Резервисты - Егор Лосев

— Да нет, — удивленно ответил Сашка по-русски.

— Андрей, — представился гость, чуть не сломав ему ладонь рукопожатием.

Надо сказать, что Сашка и раньше видел этих загадочных мужиков. На укрепленных пунктах солдаты почему-то называли их «чеченцами». Говорили, что они охотятся на палестинских снайперов, и действительно, после их появления интенсивность обстрелов позиций и сторожевых постов резко снижалась. «Чеченцы» неожиданно возникали в самых разных местах, делали несколько выстрелов и так же неожиданно исчезали.

Саша не понимал, как они могли попасть в Газу. Бросить работу, жену, детей и каждую ночь ползать в засадах под пулями.

Тем временем Андрей уставился в принесенный с собой бинокль. С полчаса они оба молча изучали территорию.

— Оп-паньки! — произнес вдруг Андрей, оторвавшись от окуляров. — Смотри!

Со стороны кладбища, вдоль полей, шла группа молодежи. Прилично одетые, явно не крестьяне, они резко выделялись среди полей, засаженных капустой и салатом. На первый взгляд ничего подозрительного в этом не было. Молодые люди могли быть студентами или учениками старших классов, сбежавшими с уроков.

Однако «чеченец» имел в виду другое. Завидев эту группу, крестьяне разгибались, разглядывали пришельцев, потирая затекшие спины, затем, не сговариваясь, подбирали свой инвентарь и уходили в сторону города.

Андрей вытащил рацию и стал вызывать какого-то Аталефа. Саша тоже доложил об увиденном.

Группа палестинцев зашла в сарай, где крестьяне хранили инструмент. Только один остался скучать у двери, присев в тени.

Пожилой крестьянин, работавший неподалеку, торопливо направился к сараю. По его жестам можно было догадаться, что он о чем-то спорит со стоящим у дверей молодым человеком. Из сарая выглянул другой парень и без долгих разговоров ударил фермера ногой в живот, а затем кулаком в лицо. Этого оказалось достаточно, крестьянин, прижимая руки к животу, заковылял прочь.

В это время в бетонное пространство НП втиснулись два колоритных персонажа. Один в потертом комбинезоне явно не израильского покроя, с «СВД» в руках, и второй, «квадратный», с тяжелой снайперской винтовкой «барретт».

— Что, Андрюха, у тебя тут творится? — спросил человек в комбинезоне.

— Да странные они какие-то, Комбат, — Андрей уступил ему место у бинокля. — На крестьян не похожи, и народ с полей как ветром сдуло.

— Давайте посмотрим, что у вас делается, — потирая руки, пробасил Комбат.

Дверной проем сарая смотрел прямо на наблюдательный пункт, видно было, как парни внутри возятся вокруг какой-то конструкции.

— Да они там «Кассам» собирают! — констатировал наблюдатель, оторвав глаза от окуляров бинокля.

«Этого только не хватало!» — подумал Сашка. Влепить ракетой из сарая по укрепленному пункту, разумеется, невозможно, а вот из-за теплиц, расположенных рядом, вполне.

— Аталеф 1 вызывает Гнездо.

— Гнездо на связи.

— Наблюдаю группу палестинцев, вероятно, они готовят к запуску «Кассам».

— Аталеф L, они вооружены?

— Шлили, Гнездо (отрицательно, радиокод — ивр.).

— Аталеф 1, продолжайте наблюдение.

Минут десять все молча наблюдали, пытаясь разглядеть через открытую дверь, что происходит в сарае.

Наконец командир снайперов произнес:

— Да, там точно «Кассам».

— Аталеф 1 вызывает Гнездо.

— Слушаю, Аталеф 1.

— «Гости» занимаются «Кассамом», прошу разрешения немедленно открыть огонь — это те, что «работают» по нам с кладбища!

— Аталеф 1, ты не путаешь? Какая ракета средь бела дня? Не вздумай стрелять!

— Гнездо! Ты понял, что я тебе сказал? Тут рядом со мной твой наблюдатель, он может подтвердить, что в сарае ракета. Прием.

— Аталеф 1, дай мне моего наблюдателя!

— Это Гнездо. Кто ты? — донесся сквозь треск эфира голос комбата.

Сашка доложил обстановку, и комбат потребовал передать радио снайперу.

— Аталеф 1, ты слышишь, продолжайте наблюдение! Там только что работали мирные крестьяне, стрелять запрещаю!

Командир снайперов завернул матом такую фразу, что Саша восхищенно зашарил по карманам в поисках бумажки — записать.

— Все, он меня достал, ничего не хочет делать. Его тут каждую ночь «Кассамами» долбят, а он чего-то ждет! — возмущался командир снайперов. — Звоню комбригу.

Дело принимало крутой оборот. «Звонок командиру бригады — это не с комбатом собачиться, — подумал Сашка, — сейчас он его пошлет, и на этом все закончится».

Однако командир снайперов набрал номер на мобильнике спецсвязи и спокойно поговорил с комбригом.

Из обрывков разговора Сашка понял, что «чеченцы» имеют какое-то специальное разрешение и их командир ставит комбрига в известность о том, что он собирается предпринять, а не просит разрешения на открытие огня.

Почти за два года службы в Газе Сашка такого не видел: три минуты, и все решено.

Командир закончил разговор и тут же начал «закручивать» войну: «Барретт», быстро на крышу, «маг» — приготовиться».

Мужики молча, без суеты выполнили приказ. Через минуту наверху клацнул затвор «барретта», Андрей занял место за пулеметом и виртуозно вставил ленту. Все застыли в ожидании.

Пока «чеченцы» готовились к «войне», Саша доложил начальству, что снайперы сейчас будут стрелять. Эту новость восприняли как-то вяло, никаких дополнительных вопросов не возникло.

Около одиннадцати из распахнутой двери сарая вышли двое парней и быстрым шагом направились в сторону кладбища.

— Уходят, суки! Атальвы, приготовиться! — командир отдал команду, не отрываясь от бинокля.

— Да готовы давно… — протрещало радио.

— Толстый, этих двоих отпускаем. Работаем по сараю, бронебойными через стену. Андрюха, работаешь по двери, и чтобы все там остались. Понятно? — четко поставил задачу Комбат. — Даю отсчет.

— Три, два, один. Огонь! — Пушечно грохнул «барретт». Пуля выломала кусок блока в стене. Пулеметчик дал несколько коротких очередей по дверному проему.

Сарай огрызнулся короткой очередью, но после четырех выстрелов «барретта» и нескольких пулеметных очередей всякое движение внутри прекратилось.

На часах было одиннадцать часов восемь минут.

— Толстый! Отбой, — прокричал Комбат. — Теперь подождем «амбуланс».

И действительно, через несколько минут завыла сирена приближающейся машины «Скорой помощи».

«Скорая» въехала на проселочную дорогу и, подпрыгивая на ухабах, понеслась к сараю, оставляя за собой шлейф пыли.

Комбат позвонил кому-то по мобильнику спецсвязи и доложил о том, что они закончили «работу» и снимаются с места.