Агония Сталинграда. Волга течет кровью - Эдельберт Холль

Когда мы услышали первые звуки боя к северу от себя, мы поняли, что «танец» начался. Для меня это было внове: раньше я прямо участвовал в бою вместе со своими солдатами. При этом ты сосредоточен на бое и часто не чувствуешь времени.

Теперь я впервые был в роли штабного – участник с совершенно другими обязанностями, для которого время буквально ползет. Я заметил, что нашего командира, оберста Гроссе, терзают сомнения в том, что все идет как надо. Он знал общую ситуацию лучше нас и тоже возражал против цели атаки. Но в целом мы были солдатами, которые должны повиноваться и исполнять приказы. Боевая эффективность любой армии растет или падает в зависимости от повиновения и веры в командование.

Штаб XIV ТК: 16.25 17 ноября 1942 г. По восточному фронту корпуса 16-я ТД с двумя кампфгруппами (боевыми группами) атаковала деревню Рынок с севера и запада. Обе группы первоначально продвинулись в деревню. Плохая видимость и тяжелый оборонительный огонь нарушили связь групп между собой. Контратака русских при поддержке 4 танков заставила боевые группы отступить с северной и западной окраин деревни. Сильный противотанковый и танковый огонь, а также мины вызвали значительные потери наших танков… После перегруппировки, около 13.00, див. возобновила наступление. Бои продолжаются…

Начался жестокий обстрел из артиллерии и минометов, что означало, что продвижение вперед невозможно. Командир приказал мне пойти со связным в штабы II и III батальонов. Для гауптмана Израэля и также обер-лейтенанта Краузе, замещающего гауптмана Риттнера, ситуация сложилась крайне рискованно. У обоих батальонов не осталось резервов, и каждая потеря по-настоящему ослабляла боевой состав.

Обер-лейтенант Краузе сказал со своим восточно-прусским акцентом: «Если так будет продолжаться и дальше, в конце нам придется воевать парнями из обоза».

Втайне я согласился с ним.

Когда я вернулся в полковой штаб, я заполнил донесения оберсту Гроссе и узнал, что соседний полк также понес тяжелые потери и оказался в такой же ситуации. Тем временем сгущалась темнота, и звуки битвы затихали. Наши люди не могли разогнуть спин, вынося раненых и убитых и принимая меры на случай контратаки противника. «Иван» поставил перед своей линией обороны мины, так что каждый чувствовал себя неуверенно.

Штаб 6-й армии: 18.40 17 ноября 1942 г. Цель: продолжение атак в направлении Рынка с целью взять деревню и берег Волги 18.11…

18 ноября 1942 г.

18 ноября также не принесло никаких перемен. Атаки безнадежно топтались на месте и не могли вестись без подкреплений. Солдаты на переднем крае совершали почти сверхчеловеческое усилие. Большинство из них все еще не имело зимнего обмундирования. Другими словами, им приходилось обходиться тем, что у них было. Они набивались в ячейки перед окопами противника, для защиты от сырости и холода имея только плащ-накидки. Время на передовой тянулось вечно. Многие выходили из боя в рваной форме и лаконично комментировали: «Ничего, лучше мундир, чем кости».