Невеста дьявола - Энн Райс

Существо взметнуло длинными паучьими руками, удивленно глядяна Майкла, когда тот сомкнул руки у него на горле, а потом, сжав кулаки,ударило противника в челюсть.

Майкл тут же оказался поверженным, но, стукнувшись о пол,сразу перевернулся и встал на четвереньки. Дверь на террасу была распахнута,сигнализация продолжала звенеть, а эта тварь вертелась и резвилась,пританцовывая, и до отвращения грациозно двигалась к бассейну.

Майкл не оставил своего врага, пошел вслед за ним и краемглаза заметил, как по ступенькам кухни сбегает Роуан.

– Майкл, не подходи к нему!

– Ты сделала это, Роуан! Ты отдала ему нашего ребенка!Он в нашем ребенке!

Майкл замахнулся, но не смог ее ударить. Так и замер, глядяна нее. Она была воплощением ужаса: бледное лицо, мокрые, трясущиеся губы…Содрогаясь от разрывавшей грудь боли, он беспомощно обернулся и злобнопосмотрел на тварь.

Лэшер прыгал взад-вперед по заснеженным плитам у самой воды,подернутой рябью. Скосив голову набок, он уперся руками в колени, а потомпоказал пальцем на Майкла. Его голос, громкий и ясный, заглушал пронзительныйзвон сигнализации.

– Ты справишься с этим, как говорят смертные. Скороперед тобой забрезжит свет, как говорят смертные! Ты породил здорового ребенка,Майкл. Я твое произведение. Я люблю тебя. И всегда любил. Любовь всегдаопределяла мою цель, для меня эти два понятия слились воедино. Так что позвольпредставиться тебе с любовью.

Когда Майкл шагнул за порог, Роуан кинулась к нему. Ондвигался прямо к Лэшеру, скользя по замерзшему снегу, а когда она попыталасьостановить его, вырвался из ее рук. Она отлетела в сторону, словно пушинка, и вту же секунду его шею кольнула резкая боль. Оказалось, что Роуан схватиламедаль святого Михаила и разорвала цепочку, которая теперь очутилась у нее вруке, в то время как сама медаль упала в снег. Роуан всхлипывала, умоляя егоостановиться.

Сейчас нет на нее времени. Он развернулся и хуком слева нанесмощный удар в висок твари. Это вызвало еще один взрыв смеха у Лэшера даженесмотря на то, что из разорванной раны брызнула красная кровь. Лэшерзакружился, скользя по снегу и сбивая железные стулья.

– Посмотри только, что ты наделал! Ты даже не представляешь,что я сейчас чувствую! Я жил ради этой секунды, этой особенной секунды!

Внезапно повернувшись, он схватил правую руку Майкла ибольно вывернул ее назад, при этом брови его взлетели вверх, а губы растянулисьв улыбке, открывавшей жемчужные зубы и розовый язык. Все новенькое, сияющеедетской чистотой.

Майкл нанес еще один удар левой, направленный Лэшеру вгрудь, и услышал хруст костей.

– Так тебе нравится это, злобная тварь? Умри, сукинсын! – Майкл плюнул в него и еще раз ударил левой, так как правая былапо-прежнему вывернута у него за спиной. Изо рта чудовища полилась струйкакрови. – Да! Теперь у тебя есть плоть… так пусть она умрет!

– Я теряю с тобой терпение! – взвыл Лэшер, злобнооглядывая свитер, заляпанный кровью из разбитой губы. – Посмотри, что тынаделал в своем праведном гневе, строгий папаша!

Он толкнул Майкла вперед, стараясь сбить с ног, не ослабляяжелезной хватки.

– Тебе нравится? – кричал Майкл. – Тебенравится, когда у тебя течет кровь? – гремел он. – Кровь моегоребенка, моя кровь! – Не в силах освободить правое запястье, он вцепилсялевой рукой в горло врага, пережав ему трахею, и ударил коленом в пах. –О, она обо всем позаботилась, когда делала тебя, – трубопровод в порядке!

На секунду перед его глазами мелькнула Роуан, но на этот разее сбила с ног эта тварь, когда отпустила наконец Майкла. Роуан упала набалюстраду.

Тварь голосила от боли, закатывала голубые глаза. Не успелаРоуан подняться, как Лэшер снова бросился в атаку, втянув голову в плечи:

– Вот как ты меня учишь, отец. Что ж, наука хорошая!

Слова утонули в рычании, когда он бросился на Майкла иголовой нанес тому удар в грудь. Майкл полетел в бассейн.

Раздался оглушительный крик Роуан, гораздо громче ипронзительнее, чем сирена сигнализации.

Майкл упал в ледяную воду. Он опускался все ниже и ниже, насамое дно, глядя на блестевшую над ним голубую поверхность. Дыхание перехватилоот шока, вызванного холодом. Неподвижный, не в состоянии шевельнуть рукой, онпочувствовал, как его тело коснулось дна.

Тогда в отчаянной судороге он попытался вынырнуть, нонамокшая одежда тянула его вниз, словно за нее хватались чьи-то руки. А когдаего голова прорвала поверхность воды и оказалась в слепящем свете, онпочувствовал еще один мощный удар и вновь ушел под воду, откуда ему уже было невынырнуть – он мог лишь размахивать руками, тщетно цепляясь за тварь, котораяудерживала его голову, и глотать хлынувшую в горло ледяную воду.

И опять это случилось, опять он тонет, и опять эта холодная,холодная вода. Нет, только не это, только не это… Он попробовал закрыть рот, ногрудь разрывалась от невыносимой боли и вода лилась в легкие. Руки большеничего не могли нащупать над головой, он уже не различал цвета, не видел свет –он вообще потерял все ощущения. На секунду перед глазами снова возник Тихийокеан, бесконечный и серый, и тусклые огни на побережье, которые исчезали завздымавшимися волнами.

Внезапно его тело расслабилось, он перестал отчаяннобороться: не дышал, не пытался всплыть, ни за кого не цеплялся…

Собственное тело больше ему не принадлежит. Его охватываетзнакомое чувство легкости и наивысшей свободы. Только сейчас он не поднимаетсявверх, не парит в пространстве, как когда-то давно, уносясь в свинцовое небо, коблакам, откуда видна земля с ее миллионами крошечных живых существ…

На этот раз он оказывается в бесконечном туннеле, которыйего засасывает в душную темноту. В полной тишине Майкл безвольно куда-топогружается, испытывая лишь смутное удивление.

Наконец вокруг него вспыхивает яркий красный свет. Знакомоеместо. И барабаны, да, он слышит барабаны… Знакомая барабанная дробь, звучавшаяво время парада Марди-Гра, когда под конец утомительной ночи маршировалибарабанщики, и отблески пламени не что иное, как свет факелов под скрюченнымиветвями дубов… А его страх все тот же, что и в детстве… Все вернулось, все,чего он боялся, сейчас происходит. Это не просто обрывок сна, не видение,возникшее в момент прикосновения к ночной рубашке Дейрдре… Все вокруг негопроисходит сейчас…