Основной аргумент контрразведки - Игорь Григорьевич Атаманенко

…Впрочем, ничего удивительного в пассажах Тьерри Вольтона нет. Ибо только зомбированием и можно было объяснить западному обывателю мгновенную и всеобъемлющую любовь молодой, эффектной и самой богатой женщины мира к тщедушному лысеющему человечку со стеклянным глазом, каким и был Сергей Каузов!

Постель одна — сны разные

После знакомства с Кристиной Каузов предпринял шаги для расторжения своего брака. В форсированном темпе (с помощью КГБ) ему это удалось. Кристина в качестве отступного бывшей семье Сергея — жене и дочерям — ссудила деньги на покупку кооперативной квартиры. Сами же молодожены поселились в «полуторке», которую делили с престарелой матерью Сергея.

По рассказам Кристины, каждое утро, проведенное в Москве, начиналось со схватки за туалетную комнату.

«Если я просыпалась второй, — саркастично улыбаясь, рассказывала друзьям Кристина о своем московском житье-бытье, — меня ждала незавидная участь. Каузов страдал жесточайшими запорами, поэтому оказаться в туалетной комнате можно было не ранее чем через полтора часа. К тому же туалет был совмещен с мини-ванной…

Что уж говорить, квартира, в которой я жила, это далеко не Зимний дворец русских царей. Не знаю, как им, а вот мне, владелице миллиардного состояния, пришлось ежедневно сражаться за возможность попасть на унитаз и принять ванну. Да и вообще, у меня такое чувство, будто я всё это время жила в условиях, приближенных к человеческим…»

Немудрено, что еженедельно гречанка устремлялась за границу, даже не утруждая себя поиском предлога. Иногда в ее самолете находилось место и для муженька.

Бегство из московского рая

Морганатический брак, длившийся 16 месяцев, в конце концов, распался. Кристина не выдержала и потребовала развода, заявив, что «их любовный корабль разбился о бытовые рифы».

Чтобы подсластить пилюлю мужу, госпожа Онассис дарствовала ему пару танкеров. Теперь и он стал судовладельцем, организовал свою фирму.

Через некоторое время Каузова призвали в Москву. С ним лично хотел пообщаться Арвид Янович Пельше, председатель Центральной ревизионной комиссии ЦК КПСС, которого, по слухам, побаивались все члены Политбюро и даже генсек Брежнев.

Престарелого кремлевского ревизора интересовал вопрос, в какой валюте — драхмах или рублях — новоиспеченный капиталист Каузов собирается платить партийный взносы, да и, вообще, как можно проверить, сколько он заработал за месяц?

Сошлись на том, что к нему будет прикомандирован бухгалтер с Лубянки, который-то и будет переводить валюту в СССР.

Действительно, в партийно-чекистскую кассу Каузов исправно вносил платежи вплоть до развала СССР. В январе 1992 года он убыл на постоянное жительство в Соединенные Штаты Америки.

Последний раз Каузов «всплыл» в июле 1997 года. Радиостанция «Свобода» сообщила:

«60-летний холостой одноглазый со вставной челюстью и абсолютно лысый тайный агент КГБ, бывший муж Кристины Онассис по фамилии Каузов, приставал на нью-йоркском пляже к двум двенадцатилетним подросткам и был так настойчив в своих сексуальных домогательствах, что тинэйджерам ничего не оставалось, как обратиться в полицию. Каузову было предъявлено обвинение в педофилии».

Всяк по-своему платит по счету

А что же Кристина? Решив, что жизнь — сплошной обман, она бросилась в бесшабашный загул. Перелетая с континента на континент, она искала забвения то в одном элитном клубе, то в другом. Зарабатывать деньги Кристина умела, но и тратить — тоже!

В ноябре 1988 года ее труп обнаружили в одном из загородных ночных клубов в сорока километрах от Буэнос-Айреса. Сразу же было объявлено, что она умерла от отека легких. Потом возникли слухи о самоубийстве — были и для них основания. Но дольше других просуществовала версия, что смерть миллиардерши — это месть ЦРУ за отказ от сотрудничества.

Похоронили ее на острове Скорпиос, который по замыслу Аристотеля Онассиса должен был стать райским уголком Земли. Вместо этого он превратился в семейный склеп.

Со стороны может показаться, что блестяще проведенная подстава закончилась ничем, что вся энергия ушла в свисток…

Обманчивое впечатление! Программа максимум Ю.В. Андропова — внедрение наших людей в элитный клуб капитанов индустрии Запада через Кристину Онассис — была выполнена.

Но это уже совсем другая история…

Глава одиннадцатая. Тайны японских караванов

Операции «Стекло» и «Черный песок» — контрразведчики предотвратили разграбление японцами сырьевых ресурсов СССР

Как утверждает начальник аналитического управления ФСБ России генерал-майор Вячеслав Широнин, в 1980 году, возглавив «крестовый поход» против СССР, ЦРУ подготовило и целенаправленно проводило в жизнь строго секретный план под кодовым названием «Доктрина освобождения». С тех пор «Доктрина», или, как ее еще называют авторы, «Мандат на руководство», является настольной книгой всех американских президентов, от Рейгана до Барака Обамы. В этом документе сформулированы цели США, стран — участниц НАТО и Японии в отношении Советского Союза.

Сегодня разведывательная экспансия и разграбление нашего национального достояния, будь то интеллектуальная собственность или сырьевые ресурсы, продолжается, и мы можем наблюдать, как планомерно реализуются на практике положения «Доктрины».

Кстати, японцы еще задолго до появления «Доктрины» приступили к изощрённому разграблению наших природных богатств.

Витринное стекло

В конце 1970-х внимание советских контрразведчиков привлекло настойчивое намерение японского полугосударственного предприятия «Икебуко» закупать в СССР огромные партии витринного стекла.

Причём японский контрагент Минвнешторга СССР готов был, не считаясь с затратами, приобретать стекло эшелонами! Впрочем, о каких гигантских затратах могла идти речь — ведь производство витринного стекла нам обходилось в копейки!

Контракт был заключён, и сотни платформ со стеклом двинулись в сторону порта Находка, где стекло — этот «ценнейший экспортный товар» — грузился исключительно на японские пароходы.

Лишь через несколько лет Комитет госбезопасности СССР через свою закордонную агентуру выяснил, что стекло лишь выполняло роль своего рода прикрытия в получении от поставщика древесины высокого качества — ведь вся наша продукция, шедшая на экспорт, по традиции обшивалась ценными и твёрдыми породами деревьев: кедровой сосной, буком, дубом и т. д.

Она-то — фурнитура, но никак не стекло, — и интересовала «Икебуко».

В соответствии с полученными от наших секретных источников данными, на практике происходило следующее.

Каждый раз, когда караван сухогрузов с очередной партией стекла покидал порт Находка и выходил в открытое море, всем наёмным морякам-рабочим раздавались плоскогубцы и гвоздодеры, после чего они принимались за разукомплектацию контейнеров с витринным стеклом. Доски — фурнитура — аккуратно отслаивались, сортировались и складировались в штабеля, которые затем