Вампиры - Джон Стикли

И Кот с разинутым ртом, уставившийся на ограждение. Феликс заставил себя подойти, посмотреть и заметить двадцатью одним этажом ниже, на тротуаре, три пятна.

– Не-е-е-е-е-е-т, – медленно завелся Кот.

Но Феликс ощутил, как тот подался вперед, выронил пистолет, правой мгновенно ухватил укрытое кольчугой плечо, развернул Кота к себе – он ведь маленький, наш Кот, – и врезал кулаком в живот.

– О-о-х, – выдохнул Кот и обмяк.

Но Феликс не стал ждать и для верности врезал с правой в подбородок, так что Кот отлетел и растянулся на кафеле террасы. Затем Феликс добавил слева и справа в грудь, ткнул пальцем в лицо и процедил, хотя бедный оглушенный Кот едва ли мог расслышать:

– Нет! Ты ни за кем не скачешь вниз!

После чего Феликс повернул Кота на бок, вскинул на плечи, как носят людей пожарные, умудрился нагнуться, подобрал пистолет и направился к дверям.

А сейчас надо убираться отсюда. И не медлить. Ать-два, прочь!

Потому что падение, даже и с двадцать первого этажа, не убьет вампира.

Назад через французскую дверь, огромный люкс, за дубовые створки, в коридор, к лифту, вдавить кнопку. Что теперь? Ждать? Бежать по лестнице?

А вдруг тварь помчится по ступенькам? Молнией, этаж за этажом, чтобы достать мучителя?

Но зазвенело, двери открылись. Ха, кабина на месте. Не слишком ли быстро она явилась? Или счастливая случайность?

Болван, да какая разница? Двигай!

Невыносимо долгое путешествие вниз, этаж за этажом, и страх перед тем, что окажется за открытой дверью.

Но там – ничего. Всего лишь фойе и перепуганные люди. Феликс зашагал по ступенькам к входной двери и вдруг замер, глядя на уличные вывески, людскую суету, припаркованные машины…

Вот же дерьмо! На эту сторону упали Джек с Адамом и вампир!

Он так резко повернулся к другому выходу, что чуть не упустил Кота. Но те двери – в конце длинного, похожего на туннель коридора, по стенам никаких окон, только витрины и отражения в стекле. Может, не стоит туда наобум? Лучше чуть выждать, разведать?

Но слишком много страха и усталости, остановишься – и больше не отважишься двинуться. Так что он просто подошел к стеклянным дверям, толкнул их бедром, вышел на тротуар, и – на другой стороне улицы стоял «блейзер».

– Глупая ты баба! – с восхищением заорал Феликс и побежал.

Когда добрался, Даветт уже завела мотор и открыла дверь. А улыбалась… так много добра, света, счастья и вообще чего угодно в этой улыбке.

Потом она заметила, что их всего двое.

– Что? Но где…

Феликс не дал договорить, заорал:

– Все здесь. Давай, гони! Ну?!

Она заколебалась, но лишь на секунду, рванула рычаг передач, шины взвизгнули и «блейзер» понесся в ночь, проскочила на светофор, свернула на одностороннюю улицу – и только тут Феликс понял, что они кружат вокруг чертова отеля!

– Ох, нет, – только и успел он выговорить.

Но она уже свернула еще раз, ехала перед отелем и собирающейся толпой зевак.

– Давай! – завопил Феликс. – Быстрей! Не тормози!

Она чуть глянула на него и подчинилась, вдавила педаль до упора, промчалась мимо бледных лиц и разинутых ртов, мимо машин, затормозивших у толпы, – и все остались за спиной.

Но Феликс успел заметить.

Единственное тело, окровавленное, исковерканное. Адам.

Но должно быть три. И было три, он же видел их. Зачем твари мертвое тело Джека?

Что?!