Черный венок - Марьяна Романова

– Я пойду первым, – не обращая внимания на неуместную вспышку мещанской ревности, сказал Марк. – Держись рядом.

Какое-то время, затаив дыхание, они шли по тропинке, стараясь ступать осторожно. Оба уговаривали себя, что это просто дорога, которая ведет в просто деревню, коих много разбросано по берегам Волги, но притом оба понимали… нет, скорее предчувствовали, что каждый шаг приближает их к чему-то важному. Тропинка становилась все четче, все шире, но прошло чуть более часа, прежде чем они увидели перед собою забор, глухой и высокий.

Путники удивленно переглянулись.

– Что это? – прошептала Ангелина.

– Похоже на частное владение. Только забор какой огромный! Настоящая крепостная стена.

– Никогда не видела, чтобы вокруг поселка была стена.

– Может, тут живет сумасшедший миллионер? – с нервным хохотком предположил Марк.

Женщина с сомнением покачала головой.

– О нем бы круглосуточно сплетничали все местные… Ну что, постучим?

Она уже занесла руку, но Марк схватил ее запястье.

– С ума сошла? Ты что, не понимаешь? Раз о поселке никто не знает, то вряд ли это значит что-то хорошее для нас! Давай отойдем подальше, и я позвоню Жанне… Наверняка у ее знакомых есть техника, по которой можно отследить наш сигнал.

Но не успели они сделать несколько шагов, намереваясь укрыться под лапами раскидистых елей, как кто-то позвал их, приветливо и громко:

– Здравствуйте, хорошие мои! Откуда же вы взялись? Заблудились, что ли?

Марк инстинктивно заслонил Ангелину. Однако увидев, кто к ним обращается, даже почувствовал себя неловко, устыдился своего испуга. На дорожке перед ними стояла женщина – невысокая, круглолицая, приветливая. Обычная крестьянка. Разве что странным казалось, что по лесу, где и клещи, и гадюки, и иголки елей, она ходит босиком.

– Мы… А вы знаете, что там, за забором? – решился он.

– Конечно, – тихо рассмеялась женщина. – Мы там живем. Мы – старообрядцы.

– А…

– Да не удивляйтесь так. Просто закрытая община, ничего плохого не делаем. Гостей принимаем редко, но раз уж вы к нам добрались… Только одно условие. – Ее лицо стало серьезным. – Фотографировать не разрешаем.

Марк и Ангелина переглянулись.

– Можете остаться на ночь, – улыбнулась женщина. – У нас и дом гостевой имеется. Куда же вы пойдете, ночью-то… Идемте, идемте, чаем вас хотя бы напою. Меня, кстати, зовут Лада.

И они послушно поплелись за ней. Незнакомка была такой женственной и мягкой… Но в то же время от нее исходила какая-то особенная властность. За ней хотелось идти, ее хотелось слушаться. У женщины была связка ключей, одним из которых она довольно долго крутила в замке калитки, периодически с сахарной улыбкой оборачиваясь к Ангелине и Марку. Наконец Лада гостеприимно распахнула перед ними створку.

Марк неуверенно шагнул вперед, крепко держа Ангелину за руку и какой-то частью сознания отметив, как вспотела и похолодела ее узкая ладонь. Когда дверь за его спиной захлопнулась и Лада, не прекращая улыбаться, вновь завертела в замке ключом, ему стало не по себе.

Они находились на площади – вытоптанная глинистая земля, в темноте угадываются очертания домов. Деревянных, простых, разве что более новых, чем большинство изб в окрестных деревнях. В центре площади находился некий странный предмет – огромная каменная плита, смотреть на которую было отчего-то необъяснимо жутко.

– Значит, заблудились? – прозвучал вопрос их провожатой.

Лада уже не спешила вести гостей в дом и поить чаем, как собиралась. И взгляд у нее сейчас был странный, точно остановившийся.

– Да.

Марк старался говорить как можно более беспечно. Он был мужчиной атлетического сложения. Мог отжаться от земли пятьдесят раз, регулярно ходил в модный спортивный клуб и даже увлекался одно время бразильским боевым искусством капоэйра, впечатлившись тем, какой гибкостью и мощью надо обладать, чтобы исполнять этот воинский танец. Да, Марк был сильным мужчиной, а Лада – крестьянка, женщина, на голову его ниже, худенькая, с мягкими щеками. И все-таки в ее присутствии он чувствовал себя маленьким и слабым.

– Мы здесь не одни, – выдавил Марк. – Я позвоню друзьям, и они за нами приедут. Мы вас долго не побеспокоим.

Но не успел он извлечь из кармана мобильный, как Лада вдруг метнулась к нему, став в тот момент похожей на атакующую змею, – такими точными и резкими были ее движения. Марк и понять ничего не успел, а она уже без труда выбила телефон из его рук и тут же раздавила его одним ударом огрубевшей от постоянного хождения босиком пятки.

– Извините. – На лицо женщины вернулась ласковая улыбка, что теперь скорее пугало, чем расслабляло. – Мы не разрешаем пользоваться никакой техникой. Нам огласка не нужна.

– Но… – Марк посмотрел на обломки аппарата. Между прочим, недешевого. – Как вы можете так…

– Да бросьте! – в открытую рассмеялась Лада. – Вы же пришли не просто в гости. Я, конечно, могу еще какое-то время притворяться, что я – обычная крестьянка, а вы – просто заблудились в лесу, только что-то мне это не очень интересно.

– Тогда… кто же вы? – Ангелина облизала пересохшие губы.

– Лекции читать на ночь глядя мне тоже неохота. Мы поступим так. Я отведу вас в один из пустующих домов и действительно напою чаем. А утром вам объявят, для чего вы нам пригодитесь. – Подумав, женщина вполголоса добавила: – Или почему не пригодитесь вовсе. Бывает и такое… Ступайте за мной.

Но никто не тронулся с места.

Ангелина думала: ну и пусть, ну и пусть… Если даже я не смогу увидеть Дашу, то хотя бы повторю ее судьбу…

Марк думал: зачем, зачем, зачем я послушал эту ненормальную, почему не дождался рассвета, как собирался? Что с нами теперь будет? И еще он подумал о том, что в моменты, когда смерть подходит к человеку особенно близко и даже как будто бы гладит мягкой меховой лапой по щеке, почему-то особенно хочется жить…

Лада же думала: Хунсаг будет доволен. Мужчину, скорее всего, отбракуют, зато женщина еще ничего. Как минимум, она сможет родить, а это важно. Хунсаг как раз на днях говорил, что деревне нужны новые матки и новые дети. Скоро будет построен еще один дом, большой, специально для тех, кого приведут, чтобы рожать…

И никто из них троих не понял, что конкретно произошло и в какой момент началось.

Сначала они услышали приближающийся шум – тарахтение мотора, хотя ни одно моторное средство не могло пробраться в такую глушь. Потом в небе показался красный огонек. Наконец стрекот стал уже таким громким, что из домов начали выходили люди. Выходили – и растерянно смотрели на ночное небо. Были среди них и мужчины, и женщины, и несколько детей. Некоторые выглядели обеспокоенными и напуганными, другие смотрели на небо в блаженном отрешении, как будто ожидали не вертолет, очертания которого уже можно было разглядеть, а древнее крылатое божество, которое спустится и сложит у их ног свои перепончатые крылья.

Их было много, жителей странной лесной деревни, десятки. И все