Демон отверженный - Ким Харрисон

Не зная, лучше так получается или хуже, я посмотрела на него устало. Да, я занималась эскортом — не тем, что вы могли бы подумать, а настоящим, реально опасным. Однажды, к примеру, взорвали яхту, на которой я была с подопечным.

— Да, это я.

Миниас, аккуратно трясущий корицей над своим кофе, поднял на меня глаза. Дженкс захихикал, и я пнула стол коленом снизу, чтобы у него кофе пролился.

— Ну, ты! — крикнул он, подлетев на пару дюймов, и тут же опустился, не прекращая смеяться.

Зазвенели колокольчики входной двери, парнишка нацепил налицо профессиональное выражение «как-мы-вам-рады» и бросился навстречу клиентам. Остался только Миниас.

Я ссутулилась над дымящимся кофе, глядя на демона. Его длинные пальцы переплелись, охватив большую фарфоровую чашку, будто наслаждаясь ее теплом, и — хотя за темными очками видно не было, — мне показалось, что он закрыл глаза, делая первый глоток. Блаженство, которого невозможно подделать, отразилось у него на лице.

— Я слушаю, — напомнила я, и лицо Миниаса тут же стало пустым, хотя с виду не изменилось. Мама молча ела чизкейк, но поглядывала то на меня, то на Миниаса, и у меня возникло отчетливое впечатление, что она сочла мое поведение грубым. — И я не слишком довольна, — добавила я, отчего мама поджала губы. — Вы мне сказали, что Ал под арестом. — Я подняла чашку, слегка на нее подула. — Что вы с ним сделаете за то, что он нарушил слово и явился за мной? И как вы думаете, что случится, когда это станет известным?

Я глотнула кофе, ощутила, как течет по мне его теплота, снимая легкую головную боль и расслабляя мышцы. Я даже на миг забыла, где я, но Дженкс кашлянул, возвращая меня к реальности.

— После этого вам больше никого никогда не соблазнить на сделку, — договорила я, когда в глазах прояснилось. — Фамилиаров больше не будет. Не правда ли, славно? — закончила я с деланной улыбочкой.

Не отрывая глаз от идиллической картины младенцев-цветов-фруктов, Миниас, поставив локти на стол, сделал глоток из своей чашки, наполняя рот наслаждением.

— На этой стороне линий он куда лучше, — сказал он тихо.

— Ага, — согласился Дженкс. Его чашка доходила ему до пояса. — Там ведь запах жженого янтаря просто в горле стоит.

Тень досады мелькнула на лице Миниаса, легкое напряжение появилось в этой позе расслабленной лени. Я вдохнула поглубже, но ощутила лишь запах кофе, чизкейка и характерный аромат красного дерева, присущий колдуну или ведьме. Не приходилось сомневаться, что мамочка сунула ему амулет, и я знала, что цена этой штуки в списке убытков магазина меня не обрадует. Но раз уж этот амулет отбивает запах демона, предотвращая панику, то мне грех жаловаться.

— Так чего ты хочешь? — спросила я, ставя чашку на стол. — У меня время не казенное.

Мама поморщилась, но Миниас, ничуть не задетый, откинулся на спинку жесткого стула и отставил гигантскую чашку.

— Ал был вызван из заключения…

— Это мы уже сообразили, — нагло перебил Дженкс.

— Дженкс! — процедила я сквозь зубы, и пикси со своей самодельной шпагой неспешно зашагал по столу в сторону чизкейка.

— Мы никогда с таким не встречались, — ответил Миниас неуверенно, обескураженный таким скептическим отношением Дженкса. — Имея такое экстраординарное число контактов на этой стороне линий, Ал с кем-то договорился, что его будут вызывать на каждом закате. Эти люди получили что хотели, а потом освободили его без принуждения к возврату в безвременье. Ситуация по-всякому выигрышная для обеих сторон.

А для меня по-всякому проигрышная.

Мои мысли перескочили к моему бывшему бойфренду, Нику. И Дженкс глянул на меня поверх куска чизкейка размером с его голову — явно он подумал о том же. Ник — вор, и частенько получал информацию у демонов. Благодаря Гленну из ФВБ у меня оказалась в нижнем ящике комода копия его досье. Такого толстого, что только мощная резиновая лента не давала ему рассыпаться. Я не очень люблю думать на эту тему.

— Кто-то освободил демона без принуждения возвратиться в безвременье? — сумела сказать я, опуская глаза. — Это нельзя назвать ответственным поведением.

— Это очень разумное поведение. Для Ала.

Миниас опустил локоть на стол и отпил из чашки.

Я поежилась, отчетливо понимая, что мама внимательно слушает:

— Ты думаешь, меня кто-то хочет убить? — спросила я наконец.

Миниас пожал плечами:

— Не знаю. И если честно, не очень интересуюсь. Мне только надо это прекратить.

Моя мать укоризненно фыркнула, и Миниас убрал локоть со стола.

— После восхода мы можем взять его под контроль, — сказал демон, пряча глаза за очками. — Линии закроются, и его перебросит на нашу сторону. И тогда, чтобы его найти, достаточно будет воспользоваться его метками демона.

Я сняла руки со стола. Пальцы отодвинули браслет Кистена, нащупав выступающий шрам. Перед появлением Ала эта метка демона вспыхнула болью. К старым тревогам добавилась новая: вот так Ал меня и нашел. Черт побери, мне не нравится ощущение помеченной антилопы.

— В тюрьме у Ала нет доступа к лаборатории, — заговорил Миниас, снова привлекая мое внимание, — и поэтому у него в распоряжении только простейшие, легко выполняемые проклятия. Но он исключительно владеет техникой прыжков по линиям.

— Ну, значит, он заглянул на чью-то кухню. Выглядит он как всегда, а я знаю, что это не естественный его вид.

А каков естественный, я знать не хочу. Вот честно, не хочу.

Миниас опустил и поднял голову, снова отпив кофе.

— Да, — ответил он негромко, отклонившись на спинку. — Кто-то ему помогал. И то, что он попытался сегодня с тобой расправиться, почти убеждает меня, что это была не ты.

— Я?!! — выпалила я. — Ты правда думаешь, что я стала бы работать с ним! — Тут я почувствовала, что у меня слабеют пальцы, держащие чашку. Чары облика за одну ночь не наводятся. А значит, Ал… я подняла глаза, очень жалея, что Миниас в очках. — Как давно Ал гуляет на свободе?

Миниас скривился в гримасе:

— Вот уже третью ночь подряд.

Меня пронзило страхом, а Дженкс взлетел со стола, рассыпая красную пыльцу.

— А ты не подумал, что мне стоило бы это знать? — воскликнула я.

Одним плавным движением Миниас снял с себя очки. Опираясь о стол рукой, он наклонился ко мне:

— Меня это совершенно не интересует, — ответил он сдавленным голосом, и я моргнула в ответ на взгляд раздраженных глаз с козьим разрезом зрачков. — Нам плевать, убьет он тебя или нет. У меня нет причин тебе помогать.

— Но ты же помог? — спросила я воинственно, сочтя, что злость лучше страха. — Зачем?

Миниас снова отклонился назад. Я увидела, что он не хочет о чем-то говорить, и решила, что именно об этом я и хочу услышать.