жиз, чтобы она не пристрелила его самого и не погубила их ребенка. Клода полицейские не найдут. Но он сойдет с ума от содеянного, и в приступе безумия попадет под машину. Это отменяется. Теперь надо Клода каким-то образом доставить к Софии, там принять меры против убийства Сони киллером, нанятым ее свекровью. Ну и придумать, как поменять на счастье несчастье.

А…а Жиз, что будет с ней?! в голосе ее рыхловатого Ангела-хранителя звучала печаль. Весь он еще больше обмяк. Все же и Ангелы, как иные терпеливые мужья, привязываются к тем стервам, которых Бог послал. В прямом, а не переносном смысле слова.

Ангелу Клода стало не по себе. Ему ли не знать – в этом случае чье-то спасение – это чья-то погибель. Хорошо еще, что перед Ангелами не стоит моральная дилемма. Их-то шеф точно не ошибается, он абсолютно справедлив в своем решении кому что дать, а у кого что отнять. Но Ангел Клода не стал читать коллеге мораль, а просто утешительным жестом похлопал его по плечу:

– Мы ничего не будем больше делать с Жиз. Подчеркиваю – «Мы» – ничего. А просто ты покинешь ее, оставив тому, кого она через слово поминает – нечистой силе.

Ангел Жиз заплакал, поскуливая.

– Я должен был хранить ее лучше, – он словно порывался броситься на помощь, размахать крыльями ядовитые пары вокруг своего бывшего охраняемого объекта.

Но она этого не хотела, делала все поперек внутреннему голосу. И совершила столько зла, словом и жестом остановил его Ангел Клода.

– Тебя приставят совсем скоро к новорожденной девочке, у которой на руке похожий след борьбы против всех – не подкачай с ней, используй накопленный с Жиз опыт, чтобы такое не повторилось.

Ангел Жизель тяжело захлопал крыльями, медленно и по какой-то корявой траектории улетая с собрания с потухшими энергетическими крыльями. Будто наказывая себя, он завис под холодным мелким дождем, моросящим над огромными волнами Атлантики. Так, когда-то человеком он вставал под холодный душ, когда его лупила толстая, огромная, как гренадер, жена и ему было больно. Но он терпел, потому что любил общего мальчика. И, в конце концов, супруга забила насмерть прототип Ангела. Поэтому именно его и пристроили к Жиз, поскольку он «на своей шкуре» узнал «схожий материал». И вот – опять поражение.

Он кинулся на соседнюю тучу, как другие в разобранную постель и зарыдал, пытаясь стучать кулаками по столь непрочному материалу, как пар в воздухе…

– И все таки я останусь пока при Жиз в качестве хотя бы наблюдателя.

Ангел Клода долго смотрел вслед Ангелу – неудачнику, но потом собрался с силами и переключил внимание на того коллегу, с которым теперь придется работать в паре.

А тем временем классический красавец – ангел Софьи – чуть резковатый малый, попавший в Ангелы из одного парня, который поймал на тротуаре выпавшую из окна малышку, и сам погиб от удара об асфальт под ее тяжестью, согласовывал действия с Ангелом Клода:

– Но таких мужчин, какой Соне понравится, во всем мире даже не один процент, а один человек! Он не должен быть нормально функционирующим мужчиной, но при этом секс любить не должен, ему нужно уметь жалеть и спасать, не будучи Ангелом. И среди искомых типов только твой Клод в несчастливом браке с плачевным концом. Так что выбор Престола очевиден, его кандидатуру утвердили.

– А согласований сколько! Ужас! Может, пусть Клод эту свою Жиз сперва убьет, а потом мы его извлечем из прежнего сюжета? Вот уж демонстративный случай, иллюстрирующий поговорку: «ее легче убить, чем убедить».

Ангел Софьи задумался над этим поворотом сюжета в освобождении Клода для Софьи.

– Нет, нельзя. Он сойдет с ума от этого. И