Сироты Страны Чудес - Грег Ф. Гифьюн

Дверь внезапно распахнулась, и в один миг в кабинет шагнул мужчина — с дробовиком в руках, наведённым вперёд. Прежде чем это дошло до сознания, мужчина уже выстрелил.

Трента отбросило назад — в окна, — когда огромная рана разверзлась у него в животе и оглушительный выстрел сотряс дом под аккомпанемент звона разбитого стекла и треска расщеплённого дерева.

Рефлекторно Джоэл поднял «девятку» и нажал на спуск несколько раз.

Первые два выстрела прошли мимо — разворотили дверной косяк за мужчиной. Третий угодил ему в плечо и развернул. Четвёртый вошёл в бок — мужчина вскрикнул и рухнул на колени.

В шоке Джоэл замер в центре кабинета, пистолет всё ещё наведён на человека, которого он теперь узнал — это был Новак. Симпсон остался стоять на месте, с нелепой ухмылкой на лице. Трент лежал, запутавшись в разбитых рамах окон, — верхняя часть тела свешивалась наружу, остальное — в кабинете, залитое кровью.

Снег и холодный воздух врывались сквозь свежий пролом.

Новак, стонущий и подвывающий от боли, потянулся к упавшему дробовику.

Джоэл прицелился и выстрелил — несколько пальцев Новака оторвало брызгами крови и кости.

— Сука! — заорал Новак и повалился вперёд.

Музыка... я слышу музыку... грустная... странная музыка... фортепиано... одинокое грустное фортепиано...

Шагнув ближе и с хладнокровием, которого в себе и не подозревал, Джоэл приставил «девятку» под подбородок Новаку и выстрелил.

Тело опрокинулось на бок — верхняя часть головы Новака представляла собой кровавое, изуродованное месиво из мозгов и ткани. Тело несколько раз дёрнулось и застыло.

Смаргивая кровь Новака с глаз, Джоэл обернулся к Симпсону.

Сволочь продолжала улыбаться. Свободная рука тянулась к паху, с наслаждением массируя эрекцию, давившую в брюки.

Те глаза... тёмные и ужасные... смотревшие на него сверху вниз... в него... пока в отдалении играло фортепиано...

— Вещи, которые я видел, Джоэл, вещи, которые я показывал тебе через небо, разорванное как раны в небесах, — произнёс Симпсон, речь стала невнятной от крови, стекавшей в рот. — Огни, горящие и живые в разрушенных умах гениев и дураков, голодные дети и разжиревшие короли на тронах из гордыни и похоти. Лжецы и пророки, бойня, рабство и уничтожения в непостижимых масштабах, кровь, текущая по улицам, мясники, вырвавшиеся на Запад, убийцы детей, спущенные с цепи на Востоке, восход ночи, падение света. Каждый миг, каждая неотвеченная молитва, каждая слеза, каждый вздох. Я помню их все.

Что ты помнишь, Джоэл?

— Я помню тебя, — произнёс Джоэл. — Тебя, Отец. Я помню тебя.

— Как вверху, так и внизу. — Симпсон расхохотался, распростёрши руки в знак приглашения. — Иди, дитя. Выполни своё предназначение. Пошли меня через дверь. Распахни её пошире для всего, что должно пройти.

Джоэл выстрелил ему в горло.

Симпсон осел на пол — кровоточащий, булькающий комок, корчившийся на ковре. Джоэл навис над ним и начал бить его рукоятью «девятки». Снова и снова, пока не иссякли силы — и от черепа мужчины почти ничего не осталось.

Словно в трансе, Джоэл доковылял до окон.

Залитый кровью, Трент лежал на спине в разломанных оконных рамах — верхняя часть тела свешивалась наружу и болталась в снегу.

Осторожно Джоэл высвободил его из осколков стекла, втащил внутрь — и они вместе сползли на пол.

— Трент, — прошептал он, держа его на руках. Но тот уже ушёл.

Образы поплыли перед глазами — обрывочные и перепутанные, и всё же отчего-то утешительные. Трент — намного моложе, с непокорным «ирокезом», в разодранной майке «Dead Boys» и с сигаретой в уголке губ, и та его бунтарская улыбка. Именно об этой улыбке Джоэл думал больше всего. Такой живой — и, может, даже счастливой, — без малейшего понятия, куда всё это приведёт.

Дети... все мы... дети...

Джоэл заплакал — и, начав, не мог остановиться; казалось, ничто никогда уже не будет хорошо.

Через какое-то время Джоэл отпустил Трента, бережно опустив тело под разбитыми окнами. Когда он встал, то увидел в дверях кабинета жену Симпсона.

Она смотрела на него мёртвыми глазами, запястья — свежо вскрыты и кровоточат. — Resut, — произнесла она тихо.

Пробуждаться... пробуждение... из сна...

— Магия реальна, — пробормотала она. — Вперёд или назад — нет разницы. — Она огляделась на царящий вокруг хаос — совершенно не тронутая увиденным, потом повернулась и побрела по коридору. — Время — это палиндром.

Прежде чем она достигла конца коридора, она рухнула.

Весь в крови, Джоэл схватил дробовик Новака и прошёл обратно по дому — оцепеневший, как во сне. Его разум больше не мог вмещать происходящего — и всё же как-то справлялся именно с этим. Хотелось забиться в угол и умереть, закрыть глаза и забыть всё, заставить