Охотники на «Тигров» - Игорь Градов

Рано утром, в сизых зимних сумерках, Т-60 вышли на снежное поле и понеслись к роще. Нагло, в лоб, как бы говоря: ну, давайте поиграем в салочки-догонялочки! Обер-лейтенант Гердтель находился в это время на опушке рощи – вел наблюдение. Увидел приближающиеся Т-60 и кисло поморщился: опять эта зловредная «саранча»! Как только русским не надоест… И ничему, видно, они не научились… Разве можно бросать легкие танки против тяжелых панцеров? Верная же гибель… Да за такое любого офицера панцерваффе тут же бы под суд отдали! И совершенно правильно.

Однако Т-60 повели себя совсем не так, как раньше: не доходя до рощи, вдруг разошлись широким веером и стали поливать огнем опушку, где сидела пехота. Ближе не совались, стреляли издалека. И носились по полю, подрыгивая на снежных ухабах (вот уж действительно – саранча!), сами подставлялись под танковый выстрел…

Тогда-то обер-лейтенант и приказал Небелю – вперед, дадим русским еще один урок. Отто с радостью бросился исполнять – самому до чертиков надоело сидеть в яме и ждать, чем закончиться очередной обстрел. И гадать, повезет в этот раз или нет, пролетит мимо или же заденет… Давно уже хотелось настоящего боя! И вот такой случай представился…

«Тигр» и обе «тройки» Небеля выползли из укрытий и, проломив жидкий подлесок, пошли навстречу Т-60. «Ну, сейчас мы вам покажем! – со злой радостью подумал Отто. – И я увеличу свой счет…»

* * *

Для командира роты «шестидесятых» Дмитрия Останова это был важный день: наконец-то началось настоящее дело! До этого танки стояли в тылу, участия в сражении не принимали, а он буквально рвался в бой – скорее бы прорвать блокаду Ленинграда, отбросить гитлеровцев как можно дальше! И вот приказ был получен: выбить немцев из рощи и прорваться к Рабочему поселку № 5…

Собрали все резервные Т-60, ночью переправили их через Неву (благо, лед был уже достаточно толстый), приготовились атаковать. Но перед этим надо было еще выбить у немцев танки – без этого прорваться не получится. Панцеры, словно броневой щит, закрывали грунтовку, а она – самый удобный и короткий путь к Рабочему поселку, навстречу частям Волховского фронта.

И медлить с наступлением уже нельзя: если закопаемся, гитлеровцы подтянут резервы и ликвидируют плацдарм. Придется тогда начинать все сначала – с большими потерями. Нет, скорее бы прорваться и идти дальше…

…Дмитрий Останов воевал уже полтора года, с июля 1941-го. Сначала у него была сугубо мирная профессия – механик-тракторист (окончил сельскохозяйственный техникум), но во время призыва военком сказал, что грамотный, умный парень (к тому же – комсорг группы) наверняка будет хорошим командиром. И направил в танковое училище. Останов не возражал – быть танкистом считалось весьма престижным…

Военком не ошибся: Дмитрий действительно стал отличным танкистом. Получил лейтенантское звание, воевал на Западном фронте, участвовал в тяжелых боях под Смоленском и Вязьмой… Два раза горел, чудом вывел свой взвод (тогда он командовал «двадцать шестыми») из немецкого окружения, был контужен, успел проваляться в госпиталях…

Летом 1942-го лейтенант Останов получил новое назначение в 61-ю легкотанковую бригаду, причем с повышением – ротным. Начал упорно готовить свои экипажи (состоявшие в основном из недавних призывников) к зимним боям. Конечно, Т-60 нельзя было назвать грозной машиной, она гораздо слабее тех же Т-26, но Дмитрий не раз говорил молодым ребятам: «Мала блоха, зато зло кусает!» И заставлял по пять, десять раз отрабатывать тот или иной маневры. Знал, что скоро пригодится…

И теперь его рота шла в бой. Капитан Жданов предупредил Дмитрия: «В роще – тяжелые панцеры, будь осторожней. Маневрируй, уходи и старайся выманить их на себя. Пусть выйдут на открытое место! А мы уж их…» Ефим Михайлович очень рассчитывал на гаубичную батарею, которую недавно удалось переправить через Неву. Ее сразу же поставили в засаду, хорошо замаскировали: натянули поверх сети, закидали еловыми ветвями, завалили снегом. «Рама», появившаяся, как всегда, с утра над советскими позициями, гаубиц не заметила. И гитлеровцы, следовательно, ничего знали…

Останов знал: вся надежда – только на скорость и маневренность. Если повезет – укатимся, как колобки, от медлительных, тяжелых немецких танков, увернемся от их выстрелов. Риск, конечно, велик, но, если получится, он выманит панцеры прямо под гаубицы. Они давно готовы к бою, ждут…

Дмитрий приказал своему мехводу, старшине Ивану Макарову: «Давай на полной скорости!» Двигатель взревел, Т-60 полетел по полю, как птица. За ним, на расстоянии, – еще шесть машин. Надо создать видимость танковой атаки: пусть гитлеровцы решат, что мы начали большое наступление. Но вперед особо не лезть, только имитировать наскок. Главное – выманить панцеры…

Вот и прыгали Т-60, как кузнечики, нагло подставляясь под выстрелы. Не может быть, чтобы немцы не воспользовались этой ситуацией! Наверняка же не выдержат, пойдут в бой… Мы для них – легкий, слабый противник, подбить – не проблема, можно с одного выстрела…

Так и вышло: заснеженные деревья резко вздрогнули, из-под них не спеша выползли три танка с черными крестами. Останов посмотрел: две «тройки» и какая-то новая, неизвестная ему машина. Судя по габаритам и длинному орудию, гораздо мощнее «четверки». Но ничего, наши гаубицы и с такой легко справятся…

Перекрывая рев двигателя, прокричал Ивану Макарову: «Уходим!» Высунулся из башни и флажками для всех продублировал команду. Т-60 разом повернули назад…

Панцеры открыли беглый огонь, но попасть в шустрые машины было не так просто. Стальные болванки иногда слегка чиркали по броне, но в основном свистели мимо, уходили в снег.

Немецкие экипажи, увлеченные погоней, вывели машины на середину поля. Пошли вперед, не думая об опасности. Сработал вечный инстинкт охотника: догнать жертву, добить. Им казалось, что еще немного, еще чуть-чуть – и опрокинут русских, погонят до самой Невы…

* * *

Отто Небель навсегда запомнил свой миг торжества: Т-60 бегут, он их догоняет. Надо уничтожить «саранчу», а потом – бросок вперед, на русские позиции. Раздавим, уничтожим, разобьем ледовую переправу – чтобы не смогли больше доставить новую бронетехнику и резервы…

Увлеченный погоней, Отто не заметил, как по его взводу ударили из засады гаубицы. Не до того было – казалось, еще несколько минут… Опомнился лишь тогда, когда «тройка» фельдфебеля Гюнте вдруг встала, будто наткнулась на невидимую стену, а затем загорелась. При этом ее башня оказалась каким-то странным образом повернута набок. «Гюнте подбили! – сообразил Отто. – Гаубицы!» И точно: его танки угодили под мощный обстрел. И снаряды ложились все ближе и ближе…

«Бери влево!» – приказал Отто мехводу Лямке. Чудом увернулись от прямого попадания: по башне что-то тяжело ударило, металл глухо загудел, но, к счастью, срикошетило – фугас ушел в снег. Зато по «тигру» неожиданно открыл огонь до того улепетывавший со всех ног советский Т-60 – вдруг остановился, развернул башню и стал поливать свинцом с довольно близкого расстояния.

Броню «тигра», естественно, его 20-мм пушка пробить не могла, но зато снесла перископ, а визирную щель водителя пришлось закрыть заслонкой – иначе бы горячие брызги свинца полетели в лицо Лямке.