Агония Сталинграда. Волга течет кровью - Эдельберт Холль

– Гороховый суп.

– Ну, пошли, попробуем!

Пока я ел этот вкусный суп, мне пришло в голову, что я целый день ничего не ел, ни крошки. Первым делом мой компанитруппфюрер протянул мне фляжку, и я глотнул чуть теплого кофе.

Теперь, под покровом темноты, каждый мог наесться, даже часовые, когда их сменяли.

У врага было то же самое, что было видно по «минам», которые мы находили после атаки. Жизненные потребности можно отложить на какое-то время, но не отключить совсем. Пока я хлебал суп, пришел мой друг Ули Вайнгертнер. Мне не хватало его обычной лукавой улыбки. Он уже слышал о потерях за день. Он тоже тяжело воспринял смерть Гроссмана. Не таким тяжелым было его краткое пребывание в штабе батальона.

«Папа Вайгерт» сожалел о скором ранении гауптмана Функеля. Мой гнев на высших чинов, который я чувствовал в полдень, почти прошел. Что было, того не воротишь.

Я рассказал Ули, как это произошло и что я уже зафиксировал все в рапорте командиру.

– Ули, из-за сегодняшних потерь завтра твою роту надо будет развернуть рядом с нами. Позже, через полчаса, обсудить положение придут лейтенант Фукс и унтер-офицер Роттер, принявший командование взводом Гроссмана. Будет также обер-фельдфебель Якобс. Мы должны обдумать, как завтра собираемся дойти до Волги. Думаю, это будет самым твердым орешком, что нам приходилось раскалывать.

– Мне было ясно, что нас пустят в дело с вами, как только я услышал о ваших потерях. Благодаря вашему продвижению III батальон гауптмана Риттнера тоже смог отбросить противника к Волге. Командир в середине дня уже знал, что завтра штурмовых пушек у нас не будет. Поскольку основной натиск идет в нашем секторе – с нашим левым соседом, разведбатом-171, – дивизия обещала нам тяжелое оружие. Ваши достижения получили признание в полку.

– Ну, надеюсь, на завтра нам хватит везения.

Прибыл наш гауптфельдфебель и доложил, что уезжает с полевой кухней. Мы смотрели, как она исчезает в темноте, увозя нашего доброго товарища, которого мы заслуженно ценили.

На командном пункте меня ждали товарищи из 6-й и 8-й рот. Короткий обмен рукопожатиями, и наши мысли моментально сосредоточились на поставленной задаче.

Я спросил командира 6-й роты:

– Герр Фукс, каковы у вас потери и каков боевой состав?

– Рота потеряла двоих убитыми, четверых ранеными. У меня для завтрашнего боя 44 человека.

– Герр Якобс, а каково положение у вас в роте?

– А ты, Ули?

– Потерь нет, боевой состав в общем и целом 48 человек.

– Так у тебя для нас четыре отделения?

– Нет, пять – я сделал из четырех отделений пять.

– Хорошо. Пошли два отделения ко мне и отделение герру Фуксу. С двумя оставшимися отделениями следуй за нами примерно в центре сектора боя так, чтобы развернуться на случай любой случайности, где бы она ни случилась. И какую тактику мы выберем на завтра? Что вы думаете, господа?

После некоторых раздумий лейтенант Фукс сказал:

– Раз уж мы больше не можем полагаться на две штурмовые пушки, мы должны делать то, чему научились – атаковать, прижать противника к земле огнем минометов и тяжелых пулеметов и захватить территорию перед собой. Пока противник поймет, что мы атакуем, мы должны уже захватить ее. Кроме того, нам дадут артиллерийскую поддержку. Ее огонь должен быть направлен на ближайшие цели у противника.

Штаб LI АК: 17.25 25 сентября 1942 г.

LI АК продолжил атаку плацдарма противника вокруг устья Царицы, захватив отдельные участки…

В частности:

Перед 94-й ПД противник продолжает удерживать берег Волги с железнодорожными депо и эстакадами, оба жилых района строго на юго-запад от устья Царицы и оба северных изгиба южного берега, защищаясь с большим упорством.

Универсальный магазин Univermag, одно из тех зданий, которые в немецких донесениях назывались «партийными»

После обсуждения всех «за» и «против» мы решили придерживаться предложенного товарищем Фуксом. Мы назначили время начала атаки на 07.45 и сверили часы. – Герр Якобс, выведите на позиции тяжелые пулеметы, чтобы они могли эффективно поддерживать атаку, а также минометы. Я пойду к командиру батальона с личным рапортом.

Когда мои товарищи ушли, я повернулся к Павеллеку:

– Юшко, ты все слышал. Я иду с Неметцем на КП батальона. Если что-то здесь случится, пошли ко мне Вильмана. Думаю, вернусь через час. Все понятно?

– Понятно, герр лейтенант!

Я добрался до батальонного командного пункта без происшествий. Командир был удовлетворен успехами этого дня, поскольку снова удалось продвинуться вперед. Его беспокоил малый боевой состав и отсутствие подкреплений. Он согласился с нашим планом на будущий день. Он решил положиться на наш опыт и обещал, что мы получим всю поддержку, которую он сможет для нас организовать. Как младшие командиры, мы были всецело довольны командиром. Принимая во внимание нашу заботу о нем, мы надеялись, что он останется в тылу, пока мы не достигнем поставленной цели – Волги. В этом случае он мог сделать для нас гораздо больше с командного пункта, чем подвергая жизнь ненужному риску в уличных боях.

Меня проинформировали об общей ситуации более крупного масштаба, чем наш, и я ушел.

Когда я вернулся на свой КП, компанитруппфюрер доложил, что ничего серьезного не произошло.

Приближалась полночь.

Я прополз в угол наполовину обрушившейся комнаты и попытался немного отдохнуть. В таких ситуациях нет возможности крепко спать – приходится спать одним глазом. Всегда нужно быть настороже, чтобы избегнуть неприятных неожиданностей.

Штаб LI АК: 22.20 25 сентября 1942 г.

LI АК продолжил уничтожение сил противника на плацдарме по обеим сторонам устья Царицы – с успехом.

В частности:

Около 18.30 267-й ПП 94-й ПД взял штурмом оба оставшихся жилых района строго на юго-запад от устья Царицы, упорно защищаемые противником. Яростные контрудары противника – продолжающиеся до настоящего времени – были отбиты. 600-метровые доки еще заняты большими силами противника с восточного берега Волги. На обеих излучинах Царицы противник еще упорно держится за овраги и дома.