Доверие - Димитр Ганев

— Не могу больше! — услышал Кабаков голос Асины.

Сев на землю, она всхлипывала. Саир вернулся к ней, стоял и молча на нее смотрел. Внизу что-то прошумело, и луч света зашарил по лесу.

— Видите? — спросил доктор. — Этот тип отсиживался. Сейчас пойдет в село и выдаст нас. Ну, идем, Асина, дорогая, мобилизуйтесь! Почему мы стоим, господа? — Он мотнул головой, словно отгоняя страшные мысли.

— Убейте, не могу, — сказала Асина.

Доктор подхватил ее, пытаясь поставить на ноги, но у нее не было сил.

— Вот несчастье! — причитал Кабаков. — Что же делать?

— Давайте вернемся, доктор! — сказал вдруг солдат.

— Вернемся, пожалуйста, доктор! — плакала женщина.

Доктор в растерянности остановился перед Асиной, которую Саир поднял на ноги, и, стиснув зубы, сказал:

— Или вперед — или пулю! Нам осталось, может быть, меньше километра. Молодой человек, дайте-ка сюда оружие. — Взяв у Казака автомат, он подал его Саиру, достал из рюкзака обойму и зарядил оружие. — Вот так. А вы, мой молодой друг, возьмите гранату. Саир, вперед! Асина, держитесь за солдата. Так! Давайте, уважаемая, я вас поддержу. Соберитесь с силами. Еще немножко, и все будет в порядке.

Приблизившись к границе, группа Кабакова остановилась, притаившись в густом папоротнике, чтобы перевести дух и подготовиться к самому опасному этапу. Теперь каждый должен был переползти большой участок голой земли и войти в лес по ту сторону борозды.

— Но ни в коем случае не цепью, — предупредил доктор, — а в колонну по одному.

Кабаков не сомневался в успехе этого плана — тревожила его лишь Асина: женщина не могла ни идти, ни ползти. Вот почему, переговорив с Саиром, доктор получил от него согласие доверить ее Казаку, который в крайнем случае понес бы ее на руках, тем более что Казаков уже боялся дать ему оружие.

Каждый занял свое место на краю папоротниковых зарослей.

Первым двинулся Саир. За ним Асина — медленно, на коленях. Казак полз вплотную за ней, помогая. Доктор был последним, только когда они пересекли борозду, обогнал всех. В этот момент на дозорной тропе, спускающейся по склону, стал слышен топот людей. Кабаков вскочил и побежал, кто-то задел его, обгоняя, но доктор оттолкнул его — это был Саир, которому он велел прикрывать огнем группу. Мимо, тяжело дыша, протопал Казак, держа на спине Асину.

Позади затрещал автомат, и пули срезали верхушки сосен над их головами. Саир бросился вдогонку за группой. Снова просвистели пули. Наконец, все стихло.

34

После часа мучительного передвижения по высохшему руслу ручья, усеянному камнями и корневищами, четверо беглецов выбрались на проселочную дорогу и, двигаясь по ней с большими предосторожностями, остановились перед какой-то бесхозной постройкой с просторным двором, с изгородью из тонких сосновых жердей. Вокруг, кроме леса и звездного неба, ничего не было видно. Кабаков, осмотрев постройку, повел всех к деревянной лестнице. Падающие с ног от усталости, голодные, беглецы поднялись по скрипучим ступеням и остановились у двери дома. Толкнув дулом автомата полуоткрытую дверь, Саир вошел в сени, чиркнул спичкой. Слева была распахнутая настежь дверь. Он переступил порог, снова чиркнул спичкой и дал остальным знак войти. В слабом свете они увидели узкую комнату: стол, заставленный пустыми бутылками и консервными байками; на обшитых досками стенах — оленьи рога, рамы без картин, на маленькой книжной полке — пустая бутылка со вставленным в горлышко огарком свечи, которую Саир тут же зажег.

— Помолимся богу, господа! — произнес торжественно доктор. — Все удалось! — Он поставил рюкзак к стенке, сел на солому. — Ну, дорогие мои, садитесь! Здесь мы можем отдохнуть, дождаться дня, а потом с божьей помощью, как говорится, продолжим: надо представиться властям. Завтра мы будем в объятиях своих людей.

— Кому мы нужны, доктор? — спросила Асина, садясь на пол. — Лучше бы нас убили.

— Заткнись ты! — приказал Саир и вышел.

Казак в углу, согнувшись, растирал ноги.

— Этот дом совсем мне не нравится, — сказал, вернувшись, Саир.

Он присел около Кабакова и что-то ему прошептал. Доктор взял у него автомат, перекинул через плечо.

— Молодой человек, идем осмотрим дом!

Они вышли втроем. Саир повел их к погребу. Заскрипела тяжелая дверь, и неспокойный огонек спички, которую Саир высоко поднял, осветил большой прохладный подвал, устланный соломой. По диагонали, привязанный по углам к гвоздям, висел туго натянутый телефонный провод. В одном углу, на перевернутом баке, лежала орудийная гильза со свечами. Саир зажег одну.

— Ну, молодой человек! — На лице доктора заиграла злорадная усмешка, и его маленькие глазки замигали. — Дайте-ка гранату!

Он ловко выхватил гранату из кармана солдатской гимнастерки. Казак смотрел ему в глаза. Саир, бросившись сзади, скрутил ему руки за спиной и крепко связал проволокой.

— Пора все выяснить! — сказал доктор. — Кто вас подослал? С какой целью? Что вам приказал подпоручик Занин? Ну? Оставить вас подумать? Хорошо! Встаньте к стене. Так… Ну, думайте.

— Я его, мать его так! — прошипел Саир, с кулаками бросаясь на связанного солдата.

Голова юноши стукнулась о стенку. Кабаков удержал Саира.

— Успокойтесь, уважаемый, не надо. Молодой человек все расскажет. Ну-с? Времени у нас в обрез. Будете говорить?

Казак, уверенный, что доктор ничего не знает и говорит наугад, ответил:

— Я бегу из Болгарии, как и вы. Никто никаких задач мне не ставил.

— И все же вам полезно будет подумать. Мы вам дадим такую возможность.

Он подвел солдата к толстому столбу посреди погреба, кивнул Саиру, и тот, отвязав телефонный провод, обмотал им Казака, крепко привязав к столбу. Доктор, решивший прежде отделаться от Саира, сейчас мысленно поменял их местами: солдат был теперь не нужен, а у Саира он еще надеялся выведать, где он спрятал золото.

— К жене моей пристаешь, а? — пропыхтел Саир, сжав зубы и затягивая провод. — Карты, встречи? Не шевелись! Когда ты к ней шел, больно не было, а? Ну-ка сдвинь ноги. Еще, еще! А о Саире ты слыхал? Или о Нури? Ничего, услышишь!

Он затянул провод изо всех сил.

Кабаков, вышедший было наверх, бросился обратно в погреб. Снаружи прошумел мотор автомобиля и затих. Перед домом слышался веселый гомон на незнакомом языке. Те, кто приехал на автомобиле, заметив свет в комнате наверху, стали быстро подниматься по лестнице. Кабаков и Саир услышали легкие шаги Асины, которая, очевидно, бросилась в угол и замерла. Саир выскочил наружу, за ним доктор. В комнате