Плащаница из Овьедо - Дэвид Ричардс

Настроение у девушки еще больше упало, когда ее «шевроле» затарахтел по автостраде мимо нефтяных резервуаров «Эссо» и заводских магазинчиков с их зависшими в воздухе рекламными щитами, которые видны за четверть мили, а затем проехал сосновый лесок, выглядевший блеклым пятном на фоне чистого неба.

Ей нужны деньги, чтобы уехать, иначе время пройдет и она навеки останется бедным родственником в доме Рут. Судьба дала ей шанс выбраться из Ривер-Фол, а она его проворонила.

Заезжая на парковку «Голубого рассвета», Ханна посмотрела на часы приборной доски и поняла, что опоздала более чем на полчаса. Однако на парковке машин было немного, и это успокаивало: значит, Бобби не очень расстроится из-за ее опоздания.

На ходу снимая пальто, Ханна открыла дверь в закусочную и вошла.

— Ну-ка, ну-ка, ну-ка, — громко произнесла Тери, которая наполняла сахарницы розово-голубыми пакетиками с сахарозаменителем. — Вы только посмотрите, кого к нам занесло!

— Извини, Тери. Тебе пришлось самой подготовить все столы? Обещаю, завтра я отработаю за двоих.

— Да ладно, к черту столы. Мне они уже снятся. С тобой-то все в порядке? Ты вся красная.

— Спешила, чтобы не опоздать.

— Чем сегодня занималась?

— Да так, дома убирала.

Тери, закончив с сахарницами, продолжила:

— Ты уж прости, но я тут десять минут назад звякнула тебе, чтобы просто напомнить, что у тебя сегодня ночная смена. Твоя тетя сказала, что тебя весь день дома нет. Ита-а-а-ак, что случилось?

— Ничего не случилось. Просто решила пройтись по магазинам и поехала в Бостон.

Старшая официантка нахмурилась.

— В Бостон, да? Ты же сказала, что дома убирала. Ханна Мэннинг, вы не умеете врать. Ну же, мне ведь ты можешь рассказать.

— Да не о чем рассказывать, честно.

— Хорошо, хорошо. Не хочешь — не надо. Тогда у меня только два вопроса.

— Каких?

— Я его знаю и он женат? — Тери сказала это так громко, что Бобби выглянул из кухни посмотреть, что происходит. На фоне чистого белого фартука, который был на нем в этот день, его футболка с короткими рукавами выглядела еще более выцветшей.

— Ага, наконец-то появилась, — буркнул он Ханне. — Как раз вовремя. Я уже начал думать, что мне придется провести всю ночь с этой…

— Сомневаюсь, что ты знал бы, что тебе делать, если захотел бы провести всю ночь со мной, Казанова, — перебила его Тери.

— Для начала я бы связал тебя, а на голову надел мешок.

— Правильно. Иначе я бы умерла со смеху.

«Опять завелись», — подумала Ханна и пошла в кладовую, где в дальнем уголке, в ржавом шкафчике, у нее хранилась запасная форма. Спрятавшись за стеной из картонных ящиков с консервированными стручковыми бобами и яблочным пюре, она быстро переоделась. Теперь ее беспокоил вопрос, действительно ли Тери думает, что у нее кто-то появился. Даже если и думает, то с этим ничего не поделаешь, так как у Тери все мысли об одном и том же. Послушать ее, так причиной задумчивости у девушек может быть только очаровательный жеребец в обтягивающих джинсах, который имеет привычку прятаться за каждой дверью и под каждой кроватью.

Ханна завязала за спиной фартук и, когда вернулась в зал, обрадовалась, что обстановка там изменилась, — стало намного оживленнее. Всегда так. Сначала никого нет, а потом словно все сговорились и дружно набежали. Зато Тери не будет допекать своими расспросами о том, где она была сегодня целый день. Тери — человек неплохой, никогда не обидит. Но вот только не всегда знает, когда следует остановиться. Так же как и с ее шуточками над Бобби.

Вскоре Ханна с головой ушла в хорошо знакомую и почему-то успокаивающую работу. Блюдо дня — мясной рулет, обильно политый соусом, — две порции, вот тем двум дальнобойщикам за столиком у стены. Жареные куриные ножки для мистера и миссис Кингсли, пожилой супружеской пары, которые всегда заказывают их, не забывая при этом снабдить тебя ценными указаниями: «Только чтобы ножки, а не барабанные палочки, пожалуйста». Одним кофе принеси, другим — долить, третьим — счет. Ханна была рада всему этому, потому что в работе время пролетало незаметно.

Идя ей навстречу, Тери, нагруженная большим блюдом с двойными гамбургерами, украшенными колечками жареного лука, Ненароком задела ее.

— Не знаю, как у тебя, — пробормотала она, — а у меня поясница так и поет о недельке на лазурном берегу в Лодердейле[8]. Может, махнем туда втроем — я, ты и твой тайный воздыхатель?

Только когда часы с надписью «Пришло время для Бада[9]», висящие над дверью, показали три минуты десятого, в закусочной наступило короткое затишье. Следующую волну клиентов можно было ждать минут этак через сорок пять, когда в местном синеплексе[10]закончится очередной сеанс. Тут Ханна услышала, как кто-то ее зовет, и окинула взглядом зал, в котором еще находились несколько не спешащих покинуть свои столики клиентов. У кассового аппарата стоял Бобби и махал над головой телефонной трубкой.

— Это тебя! — крикнул он.

Ханна вытерла ладони о фартук, взяла трубку и услышала:

— Алло, это Ханна Мэннинг?

— Да.

— Это миссис Грин из «Партнерства ради Жизни». Я звоню не вовремя?

— Нет-нет, все нормально. У нас пока полный штиль.

— Это хорошо. Хочу сказать, что до сих пор нахожусь под впечатлением от нашей с вами сегодняшней встречи.

— Мне она тоже понравилась, миссис Грин.

— Я думаю, что вы — очень особенный человек. Хотелось бы, чтобы такие люди, как вы, почаще обращались в «Партнерство ради Жизни».

От этих слов у Ханны просто гора с плеч свалилась.

— Слава Богу. То есть… Я не хотела обременять вас моими проблемами. Даже не знаю, почему я все это рассказала…

— Не беспокойтесь, — перебила ее миссис Грин. — Мы ведь хотели получше узнать друг друга, помните? Ну, хватит, перейду сразу к делу. Когда вы ушли, я еще немного посидела в офисе, думая о нашем разговоре и просматривая свою клиентскую картотеку. Знаете, я привыкла доверять своей интуиции, поэтому думаю, что нашла для вас идеальную кандидатуру.

От восторга у Ханны перехватило дыхание. Она даже подумала, что ослышалась. Та часть ее, которая каждый день видела раздавленных повседневными хлопотами домохозяек, затаривающихся в супермаркете или выгружающих пакеты с покупками перед гаражом своего желто-коричневого дома, кричала, что это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Ничего из этого не выйдет, потому что… потому что это — Фол-Ривер, у тебя здесь изначально ничего не может получиться. Но ведь миссис Грин говорит, что у нее вроде бы есть вариант. Причем идеальный вариант.