Водки летчикам не давать! - Андрей Загорцев

День ВДВ в Ведено.

Скучно сидеть в отделе в штабе группировки, прямо так сказать отвратительно. Отдел только организовывается и мы пока первые ласточки, или просто сосланные из объятий цивилизации, короче с Ханкалы.

Сегодня первое августа, а завтра день ВДВ, аж плакать охота завтра наши товарищи на Ханкале будут пьяные и сытые, напьются водки, нажарят шашлыков будут пускать ракеты, петь песни про "Синеву". Мои сотоварищи по ссылке сидели в группировочной общаге и разбирали шмотьё. Главный наш меланхолично сидел в кабинете и смотрел какую-то порнушку на компьютере.

— Товарищ, полковник, я пошёл, – брякнул я в, полуоткрытую дверь.

Полковник быстренько вынул руки из-под стола и махнул мне: "Иди мол, скотина бескультурная."

Вышел, закурил пощурился на жаркое августовское солнышко и поплёлся в общагу. И тут прямо навстречу попадается мне военнослужащий с очень знакомой физией. Моложавый майор с легкой сединой, обвешанный разгрузками, автоматами пистолетами, остановился как вкопанный, открыл рот и заорал:

— Комааандир!!! – и кинулся с распростёртыми объятиями.

Пообнимались, вытерли скупые мужские слёзы. Оказался мой бывший взводник по первой войне, я ротой рулил, а он заруливал первым взводом.

Как известно земля имеет форму чемодана, а для военных все углы находятся в Чечне и такие встречи здесь не редкость.

Бывший мой подчинённый командовал, ротой разведки дивизионного разведбата, стоявшей неподалеку, на горке. Перекурили, перетрещали, и мой товарищ предложил, забрать нас на день ВДВ себе на горку. Договорились, что за нами после утреннего построения придёт БТР и один командир группы и заберет нас к себе. Распрощались и я снова двинулся в отдел, надо было придумать какую-нибудь грандиознейшую отмазку, чтобы шеф забыл про нас денька на три. Кучи причин крутились в голове, но почему-то кроме фразы: "Товарищ полковник отпустите нас побухать!", ничего в голову не лезло. Теперь я осторожненько постучался в двери кабинета.

Начальство разрешило войти. Полковник на этот раз склонился над картой и жевал карандаш. Лицо "буксовало", мысли проскакивали мимо головы полковника. Увидев меня, он подозвал к карте. Взглянув на карту, я обомлел. На высотах с отметками за тысячу метров, полковник разрисовывал, танковую атаку клиньями.

— Вот смотри, – хлопнул он меня по плечу, тут будем проводить спецоперацию!!!

— Ага, – сделал я восторженное лицо, – и как оно будет выглядеть?

Полковник, начал объяснять, что вот здесь он блокирует высоты силами танкового батальона, здесь посадит, группы спецназа, а тут нанесет бомбо-штурмовой удар, и все еще раз блокирует мотострелковым полком.

— Товарищ полковник, а здесь танки не пройдут, – осмелился вякнуть я.

— Чего это они не пройдут? – возмутился полковник.

Тут, образно говоря, я "унюхал запах горящих фрикционов и вытекшей тормозной жидкости" исходивший от полковника.

Начал ему объяснять, что танки на такие высотки не заберутся, склоны гор, обрывы и т.д.. Полковник сказал, раз у него карандаш по карте идёт, то почему бы и танкам на местности не пройти. Потом всё-таки опомнился, и спросил.

— А ваши спецназовские танки, пройдут???

Мне даже поплохело, может когда я ходил курить в штаты спецназа ввели танки, да еще какие-то особенные? Минут десять я объяснял шефу, что нет у нас танков, и пушек. Шефу стало хреновато, мощная танковая атака, заглохла.