Они жаждут - Роберт Рик МакКаммон

Девушка в белом платье принесла серебряную миску, до краев наполненную густым на вид бульоном, в котором плавали кусочки картофеля, говядины и моркови. Поставила ее на блюдо перед Пейдж и вышла из зала.

– Я хочу, чтобы вы это съели, – негромко проговорил Вулкан.

Руки Пейдж по-прежнему были прижаты к подлокотникам кресла, слезы падали с кончика подбородка.

– Ешьте, – сказал Вулкан так, будто разговаривал с ребенком.

Правая рука Пейдж взяла большую ложку, зачерпнула бульон из миски и поднесла к губам. Рот рывком открылся. Ложка вернулась в миску. Потом все повторилось еще раз.

– Глотайте, иначе задохнетесь, – предупредил Вулкан. – Вот так, хорошая девочка.

Он стоял над ней и смотрел, как она ест.

– Я еще многое хотел бы узнать об этой стране, носящей название Калифорния, – нетерпеливо проговорил он. – Вы могли бы помочь мне. Могли бы рассказать обо всем. Например… кто это такие? – Он ткнул пальцем в картинку с «Бич Бойз» на своей футболке. – Это какие-то религиозные лидеры, наподобие кинозвезд? Я хочу узнать о той музыке, которую слышал. Что это за инструменты? Лютни? Арфы? Мир слишком быстро меняется. Для меня годы мелькают, словно дни, а дни – как минуты. Здесь становится слишком многолюдно, слишком сложно. Каждый раз, выходя из своей обители, я оказываюсь в другом мире…

Неожиданно он зажмурил глаза, прислушиваясь к чему-то («МАСТЕР!»), но постарался избавиться от этого призыва. От жаркого присутствия Пейдж Ла Санды в нем бушевали волны неодолимой жажды. Но тут снова донесся призыв («МАСТЕР, ПОМОГИ МНЕ!»), настойчивый и мощный. Вулкан прикоснулся ко лбу, закатил глаза и постарался сосредоточиться на том, откуда он исходил. А затем…

Затем Вулкан увидел, как в большом прямоугольном здании, состоявшем словно бы из одних окон, полицейские завели его слугу в комнату для допросов. Таракан сел за стол, а один из детективов – чернокожий мужчина – включил магнитофон.

– Ну, хорошо, Бенефилд, – сказал чернокожий. – Мы собираемся задать вам еще несколько вопросов.

– Опять вопросы? – («МАСТЕР, ПОМОГИ МНЕ!») – Когда меня отпустят домой?

– Помните те фотографии, которые я показывал сегодня? – спросил чернокожий. – С четырьмя плохими девчонками.

– Я их помню, – ответил Таракан.

– Отлично.

Детектив открыл папку и просмотрел какие-то документы. Затем вдруг поежился и оглянулся на второго мужчину, выше ростом, сидевшего в другом углу комнаты.

– Тебе не кажется, что здесь холодновато, Фаррис?

– Вроде как да, – сказал тот. – Немного прохладно.

– Какое там, в задницу, прохладно? Такое ощущение, что сюда ворвался северный ветер! – Он снова поежился и вернулся к папке. – Что вы собирались сделать с Вики Харрис, после того как лишили ее сознания этой дрянью, Бенефилд?

– Ничего.

– Правда? Позвольте зачитать вам кое-что из списка ваших прежних правонарушений. Помните молодую женщину по имени Джилли Лэнгфорд, август семьдесят шестого?

– Нет. – («МАСТЕР, ПОМОГИ МНЕ!»)

– Это очень странно, потому что на опознании по делу о попытке изнасилования она указала на вас. Она сказала, что вы хотели задушить ее, и в доказательство показывала синяки на горле. А потом была восьмилетняя девочка Дженис Чесслер, ноябрь семьдесят седьмого. Помните ее?

Таракан крепко закрыл глаза и сжал кулаки. «СПАСИ МЕНЯ, МАСТЕР! ОНИ ЗАСТАВЯТ МЕНЯ ВСЕ РАССКАЗАТЬ!»

– Помните доктора Карла Фридмана, Бенефилд? – спросил чернокожий. – Департамент психического здоровья назначил его вести ваше дело после того, как приговор по обвинению в растлении малолетних был приостановлен.

– Клевета, – сказал Таракан. – Все стараются оклеветать меня.

– Он утверждает, что у вас так называемая параноидальная шизофрения, – продолжал чернокожий. – Что иногда в вашей голове все перепутывается и вы теряете связь между прошедшими событиями. Что вы страдаете от жестоких головных болей и подвержены внезапным сменам настроения. Доктор Фридман говорит, что вы проявляете враждебное отношение к женщинам. Это все тоже клевета, Бенефилд?

– Да…

– Спрашиваю вас еще раз. Что вы собирались сделать с Вики Харрис?

Таракан задрожал и прошептал:

– Он… не хочет, чтобы я рассказывал…

– «Он»? О ком это вы говорите?

– Мастер. – На лице Таракана проступили капельки пота. – Он говорит, что я не должен…

Принц Вулкан оборвал мысленный контакт с Тараканом и посмотрел на Пейдж Ла Санду. Ее ложка скребла по дну серебряной миски, жирный говяжий гуляш капал с подбородка, забрызгивая платье. Остекленевшие глаза женщины наполнились слезами, взгляд был совершенно безумным.

– Достаточно, – рявкнул Вулкан, и рука Пейдж мгновенно разжалась, а ложка со стуком упала на пол.

Вулкан отвернулся от нее и снова заглянул внутрь себя. Он не знал, насколько сильна воля Таракана и как долго этот человек сможет выдержать такой допрос. Прошлой ночью стены замка дрожали от яростных криков Вулкана, осознавшего, что Таракан попался. Он вез на гору подношение – пищу для Вулкана. Но Таракан был преданным слугой и мог принести еще много пользы в будущем, поэтому его необходимо спасти из логова врага. Вулкан приложил ладонь к левому виску, вглядываясь в глубину ночи, чтобы сосредоточиться на том, что должен предпринять. Его темная сущность бесформенной тенью покинула тело, поднялась вверх, проскользнула сквозь трещину в стене и вылетела наружу, как учил Грандмастер. Внизу сверкал огнями весь город. Мгновение спустя он заметил летучих мышей, безумным вихрем круживших в черном небе, они сотнями вылетали из пещер в горах Сан-Габриэль и Санта-Моника и собирались прямо над Паркер-центром в даунтауне Лос-Анджелеса. Сбиваясь в пищащий крылатый циклон, они ожидали следующей его команды. А когда они заполнили собой все небо, он увидел мысленным взором…

…как летучие мыши опускаются ниже, все еще описывая огромный круг, зависают черным арканом над серовато-зеленым зданием. Затем они начали разделяться и влетать в двери и окна. Те, что не разбились насмерть, отступали немного назад и снова наносили удар…

Вулкан сместил фокус внимания, снова связался с Тараканом и увидел…

…как чернокожий детектив поднял голову от папки и, нахмурив брови, взглянул на Фарриса:

– Что это было? Ты что-нибудь слышал?

– Подожди минутку, – ответил Фаррис и прислушался.

Глаза Таракана наполнились слезами, но он улыбнулся, когда где-то за дверью разбилось окно.

– Мастер! – радостно воскликнул он. – Это Мастер пришел, чтобы забрать меня домой!

– Заткнись! – сказал чернокожий, поднимаясь со стула.

Разбилось еще одно стекло, в коридоре закричали люди.

– Что за чертовщина там творится?

Детектив открыл дверь и остановился на пороге, ошеломленный тем, что увидел. Окна взрывались с грохотом выстрелов. Десятки летучих мышей ворвались над его головой в комнату, и Таракан рассмеялся при виде пригнувшегося к полу Фарриса.

Чернокожий детектив внезапно вздрогнул и отшагнул назад.

– Рис! – выкрикнул Фаррис.

Тот, которого назвали Рисом, отшатнулся, из его горла вырвался хриплый крик. Он повернулся кругом, и стало видно,