Крампус, Повелитель Йоля - Джеральд Бром

– Стоит тебе спустить курок – ты труп.

– И почему же это?

– Они на заднем дворе, Диллард. Весь отряд, и все вооружены до зубов.

У Дилларда кровь застыла в жилах; перед глазами встали изувеченные тела в гараже у Генерала. Он был совершенно уверен, что Джесс лжет, и все же не удержался и кинул взгляд в окно, выходившее во двор.

– Три человека позади дома, – сказал Джесс. – А остальные – внизу, у Ривер-роуд. Спусти курок, Диллард – и они все будут здесь. Они знают – это ты убил их друзей.

Диллард надавил на спуск. И замялся. Постарался вытряхнуть из головы лишние мысли. «Он водит меня за нос».

– Мы вместе оказались в этом дерьме, Диллард. И никто не станет раскрывать рот. Если бы я захотел тебя заложить, я с тем же успехом мог бы настучать на самого себя. Просто отпусти нас.

Диллард чувствовал себя как-то странно. У него горели щеки, слезились глаза. Он попытался проморгаться и заметил, что у него дрожат руки. Может, виновата была мигрень, может, недостаток сна, или просто нервы. «А может все это, вместе взятое», – подумал он.

– Если ты прямо сейчас выйдешь через переднюю дверь, – продолжал Джесс, – пока они еще не здесь, то, может, тебе удастся выбраться отсюда живым. Но тебе лучше поторопиться, они могут войти в любую секунду.

– Брехня.

– Генерал тоже мне не поверил… теперь он мертв. Диллард, поверь, ты не захочешь связываться с этими ребятами.

«Он лжет, ты это знаешь», – подумал Диллард. И все же Джесс говорил так чертовски уверенно. В глазах – сталь, и он был такой спокойный, будто это он держал пистолет. Диллард вдруг очень отчетливо осознал, что это был совсем не тот Джесс, о которого он вытирал ноги все эти годы.

– Я верну тебе фотографию Эллен, – сказал Джесс.

– Что? Что ты сказал?

– Хотел тебя шантажировать.

– Какая фотография?

– Ты знаешь, какая. Та, на которой твоя жена с перерезанным горлом. Та, которую ты хранил за свадебным фото.

Комната закружилась у Дилларда перед глазами, ему захотелось присесть. Этого он предусмотреть не мог.

«Кто-то меня заложил. Кто предатель? Кто? Они же все мертвы… А Чет? Что-то не припомню, чтобы я видел его тело. Неужели Чет выдал его? Пистолеты, фотография… Вашу мать, кто еще? Чет не любил Генерала. Он что, работал на этих ребят из Чарльстона? Он сейчас там, снаружи?»

– Фото у меня в нагрудном кармане, – Джесс повел подбородком, указывая, в каком именно кармане. – Хочешь достать сам? Или это сделать мне?

Диллард еще раз попытался проморгаться и кинул на Джесса яростный взгляд.

– Давай сюда! – зашипел он. – Давай сюда сейчас же!

Джесс медленно сунул пальцы в нагрудный карман – здоровые, прекрасно гнущиеся пальцы. Что? Диллард задохнулся, метнувшись взглядом к другой руке Джесса, потом обратно, к первой. Все пальцы у Джесса были в порядке, в полном порядке.

«Как… нет? Это же невозможно. Я же сам их сломал – я слышал, как треснули кости».

Ни в чем не было смысла. Кровь гремела у Дилларда в ушах, и голова, казалось, вот-вот разломится пополам.

Джесс вынул из кармана руку. Пальцы у него были в каком-то сверкающем порошке.

– Прости, она у меня в другом кармане.

«Все не так. Стреляй в него, просто стреляй!»

Джесс встряхнул пальцами – теми самыми пальцами, которые должны были быть сломаны, изувечены. Несколько песчинок попало Дилларду прямо в лицо; у него помутнело в глазах, все вокруг завертелось. Джесс сорвался с места, и Диллард дважды спустил курок, а потом он уже падал, падал во тьму.

* * *

Боль – глубокая, острая боль – выдернула Дилларда из темноты. Он вскрикнул, открыл глаза, и обнаружил, что лежит на животе посреди гостиной. Шеф попытался сесть и понял, что ноги у него связаны, а руки – в наручниках, за спиной. Палец на руке страшно болел, горел, как в огне, будто кто-то его только что сломал.

– Это было за Эбигейл.

Диллард сморгнул; сидевший перед ним Джесс медленно обрел четкость.

Джесс сидел на стуле, из тех, что стояли у стола, и глядел на него жесткими, ничего не выражающими глазами. У его ног с одной стороны лежал какой-то черный бархатный мешок, а с другой – пластиковый пакет из ванной, из которого на ковер успели вывалиться скотч, нож и молоток. В руке у Джесса был пистолет, смотревший Дилларду прямо в лицо.

Когда-то, припомнил шеф, он дал Джессу пистолет и подначивал его выстрелить в него, Дилларда. Он никогда бы не дал пистолета человеку, сидевшему сейчас перед ним. Никогда.

Дуло ударило Дилларда в висок, точно молоток. В голове взорвалась ослепительная боль. Он зажмурился, по щекам потекли слезы, а боль гремела у него в ушах.

– Это – за Линду.

– А… Мать! – вскрикнул Диллард, чувствуя привкус крови во рту. – Твою мать!

Джесс встал, поднял с пола черный мешок и бросил у ног Дилларда. Тот тупо смотрел на мешок, пытаясь понять, что здесь делает эта вещь.

– Сунь ноги в мешок, – приказал Джесс, и голос у него был ровный, лишенный всякого выражения, как у палача, который просто делает свою работу.

Диллард, заморгав, посмотрел на Джесса.

– Что… в мешок? Я не понимаю.

– Ты отправляешься в ад, Диллард. Будешь тусить с мертвецами.

– Джесс, погоди. Давай просто…

– Я скажу тебе еще раз… Один раз, и больше повторять не буду. Сунь ноги в мешок.

– Джесс, не знаю, что ты там задумал, но…

Джесс пнул Дилларда в ребра.

Диллард заорал.

– Твою мать! Ладно, ладно. Все, что тебе, на хрен, угодно!

Диллард, как мог, сунул ноги в горловину мешка. Джесс подхватил край мешка и, продолжая держать Дилларда на мушке, подтянул вверх, по ногам, до самого пояса. Диллард застыл. Что-то было не так, что-то было совсем не так. Он почувствовал холод, но не как от сквозняка, а будто погружался в холодную жидкость, пропитывающую саму плоть. У него заныли зубы.

– Эй, что это? Что происходит?

Диллард внезапно решил, что в мешок он не полезет. Что пусть лучше его пристрелят, чем он полезет в этот мешок. Он попытался извернуться, дернул ногами, но никакой опоры под ногами не было – будто он парил в воздухе. Джесс бросил пистолет, схватил Дилларда за шиворот и рывком натянул мешок ему на руки. Диллард попытался вывернуться, навалиться на Джесса всем весом, но вдруг понял, что рычаг у него отсутствует. Джесс с легкостью запихнул его еще глубже в мешок, по самую шею, а потом… а потом просто держал его там. Единственное, что еще удерживало шефа от падения вниз, была рука Джесса, державшая его за шиворот.