Мег. Первобытные воды - Стив Алтен

– На вашем месте я бы на это особо не рассчитывал. – Схватив Эрика Холландера под руку, Джонас вытягивает его вперед. – В том, что мег преследует нас, нет никакого случайного совпадения. Владелец яхты – парень по имени Майкл Марен. Холландер нанял его выманить мега наверх из морских глубин с целью поднять рейтинги шоу.

– Что?!

– Марен использует сложный акустический прибор на подводном дроне. Эти звуки и привлекают мегалодона.

Толпа окружает Холландера и Джонаса тесным кольцом. Дженни Арнос проталкивается вперед:

– Нужно бросить Холландера за борт. Пусть на своей шкуре почувствует, что значит быть съеденным живьем.

Ее слова встречают одобрительный гул.

– Нет, погодите, я не знал… Он действительно говорил, будто может заставить мега подняться наверх, чтобы мы могли его снять для шоу. Но мне даже в голову не приходило, чем все это может обернуться. Я… Я прикажу ему увести монстра подальше с помощью дрона. И потребую, чтобы яхта подплыла к борту «Нептуна» и спасла нас. – Не дожидаясь ответа, продюсер поворачивается и рысью бежит в свою каюту.

Джонас отводит капитана в сторону:

– Как далеко от нас Палау?

– Довольно далеко к югу. Ближайший остров расположен в тридцати восьми милях к северо-западу. Это атолл Улити. Сейчас мы именно туда и направляемся.

Джонас чувствует, как судно начинает крениться на левый борт. У нас ничего не получится.

На борту «Целаканта»

Элисон Петруччи передает Майклу Марену рацию.

– Продолжай, Холландер. Я тебя слушаю.

– Ситуация вышла из-под контроля. Ты должен отозвать своего зверя.

– Я тебе уже тысячу раз говорил, что не могу его контролировать. Аль Капоне знает, чего хочет. И на сей раз он хочет ваш галеон. Это настоящая драма. Ты не находишь?

– Какая же ты сволочь! Твой маленький план не сработал. Джонас Тейлор жив, и он уже рассказал экипажу о твоем дроне. Кстати, для тебя есть еще одна интересная новость. Если мы пойдем ко дну, то вместе с отснятыми кадрами.

Марен резко садится на шезлонге:

– А разве вы не отослали файл с вечерним эпизодом?

– Нет, мы изменили формат. Предполагалось отредактировать материал сегодняшней съемки на борту «Нептуна», разделив его на три эпизода, а затем отослать в Лос-Анджелес. Не сразу, а по одному эпизоду. Но твой монстр нарушил наши планы. Мы тонем, а значит, пленки погибнут вместе со мной. И что тогда будет, Марен? Ты никогда не сможешь прославиться. Ты этого хотел?

Марен стискивает зубы. Смотрит на часы. До рассвета осталось меньше часа.

– Ладно, Холландер. Слушай меня очень внимательно. В течение часа Аль Капоне уйдет на глубину, а до этого времени я постараюсь держать его подальше от «Нептуна». Как только рассветет, пусть капитан начинает эвакуацию. Когда увидишь, что «Целакант» выдвигается в вашу сторону, садись в «Зодиак» со всеми материалами вчерашних съемок. Проверь, чтобы кинопленка была в водонепроницаемых коробках. Я разрешу остальным членам экипажа подняться на борт моей яхты лишь после того, как просмотрю пленки.

– А Джонасу Тейлору?

– И Тейлору тоже. Сейчас выбирать не приходится.

Лагуна Танаки

Монтерей, Калифорния

Мак подъезжает к пустой арене уже затемно. Припарковавшись на боковой дорожке, он проходит по пустынному океанариуму, луна в третьей четверти освещает дорогу.

Поднявшись по бетонным ступенькам трибуны, он садится на алюминиевую скамью, в одной руке – открытая банка, в другой – початая упаковка пива. Осушив банку, он сминает ее в ладони и швыряет в темные воды лагуны:

– Угощайся, старина. Чтоб ты подавился!

Открыв следующую банку, Мак делает большой глоток.

– Добрый вечер.

Мак поворачивается и с удивлением видит перед собой своего опекуна.

– Паркер? Это ты? Что ты здесь делаешь? Постой-ка, тебе малыш позвонил, да?

– Джеймс, он переживает за тебя.

– Эй, только не надо называть меня Джеймсом! Меня никто так не зовет. Только мама звала меня Джеймсом, и это имя умерло вместе с ней.

– Ты никогда не говорил о ней на групповых занятиях. Какой она была?

– Мама? Она была святая. Господь послал мне ее в утешение. Как компенсацию за моего отца. Мама всегда меня от него защищала. Она отошла в мир иной восемь лет назад.

– Мои соболезнования.

– Не проходит и дня, чтобы я не вспоминал о ней.

– Ты запил после ее смерти, да?

– Смотри-ка, ты у нас прямо-таки Зигмунд Фрейд.

– Просто друг.

– Я не просил ни того ни другого.

– Ни один человек не просит Бога о том, чтобы стать алкоголиком или наркозависимым. Впрочем, так же как ты не просил себе жестокого отца. Ты используешь алкоголь в качестве болеутоляющего. Но алкоголь не может облегчить ни физической, ни душевной боли, он лишь дает иллюзию бегства от действительности. Мак, алкоголизм – это болезнь. И чем больше ты пьешь, тем больше проблем у тебя возникает. И для того чтобы преодолеть пагубное пристрастие, для того чтобы посмотреть правде в глаза, ты должен принять то, что случилось с тобой в прошлом, поставив заслон между ним и будущим.

– Ну, я пробовал. Но это по-прежнему слишком тяжело. Так что оставь меня в покое.

– Тебе тяжело, потому что ты пытаешься сражаться в одиночку. Если хочешь, чтобы я оставался твоим опекуном, ты должен меня слушаться. Во-первых, звонить мне каждый раз, когда борешься с искушением, а во-вторых, полностью отказаться от алкоголя. – Забрав у Мака остатки пива, Паркер выливает его в воду. А еще ходить на наши занятия, чтобы учиться жить без спиртного. Ты должен продумать каждый шаг к исцелению. Общество анонимных алкоголиков создано для людей, которые действительно хотят исцелиться.

У Мака на глаза наворачиваются слезы.

– Я чувствую себя таким бесполезным. Словно я больше не контролирую свою жизнь.

– Вот почему мы и учим тебя, что надо положиться на высшую силу. А уж Господь сам все исправит.

На борту «Нептуна»

Северо-запад Тихого океана

33 морские мили к юго-востоку от атолла Улити

На затянутом облаками восточном горизонте появляется размытая серая полоска, сигнализирующая о наступлении рассвета. Порывы ветра нагоняют семифутовые валы на испанский галеон, накренившийся на тридцать градусов на левый борт. Две нижние палубы судна уже под водой, половина оставшихся парусов порвана, косые паруса и бизань остервенело хлопают по палубному настилу.

На покосившейся главной палубе сгрудились девяносто три человека в оранжевых спасательных жилетах – пассажиры и члены экипажа. Прошло тридцать минут с появления мегалодона, но ощущение драматизма последних нескольких часов так и не исчезло даже с приближением зари. Куколки, съемочная группа и моряки, сгруппировавшись возле спасательных шлюпок, к которым приписаны, стоят, окутанные туманом соленых брызг, и молятся про себя, чтобы тонущий «Нептун» остался на плаву до восхода солнца.