Дозвониться до небес - Юлия Лемеш

Утреннее пробуждение сопровождалась грохотом и матом. Даже мыш в подполе затих.

– Ну-ну, – пробормотал Арсений и перевернулся на другой бок.

Перед сном он не поленился засунуть в дверную ручку комнаты стул. Теперь Миша пытался вырваться на свободу и бушевал.

– Мне что, в вазу нассать? – заорал он.

– Да хоть в штаны, – тихо буркнул разбуженный Арсений.

– А че он глотку дерет? Ааа, двери капец, – Маша не ошиблась.

Дверь, не выдержав удара, вылетела, как картонная. Врезалась в противоположную стену и чуть всех на фиг не поубивала. Арсения спасло одеяло, а Машу реакция. Она вмиг спряталась в «своей» комнате.

– Идиот.

– От такого слышу, – преспокойно заявил Арсений.

– Оба полные мудаки.

– А бабам слова не давали! – Миша втопил по коридору в направлении сортира.

– А меня что не запер? Не боишься? А зря.

– У твоей двери ручка неподходящая.

Пожав плечами, Маша обследовала ручку, подергала ее вверх-вниз. Арсений сквозь прикрытые веки наблюдал за Машиными передвижениями и мог бы поклясться, что она словно размазывается, при каждом шаге за ней следовала длинная лиловая тень.

– Вопросов больше нет? Ну так я еще посплю. – Арсений соврал, спать ему не хотелось.

Да и как тут уснешь, когда вокруг сплошной зоопарк?

Погадив, Миша обследовал дверь и пришел к выводу, что ее можно вернуть на прежнее место.

– Щас пожру и схожу петли новые куплю. И ручки. В которые ни одна падла стул не всунет.

– Заодно горшок ночной купи, – посоветовал Арсений.

Маша рассмеялась. Зло и радостно.

– Я два куплю, – парировал Миша.

Арсений позвонил мне. Взвинченным голосом поинтересовался о самочувствии отца. Я честно рассказала.

– Фигово. Очень фигово, – промямлил он.

– Ты скажи толком, что случилось-то? – натягивая джинсы, спросила я.

Мне нужно было подменить маму, которая взяла отпуск, чтобы присматривать за мужем. Тот уже вовсю шел на поправку, но вдруг обследование показало, что вдобавок к побоям у него подозревают язву желудка. Которая вполне могла обостриться на фоне стресса. Отец почему-то обрадовался и вел себя как малое дитя, которому требуется тонна внимания. Он даже капризничать научился. То в шахматы с ним поиграй, то кроссворды разгадывай, то про вампиров расскажи.

– Я потом тебе перезвоню, – пообещал Арсений.

Он не перезвонил. Не потому что не хотел меня видеть, просто решил, что в таком деле ему нужен другой помощник. Ради которого он даже решился оставить дом под присмотром Миши и Маши.

– Борька! Спасай! Ты мне срочно нужен!

– Ты где? Вовку вызвонить? Не вопи. Встречаемся у меня через полчаса. Успеешь?

– Да я уже у твоего дома стою. А тебя нет.

– Правильно. Скоро буду. Жди.

Потоптавшись возле бабок с поджатыми от подозрительности ртами, Арсений начал рассматривать странную птицу. Которая издавала пронзительную песню.

– Чудеса. Сама мелкая, размером с пятак, а голоса много.

Как называется птица, он не знал. Но красивая. Серая с кирпичного цвета пятном на грудке.

– Молодой человек, а что это вы тут делаете? – голосом прокурора-человеконенавистника спросила одна из бабок.

– Птичку разглядываю.

– Я так не думаю.

– Это ваши проблемы. – Достойный ответ почему-то не поднял настроения.

– Ну-ну, – прибавила бабка и уставилась на любителя-орнитолога.

Что подозрительного было в Арсении – непонятно. Скорее всего – ничего. Но такие гнусные старухи часто докапываются до неопасных людей. И выедают им мозг. С наслаждением. С кровожадной уверенностью в своей правоте. Которая, по их мнению, и есть единственная непреложная истина. Ну как тут не поверить в вампиров?

Старуха в окружении подруг кипела негодованием в ожидании непременного покушения на свою собственность. Арсений пожал плечами – ее дело.

– Привет! – Борька обернулся к замершим старухам, отвесил поклон и оглушительно проорал: – Здрасьте!

Птица, икнув, отложила какашку, прервала очередную трель и улетела. Бабки на приветствие отреагировали гораздо спокойнее.

– Они что – контуженые? – удивился Арсений.

– Фиг их знает. Но если не поздороваешься – с говном сожрут.

– Послушай, как у тебя обстоят дела с мобильником? – нервно дергая себя за ухо, поинтересовался Арсений у Бориса.

– Мобильник? При чем тут мобильник?! – вдруг разъярился Борька.

Старухи понимающе закивали головами. Они ждали событий уже несколько скучных часов. И дождались. По их лицам было заметно предвкушение убийства с последующим расчленением. От группового изнасилования они тоже бы не стали воротить носы. Особенно, если в извращенной форме. В общем, бабкам не хватало таблички с приглашением: «Заходите к нам на огонек, здесь пылают аццкие костры».

Борьке удалось успокоиться, и он внятно обвинил мобильник по всем статьям.

– Прикинь. Сначала эта срань кукует по ночам. Потом она шлет мне письма, в которых требует покормить ее деньгами. Она дожидается, чтобы я подключился к выгодному тарифу, а потом сама его переводит на дорогой. Без предупреждения! А потом, – Борис гневно сверкнул глазами, – выясняется, что эта тварь не кукует!