Главный бой Дмитрия Лавриненко. «Серпухов не сдавать!» - Артем Владимирович Павлихин

С рассветом подразделения начали отходить, оставив небольшие отряды прикрытия.

…Все попытки наладить связь по радио с кем-либо успеха не имели. Отступая, мы слышали огневой бой по Варшавскому шоссе. 19 октября противник преследовал нас только отдельными группами автоматчиков. Лесные дороги стали непроезжими, и наша пехота часто делала остановки, чтобы помочь транспорту выбраться из колдобин и грязи. Погода — хуже не придумаешь, все время идет дождь»[180].

Журнал боевых действий 312 сд в графе 20 октября 1941 г. содержал следующую информацию об отступлении 18–19 октября:

«С занятием пр-ком Белоусово (18 октября — А.П.) части дивизии вынуждены были к дальнейшему отходу на с.-в., дабы не быть окончательно окруженными пр-ком, и 20.10.41. в 8.00 части дивизии начали отход за реку Протва в направлении на Трубино и Угодский Завод, где занимала оборонительные позиции 17 СД.

Частям дивизии пришлось отходить по непроходимым лесным дорогам, размокшим от дождей, и потерять все машины.

При подходе к р. Протва оказалось, что занимавшая по этому берегу оборону 17 СД оставив накануне подхода 312 СД свои позиции отошла на с-в и взорвала все мосты через реку Протва. Для материальной части и обозов 312 СД, вследствие взрыва мостов, создалось критическое положение. Мосты исправить не удалось и всей дивизии пришлось переходить реку вброд, и здесь дивизии пришлось также потерять часть своей материальной части, т. к. берега реки круты и вязки»[181].

19 октября 1941 г., как вспоминал после войны Мартин Гарайс, командир 98 пд, штурмовавшей Детчино, остатки советских войск, выходящих из Детчино, преследовались 282-м и 290-м пехотными полками (282 и 290 пп 98 пд). У Староселья и Ерденево 19 октября отступавшие советские войска неожиданно перешли в мощную контратаку, которую частям 98 пд с трудом удалось отбить[182]. Здесь речь идет об атаке 1079 сп 312 сд.

Из воспоминаний военнослужащих 312 сд и журнала боевых действий мы узнаем, что переправа через р. Протву людского состава дивизии происходила 18–20 октября 1941 г. Вместе с 312 сд у Трубино через р. Протву переправлялись обозы 17 тбр и 53 сд. У переправы скопилось более тысячи повозок и автомашин. Мост через Протву 20 октября оказался взорванным, поэтому саперам пришлось строить новый. Во время переправы войска обстреливались пулеметом противника[183].

Подробности переправы 312 сд через Протву вспоминали ветераны.

«…18 октября 1941 года в полночь к нам на позиции прибыл командир конной разведки Бржан Кунсаков, который передал командиру полка Буркову распоряжение командира дивизии Наумова. Согласно этому распоряжению, остатки полка должны оставить свои позиции и отходить к реке Нара. Когда мы подошли к реке Протва, оказалось, что моствзорван, из воды торчали лишь одни его опоры. Слухи об этом были разные. Но мы были убеждены, что мост был уничтожен бомбежкой фашистских самолетов. К счастью, прибыли мы туда примерно в десять утра, стояла теплая осенняя погода, моросил мелкий дождь. Положение осложнилось тем, что возле остатков моста скопилось около тысячи бричек и автомашин с ранеными и войсковой хозяйственной утварью. Здесь оказался не только наш обоз, но и обозы 17 — й танковой бригады, 53 — й стрелковой дивизии. Противоположный берег был обрывистый, а сама речка, хоть и не широка, но с быстрым течением. Наши саперы стали быстро наводить мост, используя подручные средства. Среди них был и бывший заведующий Актюбинского городского отдела коммунального хозяйства старший сержант Иван Лысенко. Собрав мост на скорую руку, первой по нему пустили пехоту. Подразделения проходили по мосту не в ногу, стараясь не создавать резонанса, грозившего обрушением. Потом пустили пушку, перекатывая ее на руках. Но пушка провалилась, обломив доски моста. Вслед за ней в реку упала и автомашина. Мы вынуждены были переправлять обоз вплавь. Пехотинцы осторожно двигались по мосту, но достигнув противоположного берега, сразу поворачивали влево, так как фашисты с 300–350 метров вели по нам огонь из пулемета. Благо, в этот день были низкая облачность, дождь, и видимость — не лучшая для стрельбы. Это нас и спасло. Я вынужден был погрузиться в реку в полном обмундировании и пробыть в воде, переправляя обоз, с утра и до поздней ночи. С обеда подул свежий ветер, а к вечеру дождь перешел в снег. Берега Протвы замерзли от краев примерно на полтора метра…»[184].

«…Казалось, что после этой переправы иссякли все силы. Некоторые, не выдержав напряжения, падали на землю и засыпали. А времени для передышки не было. На восточном берегу наших частей не оказалось. Надо было оторваться от противника. Было принято решение — не останавливаясь, продолжать движение до встречи с нашими войсками»[185].

В журнале боевых действий 43-й армии 20 октября было записано, что «312 сд одним полком (1079 сп — А.П.) (состав 1800 чел.) отходила на Тарутино, остальные полки были рассеяны»[186].

Вместе с 312 сд отход с главной линии Малоярославецкого боевого участка совершали и другие подразделения и части 43-й армии.

301 пульбат занимал оборону на Малоярославецком боевом участке в центральном секторе. В составе батальона были стрелковая рота, пулеметная рота и артиллерийская батарея[187]. По данным приказа комдива 17 сд полковника П.С. Козлова вечером 19 октября 1941 г. 301 пульбат завершил отход с главной линии обороны на Протву и оказался в расположении его дивизии[188]. 19 октября 1941 г. остатки личного состава 301 пульбата дислоцировались в Угодском Заводе.

303 пульбат занимал оборону на Малоярославецком боевом участке в южном Детчинском секторе. В составе батальона были стрелковая рота, пулеметная рота и артиллерийская батарея[189]. Этот пульбат упомянут в Журнале боевых действий 312 сд в группе с подольским