Подарок убийцы - Гапарон Гарсаров

Девушка кивнула, и они принялись воплощать его затею.

– Я сразу предлагал прикончить тебя! – злобно рычал Нурин, надвигаясь на Василису. – Как чувствовал, что ты что-нибудь выкинешь.

– По тебе электрический стул плачет, – фыркнула мадам Рашвер, добравшись до первой скамейки, и поднялась на колени.

– А по тебе мой меч! – замахнулся Олег и направил клинок на девушку.

Однако лезвие вошло в стол – смутьянка вовремя пригнулась, сохранив голову на плечах. Василиса поползла к камину и, споткнувшись об обломок развороченного летательного аппарата, упала возле безжизненного археолога.

Олег, вытащив меч, тут же повторил попытку, но снова промахнулся – бестия пролезла под стол, который в очередной раз затрещал от удара. Впрочем, путь был свободен, ничто не преграждало ей дорогу к раскрытой двери, где начинался длинный тёмный коридор. Он огибал почти всю территорию ночного монастыря и выводил во двор. Но бросать Лавру наедине с её бесплодными попытками развязать Рудольфа Василисе никак не хотелось. Тем более Фанелин и Камиль могли напасть на Гербер, да и Илья внезапно опустился возле опрокинутого сиаморового кубка. Он поднял помявшуюся реликвию и улыбнулся.

– Ты уже никуда не денешься!.. – шипел Нурин, вскочив на стол, чтобы совершить очередную атаку.

Василиса метнулась вправо, вылезла из-под навеса и пнула деревянную конструкцию по ножке. Олег попытался удержать равновесие, прогнувшись назад, но упал. Рашвер хотела подобрать оброненный им меч, как плотная тень пронеслась прямо над её головой и скрылась в дверном проёме. Жена ректора с подозрением посмотрела туда, понимая, что это был дух Бальваровского. Но куда он улетел? И зачем?..

Запах гари быстро ответил на её вопрос. Что-то стремительно разгоралось там, в коридоре, и вслед за зловонием в зал стал проникать едкий дым.

– Господи, – прошептала Василиса, догадавшись, что Поплавская и Брилова подожгли монастырь, исполнив поручение ненормального Камиля.

Девушка побежала обратно к балюстраде.

– Лавра! Лавра!!! – запричитала она. – Они хотят нас сжечь!..

Гербер с дрожащей головой обернулась на подругу. Орфин обречённо вздохнул и забился в своих оковах ещё сильнее. Перспектива превратиться в угли его совсем не радовала. Василиса подняла чей-то меч и ударила им по его цепям. Крупные искры рассыпались в стороны.

– Ты ранишь его, – испугалась Гербер, глядя, как Илья помогает Камилю и Жене подняться, чтобы поскорее унести отсюда ноги.

Наконец, раздался долгожданный звон, и Рудольф едва удержался, чтобы не упасть с постамента. Супруге ректора удалось-таки отцепить его от стены настойчивыми ударами, хотя парень до сих пор оставался связанным – кусок цепи намертво зажал тело Орфина.

– Нет времени распутывать всё остальное, бежим! – воскликнула Василиса, и троица уже хотела спуститься на ступеньки, как перед их лицами пронеслись сверкающие лезвия сабель.

– Далеко собрались?! – усмехнулся Илья, поддерживая Камиля, который, судя по всему, не мог самостоятельно передвигаться из-за проколотой коленки. – Пусть наш обряд не получился, но вот заколоть вас вполне можно.

– Ты, ничтожество, убери свою махалку! – предупредил Орфин, хотя его руки по-прежнему были в цепях. – Если хочешь выжить, сам беги отсюда, пока пламя не зажало нас в этом тупике!..

– О, мне это не грозит, – гадко улыбнулся парень. – К счастью, Владыка наделил нас способностью летать, и мы покинем храм с помощью окон. А вот вам придётся несладко прежде, чем огонь довершит своё дело.

– Ты плохо соображаешь? Отвали! – грозно повторила Василиса и махнула в его сторону мечом.

Женя и Камиль тут же отразили удар своими клинками. Из-за их спин резко повалил светлый дым. Он уже заполнил половину монастырской залы. Парни с ухмылками попятились к выходу, победно смеясь над пленниками.

– Счастливой вечности в аду! – прошипел Фанелин, и уже собрался подняться в воздух, как вдруг сзади на него накинулась плотная сеть.

Сектанты все вместе грохнулись обратно на пол.

Стреглов навис над ними с изрядно побитым видом, оставив сломанный летательный аппарат у камина и воспользовавшись ловушкой, из которой сумел выбраться Елизар. Впрочем, Лаврин по-прежнему лежал возле ступеней в луже собственной крови.

– Боюсь, нам придётся погибнуть всем вместе, – произнёс он ошеломлённым противникам и поднял взгляд на застывших перед ним ребят.

– Спасибо, – прохрипела Лавра, – Вы спасли всем нам жизнь…

– Правда? – усмехнулся Андрей Дмитриевич и полез в карман брюк. – Не спорю, мне хотелось поквитаться с этими шакалятами и с их превеликим князем… Но спасать тебя не входило в мои планы.

Гербер с опаской покосилась на подругу, которая напрягла вооружённую руку.

– Предупреждаю, господин Стреглов, нас трое, а Вы всего один, – строго сказала Василиса. – Мы уходим отсюда, но если Вы решили помешать этому, мы забудем про Вашу услугу и с радостью пробьём проход мечом…

– Ох, сколько эксцентрики, сколько драматизма! – иронично задёргался археолог. – Вы меня, честное слово, напугали, я весь дрожу!

– Отойди, мужик, мы не шутим, – повторил Рудольф, и откуда-то издалека донёсся собачий вой.

Лицо Стреглова заметно помрачнело, и он оскалился.

– Вы можете идти… но только без Лавры, – промолвил мужчина, уставившись на отличницу.

– Вы не заметили, мы горим! – решила напомнить ему Гербер о пожаре, надеясь тем самым вразумить сумасброда.

– Я знаю, поэтому тем, кто не желает подпалить свои причёски, не стоит здесь задерживаться, – отверг её аргументы археолог и вдруг нацелил на них миниатюрный пистолет, который вытащил из кармана пыльных брюк. – Вы уйдёте только с условием, что Лавра останется со мной.

Троица напряглась при виде огнестрельного оружия. Бандит не шутил. Его голос сделался недовольным, а в глазах вспыхнули злые огоньки.

– Отлично, – согласилась Гербер, отпустив Орфина. – Я принимаю Ваши условия, я остаюсь, пропустите их.

– Нет, Лавра, ты с ума сошла??? – закричала Василиса.

– Бегите, только вы теперь сможете рассказать правду о том, что здесь произошло, – настаивала девушка.

– Лавра, мы уйдём вместе, – не успокаивался Рудольф.

– Будет лучше, если мы здесь все сгорим?! – прокричала в ответ девушка. – Идите, идите!!!

Друзья вздрогнули от её истерики, но послушались и осторожно спустились к запутанным сетью последователям Бальваровского. Стреглов указал пистолетом на выход и проводил их затравленным взглядом, пока те не скрылись в дыму. Он развернулся к своей пленнице и радостно улыбнулся.

– Как чудно, – пропел археолог весёлым голосом, пнув копошащегося Илью. – Мы в этот прекрасный день, в день моего рождения, с тобой здесь, в горящем монастыре, переполненные отвагой и самопожертвованием…