Хороший, плохой, неживой - Ким Харрисон

У нее глаза раскрылись шире, а зубы она стиснула – пыталисьне заплакать.

– Миз Морган, – ответила я, чувствуя себянеловко. – Я не работаю в ФВБ.

Дженкс шевельнул крыльями, не слетая с моей пенопластнойчашки.

– Она вообще работать не любит, – заметил онехидно.

– Миз Морган – наш внутриземельный консультант, –пояснил Эдден, наградив Дженкса хмурым взглядом.

Сара-Джейн промокнула глаза и той же рукой с платкомоткинула назад волосы. Она их постригла, отчего вид у нее стал еще болееделовой, и волосы спадали на плечи ровной желтой завесой.

– Я принесла его фотографию, – сказала она,копаясь сумочке.

Вытащив моментальный снимок, она подвинула его ко мне постолу. Я посмотрела и увидела ее с молодым человеком на палубе парохода, чтокатает туристов по реке Огайо. Оба он улыбались. Он обнимал ее за талию, онаприслонялась к нему Вид у нее в синих джинсах и свободной блузе был вполнесчастливый.

Я минуту потратила на изучение портрета Дэна. Симпатичный,крепкий с виду, одет в клетчатую рубашку. Имени такого мужчину полагаетсясельской девушке привести до мой – знакомить с мамой и папой.

– Могу я ее у себя оставить? – спросила я, и она кивнула. –Спасибо. – Я сунула фотографию в сумочку, испытывая неловкость под еевзглядом – она смотрела так, будто могла вернуть его просто усилиемволи. – Вы знаете, как связаться с его родственниками? Может быть, у негодома что-то случилось, и ему пришлось уехать, не предупредив.

– Дэн – единственный ребенок, – ответила она,промокая нос скомканным платком. – Его родителей уже нет на свете. Онислужили на ферме к северу отсюда. У фермеров ожидаемая продолжительность жизниневысока.

– Ага. – Я не знала, что еще на этосказать. – Формально мы не можем войти в его квартиру, пока он не объявленпропавшим. У вас случайно нет ключа?

– Есть. Я… – Она покраснела даже сквозькосметику. – Я впускаю его кота, когда он работает допоздна.

Я глянула на амулет-детектор у себя на коленях – он мигнулцветом, на секунду став красным. Она врала, но это и без амулета было ясно. Яне стала ее смущать, заставляя признаться, что ключ ей был нужен для болееромантических целей.

– Я там сегодня была около семи, – сказала она,поту лившись. – Все было в порядке.

– Семи утра? – Эдден расплел руки,выпрямился. – Н это же время, когда вы – в смысле, колдуны иведьмы, – спи те без задних ног?

Она поглядела на него и кивнула.

– Я – личный секретарь мистера Каламака. Он работает поутрам и по вечерам, и потому у меня рабочий день разделен. С восьми до полудняс утра и с четырех до восьми вечером. К этому трудно было приспособиться, но счетырьмя часами личного времени днем я могла чаще встречаться с… Дэном, –закончила она.

– Я вас прошу, – вдруг взмолилась она, глядя то наменя, то на Эддена. – Я знаю, что-то случилось плохое. Почему мне никто нехочет помочь?

Я неловко поежилась, пока она пыталась взять себя в руки.Понимала я ее лучше, чем она предполагала. Сара-Джейн была последней в долгойчереде секретарш Трента. Я в виде норки присутствовала при ее интервью, не всилах предупредить, когда ее заманивали верить в полуправды Трента. При всем ееуме у нее не было шанса избежать его шарма и щедрых предложений. При приеме наработу Трент давал ее семье золотой билет, выкупающий из рабства.

И Трент Каламак был действительно благожелательнымработодателем, дающим высокую зарплату и исполнительные выгоды. Он давал людямто, чего они отчаянно хотели, а взамен просил только верности. Когда до нихдоходило, куда замолит эта верность, они слишком уже много знали, чтобывырваться на волю.

Сара-Джейн вырвалась с фермы, но ферму купил Трент –наверное, чтобы она держала язык за зубами, когда узнает о его делах снезаконным наркотиком «Бримстон», а также с пользующимися бешеным спросомгенетическими лекарства-м и, запрещенными в Поворот. Я почти уже его прищучила,но единственный свидетель погиб при взрыве автомобиля.

В своей открытой жизни Трент служил в городском совете,неприкосновенный из-за своего огромного богатства, щедрых пожертвований наблаготворительность и на детей из бедных семей. В частной жизни никто не знал,человек он или внутриземелец. Даже Дженкс не мог этого сказать, что для пиксинеобычно. Трент втихую правил приличным куском нелегального Цинциннати, и ФВБ сОВ на пару продали бы своих начальников, чтобы встретиться с ним в суде. И воттеперь у Сары-Джейн пропал бойфренд. Я прокашлялась, вспомнив предложения,которыми Трент соблазнял меня. Увидев, что Сара-Джейн снова овладела собой, яспросила:

– Вы сказали, что он работает в «Пицца Пискари»? Онакивнула:

– Он водитель. Так мы и познакомились. Прикусив губу,она опустила глаза. Амулет-детектор ровно светился зеленым. «Пискари» – сетьресторанов для внутриземельцев, где подают все – от томатного супа до десертадля гурманов. Сам Пискари, как говорили, был одним из мастеров-вампиров вЦинциннати. Довольно приличным, судя по тому, что я слышала: без излишнейкровожадности, с ровным характером, официально мертвый уже триста лет. Но навернякаон был еще старше, а чем более цивилизованным и приличным выглядитнежить-вампир, тем глубже он, как правило, испорчен. Моя соседка по комнатесчитала его кем-то вроде доброго дядюшки, отчего я чувствовала себя в душетеплой, белой и пушистой.

Я дала Саре-Джейн другой платок, и она слабо улыбнулась.

– Я могу сегодня заехать к нему домой, – сказалая. – Вы не могли бы меня там встретить с ключом? Иногда профессионалзамечает то, что не видят другие.

Дженкс фыркнул, и я дернула ногой под столом, стукнув снизупо крышке, отчего он подскочил в воздух. Сара-Джейн просто обрадовалась.

– Ох, спасибо, миз Морган! – выдохнула она. –Я могу прямо сейчас. Только позвоню моему боссу и скажу ему, что немногоопоздаю. – Она схватилась за сумочку, готовая бежать прямо сейчас. –Мистер Каламак мне сказал, чтобы я сегодня взяла днем столько времени, скольконадо будет.

Я глянула на Дженкса, который зажужжал, чтобы привлечь моевнимание. У него на лице было тревожное выражение «я-же-тебе-говорил». Как милосо стороны Трента освободить секретаршу на целый день для поисков ее бойфренда,когда он наверняка засунут в чулан, чтобы она держала язык за зубами.

– Лучше вечером, – ответила я, думая о своейрыбке. – Мне нужно еще кое-что сделать. – Состряпать защитные амулетыот гоняющихся за мной бандитов, и пистолет пейнтбольный проверить, и деньгисвои получить…

– Конечно, – сказала она, помрачнев и снова сев вкресло.

– А если там ничего не окажется, двинемсядальше. – Я попыталась уверенно улыбнуться: – Встретимся у квартиры Дэна вначале девятого?

Услышав в моем голосе «вы свободны», она кивнула и встала.Дженкс взлетел в воздух, и я тоже поднялась из-за стола.