Исход Русской Армии генерала Врангеля из Крыма - Коллектив авторов -- История

непосредственной охране железной дороги стали: на станции Ново-Алексеевка — запасные батальоны 1-го и 2-го Марковских полков с бронепоездом и конной сотней штаба 1-й армии; на станции Рыково — Марковская инженерная рота и другие части, под командой полковника Марченко, назначенного снова командиром 1-го полка, но ввиду начавшихся боев задержанного на станции Рыково. Для обороны перешейков на Чангар — части из Крыма и запасной полк Марковской дивизии у деревни Ярошик; в Геническе — небольшой сборный отряд.

По плану генерала Врангеля, части 1-й конной армии красных, устремившиеся на восток, должны быть сдерживаемы указанными частями, а ударная группа армии генерала Кутепова быстрым маршем к югу прижмет их к Сивашу и нанесет им поражение.

К вечеру 16 октября две кавалерйские дивизии противника находились уже в 35 верстах от восточных перешейков.

17 октября. Окружение армии. Красная кавалерия сметает запасный полк корниловцев, подходит к Сальковскому перешейку на Чангар, пересекает железную дорогу и обходит с востока в тыл занимающие станцию Ново-Алексеевка запасные батальоны 1-го и 2-го Марковских полков, разбивает их, уничтожив последний очаг сопротивления — роты капитана Тарковского, офицера из фельдфебелей, первопоходника. Красные действовали смело и, где нужно, — в пешем строю. Они захватили и сошедший с рельс бронепоезд.

На Рождественское бригада кавалерии повела наступление во второй половине дня. Запасный батальон марковцев занимал средний участок между дроздовцами и терско-астраханцами. Первый налет красных был отбит, но затем они пустили в ход свою артиллерию, которая с открытой позиции (в отряде орудий не было) обрушилась беглым огнем по стыку между дроздовцами и марковцами. Атакой в этом месте красные ворвались в село, но не могли развить успеха. Однако было приказано село оставить и отходить. Батальон марковцев потерял до 200 человек.

Атаки красных продолжались. Были моменты, когда казалось, сомнут они дроздовцев, громя их орудийным огнем. Отбивались на левом фланге и терско-астраханцы, угрожаемые ударом во фланг. Марковцы отбивались на две стороны. Но атаки красных слабели и, наконец, прекратились. Они собрались в колонны и ушли в село.

Наступила ночь. Запасный батальон 3-го полка потерял связь и с дроздовцами, и с терско-астраханцами. За отсутствием верховых установить ее не удалось. Попав на какую-то дорогу, батальон пошел по ней. Впереди зарево, и вдруг сильный взрыв. Колонна остановилась, и через некоторое время ее голова поворачивает назад.

— В чем дело? — спрашивает идущего обратно командира батальона командир арьергардных рот.

Ответ показал, что командир батальона не отдает себе отчета ни в чем, и начальник арьергарда решает действовать самостоятельно. Инстинкт подсказывает: зарево, вероятно, на станции Ново-Алексеевка — там красные; взрыв влево — красные подорвали железнодорожное полотно. Но может быть, они еще не дошли до Геническа? Идти туда.

У дороги хутор. «Был ли кто здесь?» — «Были конные. Много. И ушли на Рыково». Взяв проводника, две роты и два пулемета, быстрым маршем шли в Геническ, до которого 15 верст. Зарево пожара остается вправо. «Это на Ново-Алексеевке», — говорит проводник. Влево всходит луна, и видимость 1000 шагов. Нагоняет командир батальона с двумя ротами и 4 пулеметами. На фоне восходящей луны показывается лава и открывает огонь. Момент, и опять остаются только две роты. Два пулемета залились огнем. Красные отстали. Через некоторое время роты подошли к Геническу, в котором оказались свои, и заняли позиции в окопах с проволочным заграждением, к великой радости подъехавшего полковника, начальника обороны города. Командира батальона и его рот с этого времени не видели, и о них ничего не мог сообщить начальник обороны. (Для того чтобы правильно судить о происшедшем, нужно иметь в виду, что командир батальона прибыл в Марковскую дивизию только в Северной Таврии.)

Часа через два влево от Марковских рот поднялась сильная ружейная стрельба, и вскоре прискакал начальник обороны и приказал: «Немедленно на переправу». Где найти, как дойти до нее, неизвестно. Случайно на пороге одного дома оказался человек, который указал дорогу. Когда роты около церкви сворачивали к мосту, они попали под обстрел красных с расстояния в несколько десятков шагов. Через мост от рот перешло лишь человек 50–60 с пулеметами. В версте за переправой на укрепленной позиции стояла какая-то часть.

Геническ был взят спешенной кавалерией. Главная масса Русской Армии оказалась отрезанной от Крыма. Красные, однако, не смогли взять предмостные укрепления на Чонгарском полуострове.

* * *

В этот день, 17 октября, Марковская дивизия перед рассветом выступила из села Веселого и, пройдя 30 верст, остановилась в 30 верстах к юго-западу от Мелитополя в трех немецких колониях, войдя в подчинение командиру 3-го армейского корпуса, генералу Скалону, с задачей обеспечивать левый фланг II армии. Донцы прогнали колонну пленных в 3000 человек. Мороз трескучий. Несмотря ни на что, марковцы не могли не ввести в сараи и конюшни своих лошадей. Они рисковали многим, имея охранение тут же у самых колоний. Трудно попять овладевшее ими спокойствие; оно не нарушилось даже вестью, что армия отрезана от Крыма.

18 октября. Внезапный подъем в 2–3 часа ночи и дальнейший поход форсированным маршем. Далеко впереди видны вспышки орудий и доносится гул артиллерийской стрельбы. Ясно: армия отрезана. Решение: «Будем пробиваться!» Светает. Влево видны железнодорожные составы. Дивизия шла, а составы продолжали стоять: железная дорога перехвачена противником.

* * *

В течение 15 и 16 октября в Мелитополь прибыли сотни марковцев, раненных в последних боях. Госпиталя были переполнены, и раненым, могущим ходить, предлагалось любыми способами направляться в Крым. Говорилось — красные приближаются, а когда будет подан состав для эвакуации госпиталя, неизвестно. Марковцы направились на станцию, в надежде погрузиться в какой-либо состав. Как раз отходил санитарный поезд II армии, и в него втиснулось до 50 марковцев и корниловцев. Стоять пришлось на площадках вагонов. Мороз побудил их «оккупировать» вагон медицинского персонала.

Не доезжая верст двух до станции Акимовка, поезд остановился, упершись в впереди стоявший состав. Стоит час, другой, третий… Разнесся слух: путь взорван и перерезан красными. Началась паника — срывание погон; кто мог, оставлял состав и уходил. Но марковцы и корниловцы не потеряли хладнокровия. Они решили выслать на станцию разведку, чтобы узнать