Я чудовище - Руслан Альфридович Самигуллин

– Ещё немного папочка и я тебя отпущу, – так же нежно и ласково промурлыкала девочка и поцеловала Михаила в окровавленную щёку. Отчего на её губах остались кровавые подтёки, которые она слизнула длинным тонким язычком.

Впереди замаячили отблески очередного мрачного и дождливого рассвета.

***

Глухой стук в дверь разнёсся по пустому коридору гостиницы. Уже пятнадцать минут Анна настойчиво пыталась разбудить своего начальника. Наконец, за дверью что-то закопошилось, громко бухнуло и разбилось.

– А, чёрт, – послышался недовольный голос, – какого хрена?

– Алексей Олегович, это я!

– Головка от часов «Заря», – пробубнил её начальник по ту сторону двери. – Что тебе надо?

– Алексей Олегович, звонили из райотдела, Федунин пропал, – взволнованно доложила Анна.

Дверь тут же резко распахнулась. В нос ударил едкий запах алкоголя смешанного с ядовитым перегаром и приправленным табачным дымом. На пороге, держась за дверную ручку, в одних трусах стоял её руководитель.

– Как пропал? Куда пропал? Вообще сколько сейчас времени?

– Половина седьмого, – быстро взглянув на часы, ответила Анна.

– Вот же блин… Звонить ему пробовала?

– Конечно. Абонент недоступен.

– Ладно, проходи, сейчас я оденусь и разберёмся, – он отошёл в сторону, открывая путь в номер.

По всей комнате были разбросаны алюминиевые банки из гостиничного мини-бара. На столе стояла початая бутылка водки, носящая гордое название «Столичная».

– Да уж, – укоризненно произнесла Анна, открывая окно, за которым продолжал барабанить осенний ливень.

Алексей Олегович сделал вид, что не заметил осуждающих охов и ахов напарницы, собирающей пустые банки. Хотя, может быть, ему и в самом деле было на неё всё равно.

Спустя десять минут они уже ехали в служебном автомобиле на то место, откуда предположительно пропал их коллега. Пост ДПС оказался оцеплен тремя нарядами и окружён сигнальной лентой. Обнаружить удалось немного. Засохшие следы крови недвусмысленно намекали на незавидную судьбу лейтенанта Федунина.

– Как, чёрт вас дери, он тут мог остаться один? – Мартынов не на шутку распалился на растерянных сотрудников постовой службы.

– Товарищ полковник, мы предлагали ему поехать, но он отказался, – испуганно оправдывался молодой парень с погонами сержанта, – очень переживал, что упустит кого-нибудь.

– Да-да, мы предлагали, – подтвердил другой.

– Предлагали, блин. Уволить вас надо нахер! – продолжал Мартынов. – Какие есть зацепки? Может быть следы, записи с камер наблюдения? У вас же тут целый пост выставлен!?

Сотрудники стояли молча, изредка переглядываясь друг на друга.

– А, чёрт с вами, придётся всё самому, – махнул на них Мартынов и пошёл к Анне.

На душе у него кошки не просто скребли, а орали во всю глотку. Нетрудно было догадаться, из-за кого Федунин остался дежурить один.

– Кому он хотел что доказать? – корил себя Мартынов. – Молодой и такой глупый. Ну, надо же быть таким ответственным… Или безответственным? Неужели он и вправду думал, что кто-то оценит подвиг на этой неблагодарной работе? Кому, нахер, мы вообще сдались? Копаемся в грязи, получая подачки в виде нищенской зарплаты. А ради чего? Усмирить свои детские травмы? Доказать что мы герои? Хер на палочке! Мы просто клерки…

В это время Анна уже беседовала с местным следователем и записывала на листочек какие-то цифры.

– Ну что там? – уже более спокойно спросил Алексей.

– Тут особо ничего. Кровь отправлена на анализ. Протектор следов грузовика очень схож с тем, что мы уже видели.

– А как же это? – он указал на висевшую прямо над головой дорожную камеру.

– Проверили, запись обрывается ровно с половины второго, – парировала Анна, – тут есть одна зацепка…

– Какая?

– Мне дали адрес психологического диспансера.

– Ммм… – многозначительно промычал Мартынов. – И что? Сама туда сдаться хочешь или меня прихватишь?

– Думаю, пока рано, – не оценив юмор руководителя, холодно парировала Анна. – Там есть некая дама, кажется, она что-то видела. В любом случае нужно проверить. Тут и так слишком много народу. Если они что-нибудь найдут, мы обязательно узнаем.

Впервые Алексей смог оценить настойчивость и харизму этой миниатюрной, но в то же время сильной девушки. Чем-то она его зацепила, но признаваться самому себе в этом не хотелось. Чересчур большая разница в возрасте, не говоря уже о взглядах на жизнь.

– Хорошо, едем, – деловито скомандовал он. – Я всё же надеюсь, что Федунин ещё жив…

***

Больничная палата совсем не напоминала стереотип о психушках с мягкими стенами и сумасшедшими людьми, представляющими себя великими Наполеонами. Всё выглядело вполне заурядно для российской глубинки. Обшарпанные стены, долгие годы не видавшие свежей краски. Мрачные медицинские сёстры с понурыми лицами, сопровождающие не менее грустных пациентов. Как-то раз Мартынову доводилось бывать в подобных учреждениях. Знакомый врач рассказал много грустных историй о несчастных стариках, которых сдают их «любимые» детки, дабы побыстрее продать их квартиры и купить очередную дозу. Истории серийных убийц, пытающихся доказать свою невменяемость и вместо сырой камеры отправляющиеся на принудительное лечение. Серая унылость, помноженная на многократное безразличие общества. Не это ли настоящий ужас?

На пути Алексея и Анны попалась медицинская сестра, вежливо указавшая на кабинет главного врача. Рядом с ней шёл неприятного вида мужчина, одетый в белый медицинский халат. Он встретился взглядом с Анной и дурашливо улыбнулся, оголяя гнилые жёлтые зубы. В его жесте не чувствовалось агрессии и, уж тем более, угрозы. Девушка прижалась поближе к Алексею и подальше от широко открытых похотливых глаз странного мужчины. С виду Мартынов сохранял каменное спокойствие. Даже тогда, когда этажом выше раздались истеричные крики, сопровождающиеся громким смехом.

– Жутковато тут, – призналась Анна.

– Нынче весь мир такой, остальных просто ещё не поймали, – Алексей открыл дверь кабинета главного врача.

За столом сидел седой мужчина преклонных лет. Из-под густых белых усов торчала старомодная курительная трубка. В душном кабинете приятно пахло табаком.

– Товарищ полковник, – привстав из кресла, услужливо произнёс заведующий отделением и протянул руку.

Мартынов крепко её пожал.

– А вы? – он вопросительно посмотрел на Анну.

– Пылёва, лейтенант Пылёва, – представилась девушка.

– Хм, не думал, что у нас ещё остались столь прекрасные блюстительницы правопорядка, – оценивающе констатировал заведующий.

– Остались, – Анна вежливо улыбнулась.

– Итак, Геннадий Петрович, мы сюда по делу, – уточнил Алексей.

– Знаю, знаю, – перебил его заведующий. – Мы уже всё подготовили. Как только она поступила, думали кранты ей, но нет же, выкарабкалась. Сильная баба оказалась. Ой, простите, женщина, – спохватился заведующий, бросив извиняющийся взгляд на Анну.

Та сделала вид, будто не слышала столь грубого пренебрежения. Если честно, то и сама Анна не особо жаловала представительниц одного с ней пола. Считала их тупыми крикливыми швабрами.

– Тем не менее, – продолжил Геннадий Петрович, – разговорить её не получилось. Она постоянно твердит о каком-то