Номер 16 - Адам Нэвилл

В одном кресле лежала развернутая газета «Файнэншнл таймс».

— Присаживайтесь. Я не могу предложить вам выпить. На то, чтобы добраться до кухни и вернуться обратно, у меня уйдет целый час, а у нас мало времени.

— Прошу вас, не извиняйтесь. Мне стыдно, что я побеспокоила вас, честное слово. Я понимаю, что явилась без приглашения, но мне не нужно ничего, кроме нескольких слов. Объяснений. Дело в том… — Эйприл сглотнула тугой комок в горле, — что я узнала очень много нового с тех пор, как приехала сюда. И я очень жалею, что узнала. Однако теперь не могу уехать домой, не выяснив окончание истории Лилиан.

Упав в кресло и как следует отдышавшись, Том Шейфер внимательно посмотрел на нее. Теперь старческое лицо было спокойно, взгляд сделался решительным, уверенным, лишенным какого-либо смущения, несмотря на убогость обстановки.

— А вы действительно очень похожи на Лилиан, — произнес мистер Шейфер и наконец-то улыбнулся. — Она была очень красивая женщина.

Лицо Эйприл внезапно вспыхнуло. И не потому, что он счел Эйприл привлекательной, а потому, что признал связь, существующую между ней и Лилиан.

— Спасибо. Она и правда красавица. Я видела фотографии, ее и Реджинальда.

Том Шейфер все улыбался.

— Иногда на них больно даже смотреть. Тогда все было совершенно иным. — Он отвернулся, глядя непонятно куда, просто в пространство запущенной комнаты, где обитал изо дня в день. — Но все меняется. Наслаждайтесь тем, что имеете. Не ищите себе неприятностей.

Его слова прозвучали предостережением. Старик снова перевел взгляд на Эйприл.

— Я слышал, вы собираетесь продать квартиру Лили. Так вот, я бы попросил вас закончить с делами, и как можно скорее, и сразу же уехать отсюда. Не тратьте попусту дни своей жизни на это место.

— Почему вы так говорите?

— Мне казалось, вы понимаете.

Эйприл отвела глаза и уставилась на свои руки, стиснутые на колене.

— Кое-что я знаю, но не все. Я никак не могу соединить разрозненные фрагменты.

— И вы думаете, я вам помогу?

— Вы ведь были здесь. В то время.

Шейфер покачал головой.

— Но кто в силах понять, что произошло? Сомневаюсь, что лично я в силах. Бетти точно не смогла. И Лилиан тоже. А остальных больше нет с нами. То, что произошло, никак не укладывается в рамки обычного человеческого опыта. Мы не подготовились к этому, не смогли справиться. Этого не должно было случиться. Мы попались в ловушку, слишком гордые и слишком глупые, чтобы просто-напросто сбежать, когда еще существовала возможность.

— О какой ловушке идет речь?

Он испустил долгий вздох.

— Полагаю, теперь уже не имеет никакого значения, кто и что будет знать. Не могу поверить, что Бетти вам рассказала. Честное слово, не верится. Но с другой стороны, разве можно доверять кому-нибудь из нас, старых дураков? Кстати, я понятия не имею, о чем там писала Лилиан. Она была не в себе, и довольно долго. Это происшествие сильно повлияло и на меня. Но господи, все мы расплатились сполна! Все, без исключения.

Эйприл снова уставилась на свою коленку, ощущая, как ее переполняют знакомые отчаяние и раздражение.

— Но вы ведь можете поведать мне, как умер Реджинальд. Лилиан не хватило сил написать об этом в дневнике.

Том Шейфер поднял на нее глаза.

— Вы, конечно, слышали выражение «они слишком сильно любят друг друга»? Так вот, это как раз о Лили и Реджи. Мы не думали, что она переживет смерть Реджи, и, как мне кажется, в некотором смысле мы оказались абсолютно правы.

— Но как именно он умер?

Его взгляд сделался жестким.

— Он убил себя, выбросился из окна гостиной их квартиры. — Шейфер проговорил эти слова без пауз, не моргая и не запинаясь.

— Оттуда, где лежали розы, — выдохнула Эйприл. — Куда она складывала розы. Это был мемориал!

Она посмотрела прямо в глаза Тому Шейферу.

— Все случилось из-за Хессена. Из-за того, что он так мучил их и довел до безумия. Но как он это сделал?

Том Шейфер отрицательно покачал головой.

— Я не знаю.

— Вы должны знать. Муж Лилиан был героем, во время войны он совершал боевые вылеты над Европой, у меня сохранились его медали. Хотите сказать, он выжил и вернулся к любви всей своей жизни, чтобы потом убить себя из-за какого-то недоразумения с соседом? А заодно разбил сердце обожаемой жены и обрек ее на помешательство? Не могу поверить, будто никто не знает, почему он так поступил. Вы ведь когда-то были с ним близки.

Том Шейфер снова покачал головой.

— Теперь попробуйте понять, почему мы не говорим об этом и никогда не говорили. За исключением вашей бабушки, которая продолжала бороться. Вероятно, у нее было для этого больше причин, чем у остальных. Но как я могу вам объяснить? Вы не поймете, потому что не жили здесь в то время. Реджи был не единственным, кто совершил самоубийство. Миссис Мельбурн тоже, она была первой. Спрыгнула прямо с крыши и угодила на чертов забор. Ее пришлось вырезать из решетки. Затем был Артур, муж Бетти.

— Не может быть!

Шейфер закивал.

— Конечно, дело замяли, говорили какую-то ерунду о сердечном приступе, но на самом деле он наглотался таблеток.

— Но почему никто из вас не уехал? Почему вы не уезжали? Лилиан умерла при очередной попытке. Этого я не понимаю.

Голос Тома Шейфера гневно зазвенел:

— Неужели вы думаете, что мы, черт возьми, не пытались? Но мы не могли! В этом-то все дело. Не могли уйти ни в одну сторону за пределы нашего проклятого квартала неизвестно почему.

— Картины. Картины Хессена. Это как-то связано с картинами. Бабушка утверждала, что все дело в них.

Тело Тома Шейфера как будто еще сильнее съежилось в большом кресле. Теперь казалось, под клетчатой рубашкой и тренировочными штанами остались кожа да кости. Скрюченные пальцы дрожали на подлокотниках. Он закрыл глаза и в следующий миг затрясся уже всем телом. Эйприл захотелось подойти к нему, как она подошла к Бетти Рот, и поддержать старика. Приблизиться к этому измученному, подавленному человеку, утешить, как никто не утешил Лилиан.

— Если бы я только мог забыть те картины! — пробормотал Шейфер.

— Сначала они снились Лилиан, потом она стала видеть образы воочию. Рядом с собой.

— Как и мы все. Они почему-то не сидели внутри этих чертовых полотен.

— Из-за них Реджинальд убил себя? И все остальные тоже?

Том Шейфер закивал.

— Наверное, они счастливчики, те, кому хватило духу уйти. Но мы тоже пострадали достаточно. У нас из-за этой истории не было детей. У жены все время случались выкидыши.