Пилот беспилота - Денис Викторович Прохор

— Ивана? Марью? — спросил Компотыч.

— Ваньку.

— Ага. — Компотыч звонко хрустнул пальцами и резво склонился над кофром.

— Что еще за… — начал было Жуков, но Компотыч поднял коптер над головой и…

— Вот он, Ванька! — провозгласил Компотыч и Жуков немедленно с ним согласился. Торчал у «Ваньки» снизу, в перекрестьи несущих пропеллеров характерный суставчатый отросток.

— Ванькой отРЭБим, Машкой отбэмбим. — сказал Вронченко комбату. — Думаю так.

Жуков кивнул головой и развел руками.

— Как скажешь, Вронченко. Мне чтобы танки их ослепли, а дальше мы сами.

— Сперва дрон их посадим на пятую точку. — Вронченко взял пульт управления. Нажал пару кнопок и покрутил джойстик.

— Компо-о-о-тыыч. Давай.

Тонко-тонко зажужжали пропеллеры. Коптер по имени Иван поборолся немного с тяжелым и вязким лесным воздухом и пошел вверх точно и ровно, как по линейке.

— Машка твоя, Компотыч. — бросил коротко Вронченко, не отрываясь от экрана. Жуков видел как Ванька пересек взрытое гусеницами поле, пролетел зеленку и замер над одни из коровников.

— Что вешаем? — спросил Компотыч.

— АГСку. Думаваю, хватит.

— Вы что задумали такое, дронофилы проклятые? — спросил Жуков для порядка.

Компотыч пожал плечами. У Машки не было того характерного, что было у Ваньки. Зато, в том самом месте, находился захват как на Маките или Боше. Только там он использовался, чтобы фиксировать сверла или другой строительный «мирнячок», а здесь Компотыч крепил к Машке заряд для ручного гранатомета.

— Летят перелетные птицы в туманной дали голубой. — пропел фальшиво, но радостно Вронченко. — Бери карандаш, Жуков, и записывай. Долбоклюв номер раз. Серия Т-64.

Вронченко качнул джойстик вправо.

— А вот второй.

Жуков потащил из закрепа на разгрузке рацию.

— Адам! Адам! Готовь 122-е. Две цели.

Жуков скоренько продиктовал координаты и крикнул весело и зычно в сторону.

— Штурмовые! На старт!

Поляна ожила, задвигалась. Штурмовики поднимались, тащили вверх амуницию. Натягивали броники и застегивали каски. Жизнь на краю, тоже жизнь. Крайняя, но жизнь. Запустились движки БТРов и над поляной появилась тонкая голубая линия из дизельных задорных дымов. Жуков не расставался с рацией.

— Михель. Как минометы сработают, ты накидываешь. Без команды вперед не лезешь. Как понял?

— Без команды.

— Вот. А как атаку дам. Михель? Михель?

— Я Михель.

— Прям обороты, обороты, обороты. Пока из нор не повылазили и гвоздить, гвоздить, гвоздить. Как понял?

— Понял. Гвоздить, тюльпанить, гиацинтить.

— Все так, Михель. Все так. — Жуков со всего размаха вставил рацию в закреп и едва сдержал радостный крик. Наконец-то дело!

Вронченко и Компотыч устроились под тревожным сиреневым кустом. Рулили Машкой да Ванькой.

— Играете? — Жуков едва стоял на месте. Сорвал с ветки несколько листов. Потер пальцами и понюхал. Никакой сирени на сиреневом кусте! Ни Вронченко, ни Компотыч, казалось, не заметили Жукова. Качали джойстики, жали кнопки и напряженно следили за событиями на экранах планшетов.

— Дронобойка. — бросил негромко Компотыч.

— Где? — спросил Вронченко.

— У гаража.

— Наблюдаю. — Врончнко, а вслед за ним Жуков, увидели на экране мушиную точку возле раззявленных ворот кирпичного гаража.

— Может увести Ваньку? — спросил Компотыч.

— Не надо. — Вронченко пробежался пальцами по кнопкам. — Машку на него выводи, чтобы прямо на лысину.

— А ты? Вдруг завалит?

— Не завалит. Ванька его коптер посадил, вот он и выскочил. А у меня перепрошивка авторская.

Вронченко едва успел сказать и Жуков увидел как изображение на экране планшета растянулась и не выдержав напряжения лопнуло, разбросав во все стороны капли разноцветных помех.

— Плюх! — сказал Жуков и хлопнул Вронченко по плечу.

— Авторская перепрошивка.

— Не может быть. Быть не может. — пролепетал Вронченко, моментально потерявший прежний задор.

— Может быть. — согласился Жуков.

— Триста! Тридцать! Три! — грохнул радостно Компотыч.

Жуков обошел растерянного, каменного, задумчивого Вронченко. Успел увидеть как покатилась вниз АГСка, выпущенная коптером. Покатилась прямиком на дронобойку и ее живую подставку. Жуков отфиксировал удачное попадание и сказал как можно веселее.

— Улыбайся, Вронченко. Почти забили зверя.

— Ванька не мог упасть, Жуков.

— Значит, у немцев чего-то новенькое появилось. Приладимся. Слышишь? Дело говорю. Сколько их уже было басурманских дрючек?

Совсем рядом заработали минометы. Адам насыпал густо.

— Компотыч? — Жуков вернулся к наблюдению.

— Лес рубят. Щепки летят. О-о-о. Вроде есть контакт.

Жуков увидел желтое кудрявое облако. Оно поднималось, заполняя собой весь экран.

— То что я думаю, Компотыч?

— Оно самое. Прямее некуда. И башня как воздушный шарик летит, летит, летит.

— Вронченко! Ты это видел? Второго распнем и вперед.

А Вронченко не унимался. Он отложил свой бесполезный теперь пульт управления в кофр. Сердито бросил Компотычу.

— Уводи Машку.

— Ты чего, Вронченко? Ну? — Жуков приобнял Вронченко за плечи. — Вытащим твоего Ваньку. Разнесем там все на атомы и вытащим.

— Это не могло случиться.

— Не бери в голову.

— Ты не понимаешь, Жуков. Я все ихние дронобойки обмониторил. Не могло такого быть….Я должен посмотреть. — решительно вдруг заявил Вронченко.

— Эй! Ты куда это?

— Куда и все. — сказал тихо и решительно Вронченко. Он сорвался с места и побежал через поляну к своей буханке.

— Стой, Вронченко, стой! — Жуков сделал шаг вперед, но закричал радостно Компотыч.

— Есть! Есть второй!

И Жуков переключился. Притянул к лицу рацию.

— Михель! Залп и обороты! Аминь! Самый-самый аминь!

За атакой Жуков присматривал через Машку и немного Компотыча. Дрон поднялся высоко. Достаточно, чтобы охватить камерой и поле и зеленку и ферму. Танкисты Михеля сделали несколько залпов. Разворотили стены коровников и подняли вверх, закрывая обзор, серую волокнистую тучу. В неровных разрывах Жуков увидел поле, танки, БТРы и штурмовую пехоту следом, а впереди всех безумно и отважно неслась к цели буханка Вронченко.

— За Ванькой поехал. — в голосе Компотыча были ожидаемое удивление и неожиданная гордость. — Боится, что не переживет Ванька штурм. Нормальный такой…

— Дурак. — поставил Жуков диагноз. Он почему-то широко зевнул и сказал.

— Что за народ? Ну, что за народ? Обязательно свое людское всунут. Знаешь, как это называется, Компотыч?

— Как?

— Не по людски. Вот как.

Жуков включил рацию.

— Михель?

— На приеме.

— Там впереди у тебя буханка.

— Вронченко?

— Теперь не знаю. — проворчал Жуков. — Отзывается на эту фамилию. Ну ты понял, Михель?

— Понял. Специально лупить не будем. А там… Мактуб, начальник.

Машка зависла над фермой. Жуков и Компотыч видели как буханка въехала на двор. Вронченко вывалился из машины и пополз вперед. Буханка качалась. По ней молотили из стрелковки. Выбивали из корпуса тонкие, белые пряди. Двор зарастал густыми кустами от танковых взрывов. Теперь