Кино под небом - Джо Р. Лансдейл

– Полагаю, это открытие вызвало драку между Уэндлом и тобой, – сказал я.

Боб потер пострадавший глаз.

– Отлично, Шерлок. Ты прав. Джейк должен был встретить меня с пивом за закусочной «Дэйри Квин», что он и сделал. Но после того, как я загрузился, я увидел Леону и Уэндла, сидящих у него в машине перед входом в магазин. Причем они сидели так близко друг к другу, что их можно было принять за сиамских близнецов. У меня реально бомбануло. Она говорила мне, что по пятницам ничего не делает, только смотрит телек. Говорила, что я могу гулять с парнями, что она не против. Теперь знаю, почему. Она позволяла Уэндлу проверять ее уровень масла.

– И что ты сделал? – спросил Рэнди.

– Подошел, открыл дверь и назвал его сукиным сыном, кажется. В тот момент я был немного не в себе и плохо помню.

Я кивнул на его фингал.

– Я так понимаю, он не очень-то испугался?

– Я не заметил. И он довольно проворный для своей комплекции. Ушлепок выскочил из своего «Доджа», как созревший прыщик, и врезал мне в глаз, прежде чем я успел слинять.

– Выглядит неважно, – сказал я.

– Ты его бы видел.

– Ты врезал ему? – изумленно спросил Рэнди. – Врезал этому танку Уэндлу?

– Нет, но я чертовски уверен, что заляпал маслом его штаны. В смысле, испортил их в хлам.

Мы с Рэнди молчали, пытаясь переварить услышанное.

– Заляпал маслом? – наконец спросил я, словно произнося таинственную фразу «бутон розы» в «Гражданине Кейне».

– Когда он сбил меня с ног, я заполз под его машину, а он пополз за мной. Там с какой-то машины натекло масло – надеюсь с тачки Уэндла – и он обгадил себе все свои белые штанишки. Оба колена у него были в масле. Хрен отстираешь. Можно выкидывать.

– Ну ты ему показал, где раки зимуют, – сказал я.

– Он такой здоровый, что, когда я заполз под глушитель, он не смог добраться до меня… помните это, если он когда-нибудь погонится за вами. Забирайтесь под его машину, за глушитель, и будете в безопасности. Он не доберется до вас.

– Хороший совет, – сказал я. – Забираться за глушитель.

– Хотя он попинал меня. Он может достать вас ногами, так что там не совсем безопасно. Слегка придавил мне мизинец, но наконец сдался, сел обратно в машину и попытался меня переехать.

– Похоже, ты сумел сбежать, – сказал я.

– Выкатился из-под машины, как навозный жук. Помните, как быстро я катался в спортзале, когда мы выполняли то задание на кувырки?

– Насколько я помню, ты был ас по кувырканию.

– Именно.

– А что делала Леона? – спросил Рэнди.

– Она вышла из машины, начала орать и ругаться, что меня очень обидело. Она говорила мне пару раз, что она – леди, и не выражается такими словами. Клялась, что не произнесет слово «дерьмо», даже если ее никто не будет слышать. Но она стояла там и орала Уэндлу, чтобы он оторвал мне башку и затолкал ногой мне в горло дерьмо. Когда я выкатился из-под машины и побежал, она и Уэндл орали мне в след. И в тот момент я понял, что между нами все кончено.

– Действительно звучит, как ситуация, которую уже не исправишь, – сказал я.

– Ну… я испортил тому ушлепку штаны.

* * *

Мы погрузили продукты в грузовик Боба, заехали на заправку Бадди, чтобы залить в бак бензина и раздобыть льда для нашего ящика пива.

Пока мы там были, я пошел в туалет отлить, и Боб присоединился ко мне возле писсуара. Мы походили на двух кабальеро.

Туалет был реально мерзким, и пахло там ужасно. Писсуар был засорен конфетными фантиками и чем-то, что я не хотел особенно пристально разглядывать, чтобы, чего доброго, не идентифицировать. В одном углу было что-то размазано. Я надеялся, что это – шоколадный батончик «Бэби Рут».

Большинство граффити изобиловало орфографическими ошибками, а художник, нарисовавший на стенах голых женщин, похоже, не был знаком с человеческой анатомией. Мой папа говорил мне, что его поколение много чего узнало про секс из надписей и рисунков на стенах уборных. Я искренне надеялся, что наше поколение будет получать информацию из более авторитетных источников.

– Милое местечко, не так ли? – спросил Боб.

– Может, нам устроить здесь парочку свиданий?

– Мы могли бы сидеть на унитазах и болтать.

– Принесли бы сюда жевательный табак и все такое.

– А еще те маленькие сосиски, завернутые в хлеб и проколотые зубочистками.

– Серьезно, – произнес я. – Как ты справляешься?

– Нормально. Немного ботинки себе забрызгал и все. Но я не хочу здесь долго торчать. Тут воняет. А ты как? Какие у тебя планы?

– Очень смешно, Боб.

– Ладно, нормально справляюсь. Сейчас это просто моя бывшая девка. Ты слишком переживаешь за других. И за меня в том числе.

– Да, я сама чуткость.

– Ты… хотя да, я в порядке. Буду по ней немного скучать.

– Там не по чему скучать, Боб.

– Не знаю. Сиськи у нее были красивые и теплые.

* * *

Когда мы вышли, Рэнди стоял, прислонившись к грузовику.

– Я собирался уже организовать поисковую экспедицию, – проворчал он.

– Ну, – произнес Боб, – знаешь, мы немного поговорили, и, черт возьми, у нас действительно много общего.

– Ну да, – сказал я. – Ты не поверишь.

Рэнди закатил глаза.

– Как насчет того, чтобы уже сесть в грузовик?

Мы поехали в гараж Ларри, прибыли туда на пятнадцать минут раньше, но Уиллард уже стоял у входа и курил. Сигарета свисала с его губы, как присосавшаяся пиявка. Длинные чистые волосы зачесаны назад, из-под рукава черной футболки торчала сигаретная пачка, на плечо накинута выцветшая джинсовая куртка. Уиллард выглядел так, будто ждал, кого бы ему ограбить.

Он неспешно подошел к грузовику.

– Готовы?

– Мы всегда готовы, – отозвался Боб.

– По тебе видно, – сказал Уиллард. – Что с глазом?

– Есть один кабан, по имени Уэндл Бенбейкер.

– Садись, – сказал я, – и он расскажет тебе, как испортил Уэндлу штаны и как спрятался от него под глушителем.

Рэнди вышел из грузовика, уступив Уилларду место рядом с водительским, а сам сел сзади, захватив почитать номер «Фангории».

– Хороший мальчик, – похвалил его Уиллард, располагаясь на сиденье и свешивая руку из окна.

– Это верно, – сказал Боб, завел грузовик и направился в сторону выезда из города. Пока мы ехали, я смотрел по сторонам. И впервые