Тьма - Алексей Атеев

Иван шагал в гомонящей толпе и не переставал удивляться, как стремительно все меняется в этом городе, где, казалось бы, время остановилось. Еще полчаса назад он сам утверждал, что здесь ничего не происходит, однако явно покривил душой. Он находится здесь чуть больше двух недель, а сколько событий случилось за этот срок. Только глав Верхнеоральска сменилось трое, и все слетели со своего места в результате насильственных действий. Теперь вот он встал у руля. И ведь ни сном ни духом… Даже представить себе не мог, что подобное может случиться. Что ж, он готов порадеть о благе этого ставшего уже почти близким города.

В голове роилось множество самых причудливых планов, начиная от превращения Верхнеоральска в туристическую Мекку и кончая строительством в городе метро, бесплатной выдачей каждому жителю мобильного телефона и возведением громадной башни, наподобие Эйфелевой. И чем фантастичней казалась идея, тем легче он зачислял ее в число возможных воплощений.

И вдруг где-то в глубине сознания нашему герою послышался слабенький голосок, вопрошавший: неужели ты прибыл только для того, чтобы стать слугой этих, неведомых тебе людей? Вспомни печальную судьбу своих предшественников. Вон, на тачке катят облепленную мухами мадам, которая считала, что наглость – второе счастье. И чего она добилась? Всем хочется властвовать, и никто не задумывается о последствиях. Он приехал сюда с конкретной целью, выяснить: существует ли мессия на самом деле? Выяснил? Увы, нет. Он так и не добился четкого и ясного подтверждения того факта, что Шурик – истинный чудотворец, а не сумасшедший. И то, что вчера произошло на кладбище, тоже никоим образом не подтверждает его сверхъестественные способности. Да, некоторые детали как будто свидетельствуют об обратном. И главная из них – поднятие тела из гроба. Но была сильная гроза. Молнии били рядом с могилой, одна даже попала в гроб. Иван видел это собственными глазами. Допустим, образовалось мощное электрическое поле, которое либо действительно подбросило мертвеца в воздух, либо создало иллюзию этого. А что потом стало с телом? Куда оно делось? Возможно, сейчас этот вопрос прояснится. Увидим.

В то время как Иван Казанджий, сопровождаемый многочисленными верхнеоральцами, продвигался по направлению к кладбищу, другой герой нашего повествования, майор Плацекин, сидел в собственной квартире, вернее, в доме, и тосковал. Подобное состояние продолжалось с того самого момента, когда он застрелил Шурика. Никто его не преследовал, никто даже не замечал, что он существует на свете. Первое время он ожидал: вот-вот придут и арестуют. Но никто не приходил, даже не звонил. И это было ужасно! Он, Плацекин, совершил убийство, А, казалось, никому до этого нет дела. Только жена, с которой он в последнее время практически не общался, одобрила его действия.

– Молодец, – похвалила она. – Не ожидала от тебя подобного поступка. Однако ты показал себя настоящим мужиком, тем более ментом.

Плацекин старался уловить в ее словах издевку или хотя бы иронию, но Людмила Сергеевна отнюдь не смеялась над своим муженьком. Напротив, в голосе мадам Плацекиной звучало даже не одобрение, а скорее восхищение.

– Лучше бы меня посадили, – в тоске произнес майор.

– Кто тебя посадит, дурачок. Я все выяснила. Нет в твоих действиях состава преступления.

– Как это нет?!

– Да очень просто. Этого парня должны были задержать. Пришли солдаты, а он пытался бежать.

– Ничего подобного! Никуда он не бежал.

– Нет, бежал! Мне лучше знать, я расследование проводила… Но ты пресек попытку к бегству. Действовал согласно своему статуту и должности. И не страдай. Ты оказал городу неоценимую услугу, ликвидировав этого типа. Тебя наградят орденом. Я позабочусь…

– Дура! – только и смог произнести Плацекин.

С дочерью он столкнулся лишь один раз. Во взгляде Даши читался такой ужас, что Плацекин дернулся, словно его перетянули кнутом. Девушка не сказала ему ни слова, а ведь майор хотел объяснить своему чаду мотив собственного поступка. Да, мотив… Не стал бы он стрелять в Шурика ни с того ни с сего. Не из ненависти, не из боязни за дочь… Все было значительно проще. Плацекин вспомнил разговор, который предшествовал роковым выстрелам.

А дело было так.

Если читатель не забыл, на последнем ужине во дворе Картошкиных, когда апостолы пробавлялись скромным угощением мамаши в виде окрошки, Шурик изрек: «один из присутствующих предаст меня». А часом спустя, когда большинство пирующих разбрелось и Шурик и Плацекин остались одни, Шурик подсел к майору и завел с ним довольно неожиданный разговор.

– Ведь вы недолюбливаете меня? – неожиданно спросил он у майора.

Удивленный Плацекин ответствовал, что вовсе нет.

– Не нужно кривить душой в моем присутствии, – довольно строго и в то же время как-то очень доверительно сказал джинсовый малый.

– Но я и не кривлю, – заявил Плацекин.

– За дочь опасаетесь, – очень просто обозначил причину неприязни Шурик. – А зря. Дело в том, что я не могу совершить с Дашей ничего, с вашей точки зрения, плохого, поскольку я – импотент.

«Врет», – подумал Плацекин.

– И ничего не вру, – тут же поразил майора Шурик, словно прочитавший его мысли. – Уж поверьте.

«Чего он мне докладывает о своих проблемах?» – недоумевал Плацекин.

– А говорю так, чтобы успокоить вас. Стесняться тут нечего.

«Да он и впрямь мысли читает!» – изумился майор.

– Не без этого, – произнес Шурик, – не без этого… И посему могу позволить себе быть откровенным. Я вас одновременно и притягиваю, и отталкиваю. Ведь так?

Плацекин, не зная, что ответить, пожал плечами. Если ты способен читать мои мысли, то зачем спрашиваешь? Шурик тоже замолчал, сорвал травинку, росшую у стены дома, и сунул стебелек в рот.

Странный разговор тяготил Плацекина, и он хотел было уйти, но что-то словно не пускало.

– К чему ходить вокруг да около, – неожиданно произнес Шурик. – Хочу попросить вас об одном одолжении.

– Каком же?

– Вы должны убить меня.

У Плацекина отвисла челюсть.

– То есть как? – наконец нашел силы произнести он.

– Да очень просто. Застрелить из вашего табельного пистолета.

– Ничего не понимаю… Как застрелить?! Зачем?!

– Возможно, вы еще не поняли, но у нас тут разыгрывается некое действо. Так сказать, мистерия. – Шурик умолк и выплюнул изжеванную травинку. – Реминисценция одной древней истории… Знаете, я измышлял ее нынешние повороты не один год, все думал, думал… Частности могут быть иными, но основные сюжетные линии должны быть обязательно соблюдены. Но пока что все идет по сценарию.

– По какому сценарию?

– Сочиненному мной. И чтобы все шло согласно нему, вы и должны…

– Что за бред. Я вовсе не желаю вас убивать. С чего бы вдруг? За Дашку? Тут вы, конечно, отчасти правы. На ее счет у меня имелись определенные опасения. Переживал, не скрою. Но коли вы сами признались в э-э… вопрос снят. Тогда с какой стати?