Дни крови и света - Лэйни Тейлор

Однако Кэроу смогла его остановить. Да, она похожа на жертву, но она его убила.

Если бы на этом все закончилось…

Новый звук. Шум крыльев. Совсем близко.

В голове звенело от этого шума, от хруста земли под лопатой, от жужжания мух. Они так быстро слетаются на трупы…

Казалось, она все еще стоит на краю ямы, и зловонный мрак тянет вниз… Кэроу проткнула мочку, прогнав воспоминание. Однако воспоминания как мухи — сколько их ни гони, они все равно возвращаются и зудят. Каждый раз себя колоть или резать не станешь. Больно! От ее сдавленного вскрика проснулась Исса.

Исса. Единственная радость за ту ночь: Исса жива.

— Милая моя девочка, ты что делаешь? — Женщина-змея развернула свои кольца и тревожно бросилась к Кэроу. Увидев иглу в мочке уха, она сердито прошипела: — Давай лучше я.

— Я не могла уснуть, — прошептала Кэроу и позволила себе помочь. А что, если бы Иссы не было? Что, если бы ее тоже убили?

— Бедная моя. — Голос Иссы звучал нежно и мягко. Она осторожно сделала первый стежок. — Девочка моя, неудивительно, что тебе не спалось. Как жаль, у нас нет сонного отвара.

— Или реквиемного.

— Не говори так! — оборвала ее Исса. — Ты жива, и это главное. Пока ты жива, пока он… Пока ты жива, всегда есть надежда. — Исса вдохнула поглубже и предупредила: — Готова?

Кэроу поморщилась в ожидании боли.

— Прости… Вы с Ясри умерли от… — робко начала она.

— Да. Не переживай, это была легкая смерть. — Исса вздохнула. — Как бы мне хотелось, чтобы Ясри была с нами. Она бы нашла что тебе дать. Она всегда что-нибудь придумывала для Бримстоуна.

— Мы обязательно ее заберем.

Неизвестно когда, неизвестно как. Что там теперь? Тьяго сжег и храм, и рощу. Прошло восемнадцать лет; выросли ли новые деревья? Роща была древней. Вспомнилось, как начинало биться сердце, когда вдалеке появлялись серебристые кроны деревьев, залитые лунным светом. Мадригал подлетала ближе, ветви расступались — и сердце билось все чаще оттого, что сейчас она увидит Акиву. Она знала, что он ждет, что подхватит ее в воздухе, прижмет к себе, они будут лежать рядом, и он будет водить кончиками пальцев по ее векам, касаясь нежно, как мотыльки колибри, как осыпающиеся в темноте реквиемные лепестки.

Кэроу закрыла глаза, обняла себя за плечи и стиснула их изо всех сил. Боль. Тьяго — союзник, Акива — враг. Почему все так обернулось? Что делало другого врагом?

Нет. Некоторые вещи не забыть. Кэроу снова впилась пальцами в кровоподтеки, отгоняя воспоминания. Счет убитым на беспощадных руках — вот что делало другого врагом. Море пепла на месте городов — разве этого мало?

Исса закрепила шов и обрезала нитку. Кэроу поблагодарила ее и стала думать о том, что теперь будет.

Солнце взойдет; вечно прятаться в комнате не получится. Придется показаться всем на глаза. Быстрее бы прошли синяки. А может, их не заметят? Когда ее в последний раз видели без синяков? Знают ли в касбе, что произошло у ямы?

Не всё, в этом можно быть уверенной, и — о боги и звездная пыль! — пусть никто и никогда не узнает правды.

Новый звук…

— Кэроу, — раздался тихий шепот.

Совсем близко.

Она заморгала.

— Кто там? — резко спросила Исса.

Значит, не послышалось — кто-то снова прилетел к окну.

— Впусти меня.

Голос был тусклым, блеклым, в нем не было привычной глубины, но Кэроу сразу его узнала. Ее бросило в жар и холод.

«Зачем? Зачем он вернулся?»

Она резко встала, стул отлетел к стене.

Исса недоуменно посмотрела на нее.

— Дитя мое, кто это?

Кэроу не успела ответить. Незапертые ставни распахнулись. Исса вздрогнула, по блестящей змеиной чешуе прошла волна. Кэроу отпрянула, подальше от ночного гостя и его тепла. Материализуясь в воздухе, в оконный проем протиснулся Акива.

И рухнул на пол.