Книга мертвых - Дуглас Престон

Полное уничтожение – такова была судьба всех прекрасных драгоценных предметов, найденных в гробнице. Все, что на протяжении многих лет создавалось трудом тысяч ремесленников, в один день превращалось в груду обломков».

Вакханалия разрушения продолжалась, сопровождаемая бранью и криками. Нора бросила взгляд на мэра и его жену: супруги стояли с открытыми ртами, пораженные и захваченные тем, что происходило у них на глазах. Не меньший эффект произвело шоу и на остальных зрителей. Даже офицеры полиции и телеоператоры изумленно таращились на экран. Виола Маскелин перехватила взгляд Норы, кивнула и, улыбаясь, подняла вверх большие пальцы.

Нора вновь ощутила уже знакомый озноб. У нее не оставалось сомнений: экспозиция будет иметь успех – причем огромный. Не могла она не думать и о том, что является старшим куратором выставки, а потому в будущем успехе есть и ее заслуга. Мензис был прав: теперь карьера ей обеспечена. Голос за кадром продолжал повествование:

«Разгромив все в Зале колесниц и забрав из нее все ценное, грабители двинулись в самое сердце гробницы – так называемый Золотой дом, или собственно погребальную камеру. В погребальной камере находились наиболее ценные сокровища, и она считалась самым опасным местом в гробнице. Потому что здесь покоился фараон, чье тело хоть и было мумифицировано, но, согласно верованиям древних египтян, продолжало жить».

* * *

Все еще сжимая в руках факелы, вспотевшие и возбужденные после учиненного погрома, грабители прошли через дальнюю арку в погребальную камеру. Сдерживавшее зрителей низкое ограждение было убрано, и толпа вслед за голографическими фигурами устремилась через Зал колесниц. Войдя в погребальную камеру, гости остановились перед еще одной перегородкой, на этот раз свисавшей с потолка. Вновь раздался голос диктора: шоу приближалось к кульминации.

«В погребальной камере покоилось мумифицированное тело фараона, в котором обитала душа Ба – одна из пяти душ умерших.

Ограбление гробницы обычно происходило в светлое время суток. Это делалось намеренно, поскольку, по убеждению древних египтян, днем душа фараона вместе с солнцем совершала путешествие по небу, а следовательно, отсутствовала в погребальной камере. На закате же душа Ба воссоединялась с телом фараона. И горе грабителю, застигнутому в гробнице ночью, когда мумия оживала!

Но жрецы допустили оплошность. В то время механические часы еще не были изобретены, а от солнечных в темном помещении не было никакой пользы. Злоумышленники потеряли счет времени и не знали, что солнце уже клонилось к закату…»

Грабители вновь принялись крушить все подряд: разбили канопы и разбросали по полу внутренние органы Сенефа, потом высыпали на них зерно из корзин, расшвыряли повсюду продукты и мумии домашних животных, опрокинули статуи. Покончив с этим, они занялись огромным каменным саркофагом: просунув с одной стороны кедровые колья, осторожно приподняли тяжелую, не меньше тонны весом, крышку и стали медленно сдвигать ее – миллиметр за миллиметром, пока она не упала на пол и не раскололась надвое. И снова Норе показалось, что она видит не голографическую проекцию, что все это происходит в действительности.

Нора почувствовала, как кто-то тронул ее за плечо, и, обернувшись, увидела улыбающегося мэра.

– Это просто фантастика, – прошептал он и заговорщицки подмигнул. – Похоже, проклятие Сенефа наконец-то снято.

Глядя на его лысую макушку и круглое блестящее лицо, Нора невольно улыбнулась. Он почти поверил в происходящее, и сейчас напоминал большого ребенка. Впрочем, как и все остальные.

У нее не осталось ни малейшего сомнения: шоу имело потрясающий – чудовищный – успех.