Письма погибших героев - Андрей Васильевич Сульдин

Из Украины в Среднюю Азию, к вам туда, через каждые три – пять минут едут эшелоны эвакуированных. С собой везут исключительно все: станки с фабрик и заводов, железо, лом, трамваи, трактора – словом, врагу ничего не остается…

Гитлеру будет та же участь, какая постигла Бонапарта Наполеона в 1812 году.

Наш паровоз повернул на север, едем защищать город Ленина – колыбель пролетарской революции. Неплохо было бы увидеть брата и племянника или племянницу.

Настроение прекрасное, тем более я всем детям обещал побольше побить фашистов. Для их будущего, для своей дочки я готов отдать свою кровь, каплю за каплей. В случае чего (об этом, конечно, я меньше всего думаю) жалей и воспитывай нашу дочку, говори ей, что отец любил ее и за ее счастье… Конечно, вернусь я, и свою дочь воспитаем вместе. Целую ее крепко-крепко. Я здорово соскучился по ней, конечно, и по тебе, и тебя целую столько же и так же крепко, как и Эличку. Привет мамаше…

Ваш папа В. Клочков

Да, поезд действительно повернул на север, но вскоре остановился. Воины дивизии, которой командовал генерал И. В. Панфилов, быстро выгрузились и побатальонно направились на передовые позиции. Так Василий Георгиевич Клочков стал защитником столицы.

«Велика Россия, а отступать некуда: позади Москва!» – эти слова скажет политрук Василий Георгиевич Клочков своим товарищам у разъезда Дубосеково, когда будет вести свой последний бой. А пока – обычные фронтовые будни, о которых писал в сентябре – октябре 1941 года в одном из писем: «Наше подразделение набило фашистов в три раза больше своих потерь, притом, когда идет бой, очень скоро проходит день, иногда сражение идет по 6 часов в день».

Их было 28 на разъезде Дубосеково. Враг предпринимал одну атаку за другой, но пройти не смог. Он был остановлен героями-панфиловцами 316-й стрелковой дивизии. 21 июля 1942 года В. Г. Клочкову, как и другим участникам невиданного поединка с врагом у разъезда Дубосеково, было присвоено звание Героя Советского Союза.

Письмо В. Г. Клочкова впервые опубликовано в сборнике «Письма с фронта» (Алма-Ата, 1944).

Из писем Е. А. Гагарина, курсанта Ново-Петергофского пограничного военно-политического училища имени К. Е. Ворошилова

23 августа

Мои дорогие!

Пишу очень кратко, т. к. обстановка не благоприятствует сочинению долгих писаний.

Вот уже более недели я нахожусь со всеми своими товарищами в частях действующей армии на фронте. Наконец и нам удалось участвовать в непосредственной схватке с фашистами. Их натиск будет окончательно сломлен, и эти профессиональные убийцы не продвинутся вперед к городу Ленина ни на один шаг. Настроение бодрое, т. к. мы все имеем твердую уверенность в своей победе. Мне уже приходилось действовать в разведке по тылам противника. Применяем партизанскую тактику и для ослабления напора на фронте.

…После того как я прослужил два года в армии, сегодняшний период является для меня экзаменом, который хотя и очень серьезен, но вполне преодолим.

Не беспокойтесь, если не будете в течение некоторого периода получать моих писем. Всякие неожиданности в перерыве связи возможны, но это вовсе не означает моей гибели.

Я все силы отдам за свою страну, да и за себя постою до конца, а уж если избежать гибели будет нельзя, то дорого буду брать за свою жизнь.

Крепко целую вас.

Ваш Женя.

В одном из боев по обороне Ленинграда Евгений связками гранат подбил два фашистских танка. Был контужен, но от эвакуации в госпиталь отказался.

Евгений Гагарин погиб смертью героя 7 сентября 1941 года. Его письма опубликованы в журнале «Пограничник», № 19 за 1974 год.

Письмо-завещание комсомольца Бина Лурье

28 августа

Завещание

Прошу переслать его моей матери, Лурье, проживающей в г. Кирове, она эвакуирована из Латвии.

Я умираю за Родину, за коммунизм. Прошло два месяца ожесточенной борьбы с врагом. Для меня наступил последний этап борьбы – борьба за Таллин. Отступления быть не может.

Жалко умирать в 24 года, но в настоящей борьбе, где на весы истории всего человечества ставятся миллионы жизней, я свою также отдаю, зная, что будущее поколение и вы, оставшиеся в живых, будете нас чтить, вспоминать как освободителей мира от ужасной чумы. Что еще писать?

Мама!

Не огорчайся.

Я не первый и не последний, положивший голову за коммунизм, за Родину.

Да здравствует СССР и победа над врагом!

Товарищ, верь, взойдет она, Заря пленительного счастья. Фашизм будет уничтожен, И на обломках самовластья Напишут наши имена!

Комсомолец Латышского полка Бина Лурье

В тяжелых оборонительных боях против немецко-фашистских захватчиков на территории Латвии и Эстонии летом 1941 года участвовали бойцы 1-го Латышского добровольческого стрелкового полка. Сформированный в первые дни Великой Отечественной войны из коммунистов и комсомольцев, студентов и советских активистов Латвии, полк в августе 1941 года вместе с другими частями Красной Армии и моряками Краснознаменного Балтийского флота защищал Таллин. В рядах полка сражался и комсомолец Бина Лурье. Его однополчанин С. Аролович вспоминал: «Товарищ Лурье стоит сейчас у меня перед глазами: среднего роста, лицо бледное, цвет глаз не помню (пожалуй, темные), волосы темные, немного как будто сутуловатый, с тяжелой походкой. Я помню очень хорошо, как трудно было ему двигаться с опухшими от ревматизма суставами ног, как тяжело, превозмогая боли, давались ему военные походы через болота Эстонии… Все товарищи уважали Б. Лурье за его политическую грамотность и эрудицию. Товарищ Лурье был героическим и стойким человеком».

Во время уличных боев в Таллине фашистская пуля сразила героя. После его гибели боевые друзья нашли у Бина письмо-завещание, вложенное в комсомольский билет. Оно было опубликовано в сборнике «Во имя Отчизны» (М., 1957, с. 15).

Письмо писателя Юрия Крымова жене

19 сентября

Дорогая Анка!

Давно я не писал тебе, так как отправить письмо все равно не было бы, возможности. Невозможно это и сейчас. Но я думаю, что написанное письмо все равно как-то дойдет до тебя, а ненаписанное – исчезнет бесследно. Вот я и сел писать.

Сейчас глубокая ночь. Сижу в большой хате. Вокруг меня на лавках, на лежанке, на полу спят мои дорогие товарищи. Они спят в полной выкладке: в шинелях, затянутые в ремни, обнимая винтовку или пулемет!.. Горит ночник, его шаткое пламя гонит тени по белым стенам мазанки.