Соседский парень - Роберт Лоуренс Стайн

Кристал пожалела парня и подумала: „Когда она поймёт, что Скотт влюбился в меня без памяти, то сходит с Джейком. Да, размечталась…“

— Ребята, — сказал Скотт. — Я вынужден вас выгнать. У меня полно работы на дом, к тому же я обещал отцу постричь изгородь.

Джейк встал.

— Ладно, пойдём, Линне. Самое время для математики.

Та не двинулась. Парень потянул её за руку.

— Убери свои лапы, — огрызнулась она. — Что ты делаешь?

Ухмыляясь, Джейк стащил девушку со стола и сгрёб коньки.

— Я очень силён! — прорычал он.

— Эй! — Линне заколотила его по спине, когда тот понёс её из комнаты. — Выпусти меня, животное! Отпусти сейчас же!

Кристал наблюдала за этой сценой и думала: „Первый раунд ты проиграла, Линне“.

Когда они остались одни, Скотт повернулся к Кристал, которая не двинулась с места.

Он откашлялся:

— Ладно…

— Ты хочешь, чтобы я тоже ушла? — тихо спросила она.

— Да… Извини.

Девушка медленно поднялась.

— Ты уверен?

„Не могу поверить в то, что он хочет, чтобы я ушла. Ведь он так на меня смотрел, — подумала Кристал. — Может, Скотт стесняется или хочет быть уверенным, что нравится мне тоже“. Она однажды читала статью о верном способе поцеловать парня. В ней советовали пристально посмотреть ему в глаза и представить себе, как он вас целует. И тогда избранники почувствует некие волны, и ваша фантазия осуществится. „Я попробую, — решила Кристал. — Почему бы и нет?“

Уставившись в тёмные глаза Скотта, она представила себе, что он её целует. Однако тот не сдвинулся с места, стоя в дверях и оглядываясь на девушку безо всякого выражения. „О чём он думает?“, — удивилась Кристал и медленно двинулась к нему. Скотт следил за каждым её движением, пока она не остановилась прямо перед ним. Затем он взял её руку, осторожно обхватив запястье, что вызвало у девушки лёгкую дрожь.

„Приехали“, — подумала Кристал.

— Послушай, — сказал Скотт, понизив голос. — Я хочу, чтобы ты поняла: то, что сказал Джейк — неправда. Я никогда не следил за тобой, это пошло.

— О, да нет проблем, — улыбнулась Кристал. Он выглядел крайне огорчённым. — Нет проблем, — повторила она.

Свободной рукой девушка мягко взъерошила ему волосы на затылке и придвинулась ещё ближе. Его зрачки расширились. Она прикрыла глаза и тихо скомандовала:

— Ну поцелуй же меня…

Мгновение затянулось, и Кристал занервничала и отступила, почувствовав идиотизм ситуации.

— Ну… в любом случае… мне пора идти… — пробормотала она и развернулась так быстро, что ударилась плечом о дверной косяк.

Похоже, я заболеваю.

Кристал стояла так близко ко мне, что я чуть не задохнулся от её духов. Не могу поверить! Это — моя комната, и она проникла сюда, словно некая болезнь.

Если бы она меня поцеловала, пришлось бы что-нибудь сделать. Не могу поверить в это… Она чуть не заставила меня совершить что-то ужасное.

Что же делать? Что делать с оставшимся на губах сладковатым привкусом её помады?

А если бы я схватил её за горло, а потом бы задушил или же сломал ей шею? Свернул бы шею и, услышав хруст, наблюдал бы за её гаснущей улыбкой?

Не знаю, что бы я сделал с ней, но что-нибудь — обязательно, потому что Кристал просто отвратительна. Как только она ушла, я пинком закрыл за ней дверь, кинулся к занавескам и опустил их.

Так что не обольщайся, Кристал. Мы оба знаем, кто шпионил на самом деле. Это была ты! Ты следила за мной всё это время.

Захлопнулась входная дверь. Отлично!

Я непроизвольно сжал кулаки, смяв обложку журнала, который всё ещё держал. Скорее всего, она просто украла его из почтового ящика, чтобы пробраться в мою комнату. „Спокойно, Скотт, — приказал я себе. — Спокойно… У тебя уже был сегодня один кошмар, и ты от него избавился“.

Я глубоко вздохнул и поглядел на журнал. „Американская семья“. Один из немногих, что можно читать. Попытался сорвать обёртку, но руки внезапно ослабли, так что мне понадобились ножницы. Я присел на стол, вздохнул медленно и глубоко и попытался успокоиться, сосредоточившись на тексте.

Фотографии счастливых американских семей: красивые, хорошо одетые люди, имеющие понятия о приличиях. Я перевернул страницу. Молодая девушка, рекламирующая джинсы, в полурасстёгнутой рубашке, с влажными губами и таким взглядом…

Я ненавидел этот взгляд. Он приводил меня в бешенство. Дурная девчонка.

Кто-то должен быть наказан. В моём сне кто-то должен быть наказан.

Я. Это должен быть я.

Неужели это снова сон? Я не был в том уверен, а потому взял ножницы и воткнул их глубоко в ладонь.