Действие и противодействие. Через Дух Андрэ Луиса - Франсиско Кандидо Хавьер

— Продолжай, продолжай.

— Тогда я подумал, — продолжил больной более твёрдым голосом, — что мог бы быть счастлив, если бы убрал своих братьев. И когда инвентаризация имущества была почти закончена, я пригласил их на прогулку на лодке, чтобы осмотреть большое озеро нашего хозяйства. Но перед этим я дал им выпить ликёра, который усыпил бы их. Я рассчитал время, которое потребуется для напитка, чтобы действовать наверняка. И когда мы беседовали, я обдуманным жестом раскачал лодку в известном мне месте озера, на большой глубине… как только увидел признаки их сонливости… Ах, какое незабываемое несчастье!.. Я до сих пор ещё слышу их леденящие кровь крики ужаса, когда они умоляли меня о помощи. Но их отяжелевшие тела через несколько минут нашли свою смерть. Я поплыл, совесть моя была глуха, но я был твёрд в своих неблагоразумных планах. Причалив к берегу, я стал кричать и звать на помощь. С чётко выверенным поведением я описал фиктивный несчастный случай. Вот так я завладел единолично фермой, позже передав её по наследству своему единственному сыну Луису. Я был богатым, и меня считали честным человеком. Деньги принесли мне социальное положение и общественные привилегии, которые политика передаёт всем тем, кто делают себя сами в этом мире, своим разумом или прозорливостью. Время от времени я вспоминал о своём преступлении… это было постоянной тучей, которая затемняла мою совесть. Но в компании с Альзирой, незабываемой супругой, я искал развлечений и путешествий, которые отвлекали моё внимание. Я никогда не был счастлив. В годы юности моего сына супруга серьёзно заболела, и от лихорадки, которая сжирала её в течение нескольких недель, она обезумела. В приступе безумия… в одну ужасную ночь, она утопилась в озере. Вдовец… Я часто спрашивал себя, не стала ли она игрушкой в руках привидений моих жертв. Но я боялся любых намёков на смерть и старался просто пользоваться своим богатством.

Несчастный сделал долгую паузу, чтобы перевести дух, перед тем, как продолжить:

— Бедный я, бедный!.. Как только мои физические глаза закрылись перед могилой, оплаченные мной молитвы ничем мне не помогли, поскольку мои братья, которых я считал умершими, предстали передо мной. Превратившись в мстителей, они ждали меня по ту сторону могилы. Они бросили мне в лицо моё преступление, стали покрывать оскорблениями и безжалостно мучить меня, пока, наверное, не устали бить меня. Они отвели меня в мрачную пещеру, где я превратился в кошмар, в котором сейчас и нахожусь. В своих мыслях я вижу лишь лодку в зловещем сумраке, слушая вопли своих жертв, которые рыдают и разражаются странным ужасным смехом. Несчастный я!.. Я узник ужасной лодки… и не могу освободиться от неё… Кто даст мне уснуть или умереть?…

Как если бы конец исповеди принёс ему определённый отдых, больной погрузился в глубокую апатию.

Друзо вытер ему слёзы, обратившись к нему со словами утешения и нежности, и посоветовал Помощнику отвести его в специализированную медсанчасть. Затем, в раздумье, сказал нам:

— Итак, мы уже знаем всё необходимое для установки точки отправления в задаче помощи. Мы вернёмся к его случаю в нужный момент.

И глядя вдаль, заметил после долгой паузы:

— Да защитит нас Иисус.

С этого момента мы уже не могли ничего добавить к нашим наблюдениям, поскольку прибыл посланник и проинформировал Наставника, что группа недавно развоплощённых готова прибыть, и мы последовали за ним в работе, которую он определял как «задача осмотра».

4

НЕСКОЛЬКО НЕДАВНО РАЗВОПЛОТИВШИХСЯ ДУХОВ

Мы достигли широкого ограждения, построенного по образу внутреннего дворика с правильными широкими пропорциями.

У меня было впечатление, что мы проникли в огромный холл, немного схожий с некоторыми земными железнодорожными вокзалами, поскольку десятки сущностей находились здесь в ожидании установок, предусмотренных для этого, и аккуратно располагавшихся по периметру зала.

По правде сказать, я не увидел ни одного лица, на котором бы отражалась хотя бы малейшая радость.

Различные группы делились на озабоченных и печальных, некоторые из них вели между собой тихие разговоры.

Мы могли слышать, когда проходили, разные диалоги, по примеру небольшого круга лиц, где мы услышали такие фразы:

— Ты считаешь, она сможет теперь измениться в правильную сторону?

— Вряд ли. Она так долго была сосредоточена на потере контроля жизни.

Чуть далее мы услышали из уст одной из женщин, которая обращалась к молодому человеку с встревоженным лицом:

— Мальчик мой, успокойся. По информации Помощника Клаудио, твой отец не сможет нас узнать. Ему понадобится долгий период времени, чтобы прийти в себя.

Было возможно ухватить лишь обрывки разговоров, подобным этим, во время нашего прохода.

В одном из уголков этого оживлённого места Друзо великодушно доверил нас добрым заботам Силаса, упомянув о срочных обязательствах, которым он должен был посвятить всё своё внимание.

Мы увидимся на следующий день. Любезное обещание вынудило меня считаться со временем.

В силу царящего здесь мрака, мы не могли знать, был ли теперь день или была ночь. Именно поэтому здесь были огромные часы с широким циферблатом, который отмечал все двадцать четыре часа. Они играли для меня ту же роль, что компас для путника, и проинформировали меня, что у нас ночь.

Раздался звон невидимых колоколов, и, понимая нашу любознательность, Силас объяснил, что через несколько минут в холл прибудет колонна[4].

Я воспользовался этим моментом, чтобы задать вопросы, которые казались мне необходимыми.

Какого рода существ мы ждём здесь? Недавно развоплощенные, в каких условиях? Как организована группа? Прибывает ли она в учреждение ежедневно, точно в своё время?

Компаньон, который намерен помогать нам, объяснил, что сущности, которые должны вот-вот войти в холл, составляют часть команды из девятнадцати человек, в сопровождении десяти служителей центра, направляющих их экскурсию. Речь шла о недавно развоплощённых в состоянии ментального расстройства, клиентам немедленной помощи, поскольку они не были погружены в отчаяние, и тем более не полностью испорчены господствующими во мраке силами. Он также объяснил, что группа состоит из специализированных тружеников, под присмотром Помощника, и путешествуют без плотного транспортного средства, беря только необходимый материал для передвижения в тяжёлом окружении теней, и им помогают лишь несколько разумных и услужливых собак.

«Мансао» насчитывал две группы подобного рода.

Ежедневно одна из них прибывала в этот дом обновления, и заменялась в кропотливой работе помощи.

Но, уточнил он, их прибытие не происходит в точно определённое время, поскольку паломничество в область мрака обычно подчиняется обстоятельствам.

Едва наш собеседник закончил говорить, как в широкий холл прибыла экспедиция.

Ответственные сотрудники были внешне спокойны. Но взгляд некоторых из