Недури - Елизавета Шугич

А сам в рванье всяком стоит, никакого там комбинезона или хоть плаща. Тайга всё — таки.

Ну, я и сказал ему пару ласковых, после чего принялся выкапывать растение. Мужик, кивнув, ушёл.

Тут из кусов появляется Мара.

— Вы сказали, Мара? — мне не послышалось? Он знает про тайну Машки?

— Ну, Мара, конечно, а чего так удивляешься? Иль она тебе пока не говорила?

— Говорила. — ошарашенно ответил я.

— Ну, так и не перебивай тогда. Значит, выскакивает и орёт мне: «Не тронь, паразит, цветок! Понадобится мне, а он тут единственный, не тронь, дай мне сорвать!»

Ну, я там вообще чуть по земле не покатился. Ты представляешь? Я искал растения, чтобы улучшить свою жизнь, чтобы получить признания у родных и на учёной конференции, а мне какая — то девчонка, всё испортить пытается! И ведь именно, для тогдашних времён, редкое растение, стащить пытаются! Ну, и оттолкнул я её.

Тут опять мужик тот самый, первый — то. Говорит: «Руку на богиню поднимать? Нет тебе прощения!»

И вмиг я потерял зрение.

А Марка — то, увидав, что произошло, подбежала, давай извиняться. Да только смысл, от извинений — то? «Дам тебе чутьё на опасность», говорит. И дала. И начал я тогда то, что людям неведомо слышать. Да только, Марка по сей день себя виноватой чует, вот я и попытался у неё на старости лет, за тот самый цветок «услугу» выпросить. Авось, получится. — он пожал плечами.

Я не осуждал старика. Я понимал. Единственное, что — то мне всё равно не нравилось в нём.

— А почему Марку не попросили сразу вам зрение вернуть?

Он улыбнулся:

— Умный ты, смышлёный парень. А как думаешь, почему?

— Полагаю, можно было бы сказать, что экспедиция была очень опасная и добиться к себе жалости вперемешку с уважением.

Улыбка старика дрогнула:

— Вот ведь, молодёж пошла. Нам бы ваши мозги…

Из — за угла показалась женская фигура. Я искренне обрадовался, когда увидел, что моя напарница теперь тепло одета.

Розовый бомбер из экомеха, украшенный ромашками, красиво подходил к её глазам и тону кожи. Синие скинни — джинсы, ловко подчёркивали красоту ног, а обувь на высокой подошве, добавляла и так худенькой конфигурации, некий модельный шарм.

Я снова убедился, что меня завораживает ведьма. Аж дыхание спёрло.

— Чё застыл? — она прошла мимо меня и по ношу прошёлся тот самый аромат, что почувствовал тогда. Когда мы обнимались в комнате. Когда я… Воскрес.

— Мань, я… — слова застряли в горле. Не могу понять, как такое возможно. Дух чувствует запахи? Замечаю, как девушка заметно тускнеет и приближается ближе ко мне. Чёткий конфетно — цитрусовый запах нагло заползает ко мне в ноздри, заставляя наслаждаться каждым вдохом.

— Долго в молчанку играть будем, Живчин? — серые глаза всматриваются в мои с беспокойством. Я ловлю её взгляд на своих губах, она быстро краснеет и отворачивается.

— А ты не фамильничай, — решаюсь перевести тему — мы не в ЗАГСе.

Манька разворачивается и смотрит своим привычным взглядом исподлобья. Миссия выполнена.

— Да запахи он чует. — в комнату забегает Славушка, в руках удерживая поднос с едой — Гляньте, как ноздри раздулись. Тут, как пить дать.

Маленький ушлёпок!

Я недовольно насупился, отслеживая каждое движение мальца.

— Ты. Что? — Машка снова возвращает всё внимание ко мне. Чёрт, Славушка! Вот, угодил, так угодил, гадёныш!

— Я слегка чувствую ароматы. — признаюсь. А как ещё быть? — Совсем слегка. — показываю жест пальцами, уверяя в своей правдивости.

— Не слегка. — расставляя тарелки на стол, отмечает пацан — Вовсе нет. Зачем лукавишь?

— Да ты ж моё золотце! — пытаясь не выдавать свою злость, говорю я с улыбкой. Наверняка, больше получился оскал.

Манька резко срывается с места и держит курс на входную дверь. Моё тело, само, безо всякого моего желания, плывёт за ней. Не то, чтобы я против, но ощущение так себе.

Она с силой отдёргивает деревянную ручку, и мы оказываемся в ночном лесу.

— Небо сегодня, конечно, закачаешься… — попытка перевести тему, пытаюсь гнуть свою линию.

Сереющие глаза впиваются в меня, заставляя нервно сглотнуть.

— Говори. — командует Маня — Говори, не то, покалечу.

— Угрозы? Угрожаешь призраку? Не забыла, что я…

Она не дала мне закончить. Женская ножка с силой врезалась по паху. Воздух вышел из лёгких самостоятельно, заставляя меня слегка пискнуть. Моё призрачное существо сложилось пополам.

— Так, ты… Ты ближе к жизни, чем к смерти! — она развернулась от меня и судя по виду со спины, начала грызть ногти — Всё ещё хуже! То есть лучше! То есть!..

Она быстро тараторила, перебирая подходящие слова.

Теперь девушка снова сорвалась с места и вбежала в избу.

— Дед Маклай, мы пойдём! — оповестила гостья — Нужно торопиться! Всё не по плану, как всегда!

Старик, недовольно осмотрел меня с ног до головы. Ведьма дверь не закрыла, поэтому сделать это было легко. Он, цокнув языком, что — то сказал Славушке, а сам поднялся и облокотился на стол.

— Я ваше бытие давно изучаю. — зачем — то сказал Маклай — А потому, говорю тебе без утайки, Марена. То, что ты задумала, для тебя опаснее огня.

Девушка молча отвернулась.

— Какое там слово твоё нелюбимое, Маклай? — пожилой мужчина присел обратно. Он выдвинул ящик из стола и достал оттуда сигару. Понюхав свёрток, старик поджёг её красивой металлической зажигалкой. Я заметил на блестящей поверхности трёхглавого пса с горящими изумрудными глазами.

— Это слово «Надо», Мара. — проглатывая дым, ответил он.

В комнату снова вбежал пацанёнок, маленькими ножками. Он быстро настиг ведьму и сунул ей в руки свёрток. Она, в свою очередь, аккуратно приоткрыла кулёк, и удостоверившись, что содержимое верно, молча вышла из избы.

Мы направились по той же тропке, что и пришли. Теперь ночная тьма была просто невозможно непроглядной. Даже я, будучи духом, постоянно ощущал страх потери жизни в такое время суток.

— Что значит, нужно торопиться? — Страх — страхом, а любопытство по расписанию — У нас кончается время?

Маша молча пробиралась сквозь кусты.

— В таком случае вопрос, время на что у нас кончается? — не унимался я.

Девушка снова не отреагировала.

— А почему?…

— Блин, Эдик! — ведьма развернулась ко мне — Затухни!

Я быстро прикусил язык, заметив её настрой. Обычно, она довольно спокойная и язвительная. Теперь, нервная и суетящаяся.

Оставшуюся часть пути до трассы, мы шли в тишине. Я не решился больше