Черная заря - Владимир Коротких

Андрей поинтересовался у Блинова о судьбе своего предшественника.

— Ушел в Союз на повышение командиром роты.

— А чего это замполит нашу роту веселой назвал?

Блинов поставил кружку с чаем на тумбочку и закурил.

— До вчерашнего дня мы вроде как были не в почете. Но, может, сейчас что и изменится. Я вроде теперь реабилитировался.

Андрей тоже закурил и снова спросил:

— Сань, ты же не один в роте, за что он на всю роту окрысился?

— Есть за что. — Блинов засмеялся и закашлялся от дыма папиросы. — Первым у нас фраернулся на весь полк лейтенант Димка Вавилкин — командир второго взвода, единственный женатик из нас четверых. Слушай, как было. После того, как нас сюда перебросили, жизнь у нас здесь, понятное дело, по-другому пошла, в отличие от стационарной части в мирное время. Отбой и подъем здесь дело весьма условное, потому что чего, спрашивается, солдат поднимать в шесть утра, когда они в пять только вернулись. Кто спал ночью, того понятно — поднимай. Для этого есть дневальные, которые проорут кому надо. Согласен?

— Согласен, — кивнул Андрей.

— Правильно. Я тоже согласен. Но у нас тут не все такие согласные, как мы с тобой. У нас тут по старинке, всех утром под трубу полкового трубача поднимали, — он приставил кулак ко рту. — Ту-ту-ту-ту-ту-ту-ту!!! Жалко, не под оркестр!

В общем, Димка возмутился как-то вслух по этому поводу. А солдаты из его взвода оказались с ним вполне согласные. Но не сказали, что исключительно из большого уважения к нему они этот вопрос собрались урегулировать своими силами и по своему усмотрению. В общем, каким-то образом они ту трубу уперли и в пустыне закопали. А когда они ее закапывали, видно, кто-то их усек и начальству настучал. Тут, конечно, можно было бы и отбрехаться. Мол, не мы это, мало ли солдат, кроме нас, в полку! Но самое смешное то, что эти олухи трубу не просто так закопали, а вложили внутрь ее письмо к потомкам! Представляешь! — Блинов хлопнул ладонями себя по коленям и захохотал. — Они, придурки, написали, что, мол, когда через века археологи найдут эту трубу, то пусть знают, что в этих краях несли нелегкую службу такие-то солдаты из такого-то взвода под командованием такого-то командира!

Андрей с Блиновым долго смеялись, после чего он закончил эту историю:

— Димке за это нагорело, и в полку ему дали прозвище — Дирижер. Но он не обижается, даже сам для связи себе такой позывной взял. Но, кстати, после того случая по утрам дудеть перестали.

Погоди, Андрюха, это еще не все в плане характеристики личного состава! — Блинов снова хлопнул себя по коленям и громко засмеялся. — Недавно отличился еще и командир третьего взвода! Он поехал в Союз с желтухой, а справку привез от триппера!

Андрей подскочил, расплескав чай:

— Бочок? Вася? Да мы с ним в поезде до Ташкента ехали! — он радостно потряс кулаком.

В это время за дверью послышался шум подъехавшего бэтээра.

Блинов поднялся.

— Ну вот, Андрюха. Теперь ты тоже славный представитель нашей боевой роты. Уж не подведи нас, таких! Поехали, что ли?

БТР стоял прямо у дверей. Они забрались сверху на броню. Блинов положил рядом свой автомат. Оружие Андрея находилось в роте, поэтому Блинов снял со своего ремня кобуру с пистолетом Макарова и передал его Андрею:

— Держи, мало ли что.

Пока Андрей надевал кобуру на ремень, к бэтээру подбежал солдат.

— Товарищ старший лейтенант, я с вами назад поеду!

— А живот как? — спросил Блинов. — Я тебя обратно в полк не повезу, учти!

— Живот нормально! Дизентерии нету! Мне пилюлек с собой много дали! На всех хватит! Чего я буду здесь загорать?

— Ладно, садись за пулеметы, а мы сверху прокатимся. — Блинов наклонился к водительскому люку и сказал: — В объезд по пустыне поедем. Хватит нам пока острых ощущений. Тормознешь у трубопроводчиков на повороте. — И, обращаясь к Андрею, добавил: — Кореша проведаю, тебя познакомлю. Он в инженерных войсках. Они горючее из Союза качают по трубопроводу.

БТР заревел двигателями и скоро, покинув пределы расположения полка, быстро покатил по асфальтовой дороге, пролегающей по самому краю пустыни. По обочине дороги тянулся трубопровод малого диаметра. Они сидели на броне, свесив ноги в передние люки. Сильная жара еще не наступила. Со стороны гор дул легкий прохладный ветер.

Андрей с удовольствием подставил лицо ветру и смотрел по сторонам. Рядом на броне сидел Блинов, обычный, нормальный парень, а где-то в роте находился его знакомый прапорщик Бочок. Он постепенно переставал воспринимать войну как явление таинственное, малопостижимое для его ума. Исчезли мучившие до сих пор сомнения о его пригодности в здешних условиях. Вокруг были такие же парни, как и он сам, исполняющие свой долг перед Отечеством, защищая его рубежи на дальних подступах.

Километров через пятнадцать БТР сбросил скорость и остановился у небольшой заставы. Кроме техники охраны, в капонирах стояли дизельные моторы, приводящие в движение насосные установки по перекачке топлива.

Блинов спрыгнул с брони и позвал Андрея за собой.

Навстречу им шел прапорщик, небольшой пузатый мужичок, лет тридцати с гаком. Из-за полноты, даже в условиях относительной утренней прохлады, у него виднелись большие потные круги на форме в области подмышек, на спине и животе. Его лицо с широкими скулами, мясистым носом и заметным вторым подбородком было сосредоточенно-серьезным.

Блинов шутливо поприветствовал его:

— Все, что создано народом, защитим трубопроводом! Здорово, Ковальчук! Где Сидоров?

— Здорово. — Ковальчук пожал им руки и серьезно сказал: — Ты, видно, не знаешь, в госпитале он.

— А что такое? — посерьезнел Блинов.

— Да обычное. Ранен в плечо и в легкое. Насквозь пуля прошла. Но сказали, что не очень опасно для жизни. Еще у нас двое контуженных.

— А что случилось? Давай рассказывай! — нетерпеливо просил Блинов.

— Да ясно что. Духи за последнюю неделю по трассе до кишлака три раза трубопровод ночью подрывали. Мы на это время прокачку прекращаем, а утром, когда свиднеется, латаем его. В последний раз разведчики из вашего полка духов на засаду словили. Но духов оказалось немерено. Так и поперли на них из пустыни. Слышим, они по рации подмоги из полка просят. Мол, у них уже убитый есть. А к ним из полка-то когда еще доскачут? Тогда капитан Сидоров десять человек из наших взял и к ним на бэтээре по кювету добрался. Я тут остался за него, сам ничего не видал, только издали. Стрельба была долгая, со взрывами. Когда из полка подмога пришла, духи уже в пустыню утекли и своих дохлых с собой утащили. Ловко у них получается. Но им тоже попало от наших. Кровищи с их стороны дороги было много. Я утром видел.

— Да ладно про кровищу трепать, что с Сидоровым произошло? — перебил Блинов.