Демон отверженный - Ким Харрисон

Длинная дорога, отходящая от федерального шоссе к дому-офису Трента была оживленной. Двухполосное полотно вилось и вертелось через обширный старый лес. Я однажды бежала по нему, спасая свою шкуру, от конной погони с собаками, и восторгов он у меня с тех пор вызывал мало.

Выехав из города, понеслись быстро и спокойно. Дженкс впал в задумчивое молчание, когда я предложила ему мирно поболтаться у внешних ворот, а потом найти меня на территории, когда сумеет ускользнуть от охраны Это было всего пять минут назад, а мне уже недоставало этого пикси. В тревоге я глянула на сумку, лежащую на сиденье рядом — я ее оставила открытой, чтобы он мог туда нырнуть, когда появится. Глупо было бы думать, будто Трент не станет ожидать от Дженкса попыток обмануть охрану, но это будет еще и доказательство, что Трент сам себе оказывает медвежью услугу, отвергая пикси как охранников. Раз Квен умирает, ему придется кого-то искать.

А Квен и правда умирает? — подумала я, чувствуя угрызения совести, что вчера не восприняла Трента всерьез. — И почему он думает, что это моя вина?

Я глянула на спидометр и сбросила газ, чтобы не врезаться в Трента. А когда показался многоэтажный и многоакровый комплекс офисов и лабораторий, я от удивления сбросила скорость до черепашьей.

Парковка для посетителей была забита, даже на траву выплеснулись машины. Одну сторону заняли белые школьные автобусы, им навстречу уперлись ряды дорогих машин и совершенно неожиданный автобус гастролирующей рок-группы. Через стекло мне был виден затылок Трента, и я сверлила его негодующим взглядом. Квен умирает, а он устраивает веселуху?

Я еще сбросила скорость, опустила окно, чтобы слышать разговоры и надеясь, что Дженкс в него влетит. Повсюду народ в маскарадных костюмах, быстрые возбужденные движения, водоворот толпы перед широким входом. Трент мигнул стоп-сигналами, у меня адреналинчику добавилось, когда пришлось нажать на тормоза, чтобы не врезаться в него сзади. Я едва успела, отвлекшись на трехфутового призрака, мелькающего между машинами. За ним гонялась какая-то торопливая женщина с папкой в руках.

Это была ежегодная хеллоуинская феерия Трента, где до отвращения богатые тусовались с трагически обездоленными — чтобы столько же этим последним помочь, сколько и привлечь к себе сердца и заявить о себе как о политике. Какая же мерзость — год выборов!

Стиснув пальцы на рычаге передач, я ползла потихоньку, глядя на публику и выискивая, куда приткнуть машину. Я не могла поверить, что на парковке нет служителей, но, очевидно, имитация посещения бедных кварталов входит в программу развлечений.

Трент высунул из окна руку, показывая на служебный въезд. Это была отличная мысль, и я пристроилась за ним, игнорируя знак «ПРОЕЗДА НЕТ». Кто-то в черном побежал к нам рысцой по подстриженной траве, но резко остановился и сделал нам знак проезжать, разглядев, кто едет. Это меня не удивило. После въезда в главные ворота за три мили отсюда мы уже проехали несколько не слишком заметных контрольных постов.

Осматривая темные поляны, я последовала за Трентом на его личную подземную парковку; прищурилась от электрического света. Быстрым шагом к нам подошел крупный мужчина в деловом костюме — судя по его виду, он знал, кто мы, но обязан был все равно проверить. При нем был пистолет и очки — чем хотите ручаюсь, способные видеть сквозь чары маскировки. Я опустила окно, чтобы с ним говорить, но Трент уже поставил машину, вышел и обратился к нему сам.