Другие - Casperdog

— Ну что, стоишь? Стой, пока сил хватит. Много вас таких. Сначала герои, а потом грязь в земле. Может тебя чем-нибудь стукнуть, что бы не стоял столбом? Как дерево. Ни эмоций. Ни страха. Нелюдь какая-то…

Эти слова Олег скорее не услышал, а почувствовал какое-то бормотание со стороны берега. Он, не оборачиваясь, негромко ответил.

— Это ты нелюдь. Любой человек помог бы выбраться, а не смотрел бы издеваясь.

— Ой, смотри, а это не пустышка. Ты что, слышишь меня?

— Я не только слышу, но и ощущаю какую-то мерзость вокруг себя.

— Ты это, закрыл бы рот, а то я могу и обидеться.

— Да и хрен с тобой. Обижайся сколько хочешь. Можешь не только на себя, но и на своих родителей, которые выродили такое.

— Ну-ну. Поговри-поговори. Сколько там тебе осталось? Думаю немного. Я подожду.

— Жди сколько хочешь. А я буду стоять до тех пор, пока ты не исчезнешь.

— Долго ж тебе придётся стоять, долго…

Олег храбрился, но понимал, что если его не найдут товарищи в течение часа, а может и меньше, то он останется здесь навсегда. Не было ни страха, ни ужаса от мысли, что он умрёт так глупо. Было одна, совсем горестная мысль — как мама будет без него…

А ещё через десяток минут он понял, что из его из тела уходит жизнь…

Внезапно со стороны берега послышался шлепок, как будто по лягушке ударили тенисной ракеткой. Не прошло и пары секуд, как рядом с Олегом упал ствол высохшей берёзы, окатив его снова грязью.

— Держись, человече, крепче. Я тебя вытяну, — раздался еле слышный хриплый голос, который Белый опять скорее ощутил, чем услышал.

— Вытянешь, в пояс поклонюсь, — ответил Олег и крепко схватился руками за ствол.

Буквально пара рывков и он оказался на твёрдой земле.

С трудом сняв сапоги с ног, вылил воду и стал растирать руками ступни из всех сил, что бы вернуть им жизнь. Прошло минут пять и красная, как от ожога, кожа ног стала немного покалывать — понемногу возвращалась чувствительность.

Хотел было напялить на себя мокрые вещи и идти на стоянку, но вспомнил своё обещание. Кое-как встал на непослушные ноги и поклонился по-русски, до самой земли, отдавая благодарность и признательность своему спасителю.

— По добру поклон. По-нашему.

— И тебе, спаситель, благодарность от всего сердца.

— Ты, человече молодой, меня СЛЫШИШЬ И ПОНИМАЕШЬ? — в голосе слышалось недоумение.

— Да. И слышу и понимаю. Только не ушами, а как-то… словно картинки в голове, да и сердцем, наверное.

— Странно, давно таких не встречал у себя. Да и по нраву ты мне. Лиса вот спас, не пожалев себя. Он-то меня и позвал тебе на помощь.

И Олег, повернув голову, увидел выглядывающую из-за дерева мордочку лисёнка. Тот словно одновременно и улыбался и был каким-то виноватым.

Белый, совершенно не осознано, присел на корточки и поманил лису к себе, словно маленького ребёнка. И тот… вышел из-за дерева, присел. Потом встал и медленно, шаг за шагом, приблизился настолько, что Белый, протянув руку, смог коснуться лисьей головы. Он её сначала аккуратно погладил, а потом просто положил руку лисёнку на голову и…

— … Добрый… Смелый… Глупый… Мог умереть… Спас… Большого позвал… Спас Доброго…

Эти слова-картинки промелькнули перед глазами Белого и тот, от неожиданности, шлёпнулся на попу, а лисёнок, от резкого движения, отпрыгнул и мгновенно исчез.

— Человече. Ты услышал Маленького? — в голосе были слышны нотки удивлёния.

— Да, — Белый сидел, сам, раскрыв рот. — Я и сам в шоке. Он же не говорил? А как я его услышал и понял?

— А я-то как удивлён…

Олег встал, оглянулся, но никого вокруг не было.

— Ты где? С кем я разговариваю? Ведь это ты меня спас?

— Я рядом, но ты меня не можешь увидишь, хотя…. Если попробуешь… нет. Сначала первое. Повернись в сторону воды и не крути головой, замри. А потом попробуй посмотреть направа от себя, только головой не крути.

Олег встал и сделал так, как ему велел незнакомец. Скосил глаза направо и увидел какое-то марево в воздухе. А в мареве стало проявляться что-то бемформенное, но с ярко-синими огромными глазами. Он постарался всмотреться, и… потерял сознание…

… Через несколько минут очнулся от того, что ему на лицо лилась вода.

— Очнись, человече. Хоть ты и юный совсем, но дар у тебя есть. Пока слабый ты, почти слепой, но сможешь встать на ПУТЬ.

— Простите, — тихо спросил Олег. — А кто Вы? И как Вас зовут?

— Имя моё тебе знать не нужно, а кто я таков? По-разному люди меня кличут. Кто Старшим, кто Лешим, а кто и Хозяином. Мне по нраву последнее.

Белый замотал головой. Ну и причудится такое. Скорее всего, он замёрз и простыл за те часы, что стоял в ледяной воде, у него поднялась температура и впал в какой-то бред. А дерево, которое упало рядом с ним?

Опять огляделся, но так ничего и не увидел.

— Кого ищешь? — за правым плечом раздался тихий голос, а потом какое-то клокотание и Олег понял, что это смех.

— Так лешие только в сказках бывают.

— Ну, да, в Ваших сказках. Вот и считай, что тебя кто-то из сказки спас, — и опять раздалось клокотание.

Белый лихордочно стал вспоминать, что в сказках говорилось о леших и как их можно их задобрить и отблагодарить…

— Спасибо Вам, Хозяин, за помощь. Не ождал такой встречи, поэтому не могу Вас отблагодарить сейчас. Нет у меня ничего с собой кроме одежды, но обещаю, что когда вернусь к стоянке, отблагодарю.

— Чем же ты сможешь отблагодарить меня? Мне ничего не надо. Впрочем… взгляну на твои подарки. А сейчас пожуй той травки, что слева от тебя лежит на камушке. Пожуй, но не глотай, выплюни. Даст тебе сил добраться до твоей шумной компании.

Белый повернул голову и в самом деле увидел на небольшом камне крокохный пучок какой-то травы. Не раздумывая, взял в рот и стал жевать.

Трава на вкус была немного кислой с каким-то мятно-горьким привкусом. Прожевав до состояния каши, выплюнул.

— Молодец, что старших слушаешься. А теперь одевайся и иди. Доброго пути, Ученик.

И как