Как Якир развалил армию. Вредительство или халатность - Сергей Юрьевич Сезин

Сергей Юрьевич Сезин, Ольга Юрьевна Черкунова

Как Якир развалил армию

Вредительство или халатность

Вместо вступления

11 июня 1937 года Специальное Судебное присутствие Верховного Суда СССР вынесло приговор крупным советским военачальникам: Тухачевскому, Якиру, Уборевичу и другим.

Они были обвинены в подготовке заговора с целью свержения власти в стране, физическом устранении руководства и организации ее военного поражения в случае войны с Германией и Польшей (война и поражение в ней должно было облегчить захват власти в стране).

Вслед за расстрелом восьмерых военачальников развернулась массовая кампания разоблачений, арестов и кар для военных, обвиненных участии в этом заговоре, получившем название «военно-фашистского».

Кстати, осуждение фигурантов дела за подготовку террористических актов против руководства СССР стало роковым для многих других военных. Даже если они не признавались и не обвинялись в террористических намерениях и действиях, участие в военно-фашистском заговоре влекло использование закона от 1 декабря 1934 года, то есть в том числе расстрел в тот же день, когда вынесен приговор. Обоснование этому, возможно, было следующим — если для верхушки организации, возглавляемой Тухачевским, было признано участие в терроре против руководителей Советского государства, то и рядовые ее члены должны нести ответственность за участие в террористической организации.

До начала 1957 года Тухачевский и его сотоварищи являлись символом «самого черного предательства», пока Военная коллегия Верховного суда СССР не определила: приговор Специального судебного присутствия Верховного суда СССР от 11 июня 1937 года в отношении Тухачевского и прочих военачальников отменить и дело за отсутствием в их действиях состава преступления производством прекратить.

Маятник в оценке деятельности расстрелянных качнулся в обратную сторону, и теперь они стали на долгие годы символом талантливых руководителей РККА, победивших в Гражданской войне, а потом создавших мощь Красной Армии. Правда, большинство лавров доставались Тухачевскому, чуть меньше Уборевичу и Якиру. Примаков больше вспоминался как герой Гражданской, Путне и Корку славы досталось еще менее. а Фельдман был совсем скрыт в тени своих сотоварищей.

Перестройка и распад СССР стали началом нового этапа отношения к группе Тухачевского. Первым пострадал сам маршал, которого стали обвинять в использовании химического оружия по тамбовским повстанцам и других зверствах по отношению к ним. Конечно, прошли годы, и справедливость обвинений в химическом терроре была опровергнута, но это было только началом. Явились исследователи-ревизионисты, поставившие под сомнение невозможность существования заговора в РККА.

И они были не одиноки. Было поставлено под сомнение однозначно положительное влияние расстрелянных на состояние Красной Армии. Например, А.Б. Широкорад оценивает деятельности Тухачевского по перевооружению армии как приносящую вред, а не пользу, особенно в эпопее с динамореактивными орудиями. Деятельность маршала дезорганизовывала снабжение армии классическими орудиями, а поставляемые и проектируемые ДРП вообще не имели боевой ценности. Автор даже делает выводы о малой компетенции маршала в военном деле. [1.] И он не одинок Теории Тухачевского о военном строительстве достаточно часто подвергались критике, причем находятся все новые и новые ошибки в выборе систем вооружения.

Белорусский исследователь В. Каминский обнаружил в архивах документы о так называемом грамницком эпизоде.

Он относится к 1936 году. Под влиянием председателя СНК Белоруссии Голодеда Уборевич дал согласие на мелиоративные работы на Грамницком болоте, благодаря которым болото должно было использоваться как сенокосные угодья.

Беда в том, что оное болото считалось непроходимым, исходя из чего при строительстве дотов Минского УРа в это болото упирались фланги двух батальонных районов МИУРа.

Если же болото теряло свою непроходимость, в укреплениях образовывалась брешь. ничем не прикрытая, поскольку для прикрытия образовавшегося «отверстия» новых дотов строить не планировалось. Таким образом, Минский УР, обошедшийся стране в 20 миллионов рублей, потерял свою прочность. Следует напомнить читателям, что тогда государственная граница проходила в 30 км от Минска, и такая брешь никак не входила в планы Советского руководства и планы прикрытия границы Белорусского военного округа.

Такая «демилитаризация» границы явно не входила в компетенцию ни Голодела, ни Уборевича и являлась покушением на полномочия Союзного руководства. Разумеется, если она была сделана специально, а не являлась оплошностью. Хотя для такой фигуры, как Уборевич, комплименты которому расточали такие полководцы, как Жуков, Конев, Мерецков, это как-то нехорошо. Особенно странно все это выглядит, потому что Уборевич лично участвовал в выборе размещения огневых точек укрепрайона, поэтому роль Грамницкого болота им должна была осознаваться. [2.]

Но Иероним Петрович отличился в этом выборе еще раз. Граница проходила совсем рядом с господствующей высотой — гора Святая (она же Дзержинская). Это высшая точка Белоруссии — 345 м высоты. И вот эта господствующая высота со значительным обзором на территорию Польши проектируемым УРом совершенно не защищалась, на радость Войску Польскому. Тут Уборевич, характеризуемый как «настоящий советский военачальник, в совершенстве освоивший оперативно — тактическое искусство» пошел по стопам военной мысли Российской Империи. Там регулярно строили укрепления, над которыми возвышались господствующие высоты, этими укреплениями не прикрытые, на радость врагу. Порт-Артур, Либава, Выборг, первый фортовой обвод Владивостока — все испытали этот стандартный ход. К чему это приводило? Самый яркий пример — потеря горы Высокой в Порт-Артуре. Это был конец эскадры, стоящей в базе, и сама крепость продержалась после этого не так долго.

Таким образом, исследователи все чаще говорят, что. хотя заговор Тухачевского и иных не доказан, но деятельность Тухачевского и Уборевича на своих постах приносила такие убытки, что их отстранение от постов было только благом.

А как же превосходные эпитеты? А как же шпионаж и террористические намерения?

За превосходные эпитеты пусть отвечают их произнесшие. Террористические намерения — без знакомства с делами сказать ничего не могу. Поскольку существует практика знакомства с делами репрессированных только родственников покойных — увы, мне так они никогда не будут доступны. Как и большинству читателей, пока потомок расстрелянных 12 июня не ознакомится и не напишет о делах. Или не сменится политика допуска.

Но можно и не ждать этого. А написать о доступных делах и исходя из них, сделать вывод о практике руководства товарищем Якиром вверенным ему округом. Про то, как Якир проводил «Большие маневры», уже сказал исследователь А. Смирнов, [3.] теперь же речь пойдет, как в округе относились к вверенной им материальной части, ради производства которой страна напрягала все силы.

Источники

1. Широкорад А. Б. История авиационного вооружения. Краткий очерк. — Харвест, 1999. (а также многие другие книги автора).

2. Сб. Крепость Россия, вып…3., Владивосток Дальнаука, 2008, стр. 209.

3. Смирнов А. А.; Большие маневры // Родина. 2000.