Смерть на кончике пера - Людмила Белякова

На него удивленно глянула женщина средних лет в белом халате:

– Вы кто? Родитель?

– Пока нет, – улыбнулся своей фирменной улыбкой. – Я корреспондент «Крестьянской газеты». Делаю материал о состоянии здоровья жителей города. Полчасочка сможете уделить?

Андрей поставил перед ней диктофон, нажал на кнопку.

– Рассказывайте – чем наши детки болеют и как с этим бороться.

– А это обязательно? – Она опасливо ткнула пальцем в черную коробочку.

– Для объективности и точности – да. Вдруг что-то упущу.

Медичка подобралась, поерзала на стуле, откашлялась – как для выступления перед публикой.

Рассказала она ему вещи довольно предсказуемые. Поколение росло слабоватое на утробу и на голову, только животом больше маялись девочки, а головой – будущие воины.

– Вот вы говорите, вас необычные случаи интересуют.

– Какого же журналиста они не интересуют?

Она задумалась.

– У нас года два назад был случай… Не знаю, стоит ли рассказывать. Такая непонятная история… Мы с одной молодой учительницей вынуждены были расстаться, по настоянию родителей. Я вам расскажу, только вы не записывайте, ладно? А то вдруг…

– Что?

– За клевету потянут. Это не для печати.

– Как хотите. Ваше право.

Андрей демонстративно нажал на кнопку остановки – она все равно не срабатывала с одного раза – и отставил диктофон в сторону.

Медичка, расслабившись, стала говорить, понизив голос.

– Три года назад, ну, учебные годы имею в виду, к нам пришли из нашего же педа новые учителя, выпускники. Педагогов у нас с собственным институтом хватает, так что это были самые лучшие. Работали хорошо, но только родители стали замечать, что у нас заболеваемость в школе поднялась. Да и я заметила – цифры по обращениям, пропущенным по болезни дням все поползли вверх. Стали проверять с завучем – глазам своим не поверили. Вся статистика говорила о том, что дети заболевают после уроков одной и той же учительницы.

– Что – слишком строгая? – стараясь не показать волнения, уточнил Андрей.

– Нет, претензий к ней не было, детей любит, доброжелательная. Потом проверили на обострения хронических заболеваний. И та же картина – как Анна Аркадьевна…

– Как? – стараясь не выдать себя, уточнил Андрей.

– Анна Аркадьевна… Вот как она ребенка к доске вызовет, на следующий день он в школу не приходит. И что характерно, от отметок это никак не зависело – что пятерка, что тройка. Она внешне очень милая девушка была, прямо Снегурочка, двоек вообще не ставила… А когда одному мальчику эпилепсию диагностировали, его мамаша чуть ли не с кулаками на эту Анну Аркадьевну набросилась: «Из-за вас ребенок инвалидом стал!..» Несправедливо, конечно, но и мать понять можно.

– И чем это закончилось?

– В конце третьей четверти она перешла в другую школу, далеко, за городом, в Запрудах, но и там только до конца учебного года доработала. – Медичка сокрушенно покивала головой. – Там вообще ЧП случилось. После итогового сочинения за четверть у нее весь класс заболел редкой, тяжелой формой скарлатины… Четверо детей попали в реанимацию, но обошлось без летальных исходов.

Чуть помолчали.

– Правда, в то время был всплеск заболеваемости по скарлатине, но чтобы класс, целиком, одновременно… Школу закрыли на дезинфекцию, и учителям, и детям сделали повторные прививки, но это уже, считай, после драки кулаками махали.

– А что эта Анна Аркадьевна?

– В школу она так и не вернулась. Да и не взяли бы, наверное. Объяснения этому нет, формальной вины нет, она и сама сильно переживала, но от фактов не отмахнешься.

– А как ее фамилия?

– Мм… Постойте, да она за нашего сотрудника замуж вышла, за учителя физкультуры. Фамилию свою сменила на Коваленко… Да, Коваленко.

Андрей удивился бы, услышав что-то другое.

– Она одно время в газетах разных работала – вы ее разве не знаете?

– Публикации читал, а ее саму никогда не видел, – честно признался Андрей.

– Вы об этом писать будете?

– Об Анне Коваленко? Пока не вижу смысла. Вы же сами говорите, что объяснения этому нет. А за профессиональную консультацию спасибо. Об этом напишу. Это важно.

Андрей убрал со стола диктофон и, уже положив его во внутренний карман, нажал на «стоп».

«Нас не объегоришь, нам не подкузьмишь!» – весело и чуть злорадно повторял про себя, вышагивая по камням старинной мостовой вверх, к центру города.

Все-таки он оказался прав – эта Анна К. изводила людей. Дядя-врач не прав. Прав он, Андрей.

Дома Андрей еще раз послушал ту часть беседы, которая касалась Анны К. Система в действиях этой девицы явно прослеживалась – люди, вступавшие с ней в диалог, заболевали, а то и умирали.

«Не девица, а СПИД в юбке».

Зачем она появилась в городе около месяца назад? Неужели для того, чтобы тиснуть статейку в дамский еженедельник?

Андрей порылся в куче старых газет и нашел номер «Мимозы», который дала ему Тамара.

Обычные советы по «зеленой косметике» – настой для умывания из побегов мать-и-мачехи, салат из одуванчиков… Первый номер за март. Надо узнать, когда там дают гонорары, и попробовать отловить эту новоявленную Лукрецию Борджиа, не отходя от кассы.

В той же куче бумаг Андрей нашел распечатку файла Анны К. В гороскопы он не верил, но отметил про себя, что Анна К. – по зодиаку Рыбы, водная стихия.

Зазвонил телефон.

«Отвечу, даже если это Томка, – подумал утомившийся Андрей. – Надо отвлечься».

Это действительно была она.

– Чего не звонишь-то?

– Да только отдуплился. Борода задание спросил предыдущее, а сейчас сижу и обдумываю материал для рубрики «Заметки хренолога».

– Кого?!

– Фенолога. Не моя тема – цветочки… Слушай, а ты не в курсе, как местная жительница, у вас в районе ядовитые растения произрастают?

– Ну, я-то городская… А ядовитые да, есть. Ой, ты мне напомнил, в прошлом году случай был, над одной бабой-дачницей весь город ржал!

«Да, у вас если ржут, так всем городом».

– В округе расплодился борщевик – не знаешь?

– Нет, не представляю. Я тоже дитя асфальта.

– Ну, я тебе летом покажу. Он на укроп похож, только под два метра высотой и корзинки у него по полметра, тогда они на всех углах повылезали чуть ли не в городе…

– Напоминает «День триффидов» – читала?

– Во-во, точняк! Так этот борщевик – жуткое растение. Одна тетка по дороге на дачу вошла по надобности в кустики у дороги, да еще листочком этого борщевика, как туалетной бумагой, воспользовалась! Через три часа ее муж в ближайший травмопункт привез почти без сознания от боли. Они чуть ли не в милицию на него заявлять бросились – что, мол, с женой сделал, подлюка!