Матросы в объятьях большевиков. Октябрь 1917 года - Владимир Виленович Шигин

Гельсингфорсский комитет РСДРП(б) выдвинул в Учредительное собрание от Балтийского флота В.И. Ленина и П.Е. Дыбенко. Матросы Балтики поддержали обе кандидатуры, которые и были внесены в большевистский список № 2. За список большевистской партии проголосовало свыше 80 % избирателей Балтийско-флотского избирательного округа.

Начиная с 15 октября 1917 года, Центробалт в ускоренном темпе занялся подготовкой матросов Балтийского флота к вооруженному восстанию, к свержению Временного правительства и к захвату власти в стране большевизированными Советами. Так как в Гельсингфорсе и в Кронштадте власть и так принадлежала матросам, свергать правительства уже изначально предполагалось в столице. Но в Петрограде сил у Центробалта было не так много – Гвардейский и 2-й Балтийский экипажи. Для противодействия верным правительству гарнизону и войскам, которые правительство могло подтянуть к Петрограду. Этого было явно недостаточно. Выход был один – перебросить в Петроград необходимо количество матросов. При этом переброска их из Кронштадта была предпочтительнее, так как тот находился значительно ближе к столице, чем Гельсингфорс. Однако решено было готовить отряды все же в обеих военно-морских базах.

Подготовка матросов включала политическую и психологическую обработку, обеспечение их стрелковым вооружением, боеприпасами и питанием, а также решение других многочисленных проблем, которые неизбежно возникают при перемещении больших воинских масс из одного пункта в другой. Были прекращены отпуска матросов-большевиков. На каждом корабле, в каждой части в срочном порядке началась организация боевых отрядов, во главе отрядов назначались надежные, проверенные командиры и комиссары. Ответственность за формирование, укомплектование и подготовку отрядов возлагалась на судовые комитеты. В частности, председатель военного отдела Центробалта Н.Ф. Измайлов был откомандирован в Петроград, в Морской генеральный штаб для получения оружия. Сделано это было под легендой обеспечения десантных отрядов матросов Балтийского флота, которых мы якобы отправляли на Або-Оландские острова, в связи с готовящимся немецким нападением. Неизвестно, поверили ли в Морском генеральном штабе Измайлову или просто сделали вид, что поверили, но распоряжение об отпуске оружия было поручено. В своих воспоминаниях Н. Измайлов пишет, что начальник МГШ граф Капнист заявил ему: «Наконец-то Центробалт взялся за здоровое дело – за защиту Родины, а то всё время Временное правительство клеймило Центробалт позором и обвиняло весь Балтийский флот в измене и предательстве». Авантюра матроса Измайлова полностью удалась, и он получил три тысячи винтовок, пять тысяч гранат, полный комплект боезапаса (патроны) и сто револьверов системы «Кольт». Всё это оружие было привезено в Гельсингфорс и сдано на яхту «Полярная Звезда», где размещался тогда Центробалт. Матросам десантных отрядов были розданы винтовки, а комиссарам и членам Центробалта револьверы. Тогда же для того, чтобы быстро реагировать на быстро менявшуюся обстановку и лучше подготовиться к вооруженному восстанию, Центробалт утвердил тройку с неограниченными полномочиями: П.Е. Дыбенко, Н.Ф. Измайлов и Ф.С. Аверочкин. Кандидатуры предлагал В.А. Антонов-Овсеенко. Пока комиссары Центробалта готовили корабли и команды для похода в Петроград и участия в государственном перевороте, Дыбенко требовал от идущих на кораблях заготавливать красные полотнища с надписью: "Вся власть Советам".

Фёдор Степанович Аверичкин

Демонстративным выражением особого доверия к балтийским морякам стало решение ЦК РСДРП(б) от 29 сентября 1917 года о выдвижении В.И. Ленина кандидатом в депутаты в Учредительное собрание по Балтийскому избирательному округу. Образованная Центробалтом избирательная комиссия зарегистрировала кандидатами в депутаты от большевиков В.И. Ленина и П.Е. Дыбенко. Матросы и солдаты активно включились в избирательную кампанию.

Глава вторая

Битва за Моонзунд

В конце сентября начале октября Балтийский флот был вынужден на некоторое время отвлечься от революционной горячки. Первая мировая война снова напомнила о себе и как! Впервые за все годы войны, на подступах к Финскому заливу, появились линейные силы германского флота. До этого германские линкоры не покидали просторов Северного моря, где не слишком успешно противостояли англичанам.

В сентябре же 1917 года германское командование решило воспользоваться революционным беспределом на Балтике и нанести решающий удар в районе Моонзундских островов, который привел бы к разгрому ослабленного Балтийского флота, а если повезет, то и к последующему падению Петрограда, а значит и выводу из войны всей России.

Председатель Предпарламента был избран правый эсер Н.Д. Авксентьев, подготавливая общественное мнение к возможному падению столицы, в газете «Утро России» написал: «Со взятием Петрограда, флот все равно погибнет, но жалеть не приходится: там есть суда совершенно развращенные».

Ставки в предстоящем сражении действительно были очень высоки, и немцы, поэтому готовились к нему основательно.

Для этого в Балтийском море было сосредоточено 10 линкоров-дредноутов, 10 крейсеров, ещё почти 300 кораблей и вспомогательных судов других классов, 100 аэропланов и 25-тысячный десантный корпус. Этой армаде Балтийский флот мог противопоставить только два старых линкора додредноутного типа, три таких же старых крейсера, около 100 кораблей и судов других классов, 30 аэропланов, 16 береговых батарей и 12-тысячный гарнизон Моонзундских островов. Положение усугублялось германским шпионажем, принявшим широкие размеры, а также царившими среди определенной части матросов революционно-пораженческими настроениями.

Русские войска на суше были представлены несколькими полуразложившимися пехотными полками, охваченными волнениями, а также морскими командами береговых артиллерийских батарей. На батареях матросы-артиллеристы не горели особым желанием идти в бой. Флотское прикрытие островов было так же весьма слабым, так как даже после углубления дна на фарватере в восточной части архипелага, в Рижский залив могли войти только лёгкие силы, подлодки и устаревшие броненосцы. Единственным преимуществом оборонявшихся были минные заграждения в заливе, прикрывавшие проливы между островами и основные фарватеры, где было выставлено около одиннадцати тысяч мин.

Битва за Моонзунд в октябре 1917 года в военно-морской истории России стоит особняком. Дело в том, что это последнее морское сражение, которым командовали царские адмиралы и первое сражение, в котором командовали матросские комиссары и судовые комитеты кораблей и воинских частей. Разумеется, что такое разделение власти предопределило как ход самого сражения, так и его исход.

Своеобразным прологом к будущему сражению стал, казалось бы, заурядный по своим масштабам эпизод. 13 сентября 1917 года в Ирбенском проливе подорвался на мине, посланный на разведку эскадренный миноносец «Охотник». Командир, офицеры, унтер-офицеры и матросы-георгиевские кавалеры не пожелали оставить эсминец и вместе с кораблем пошли ко дну, предоставив свои места в шлюпках молодым матросам. Вместе с офицерами погибли матросы-большевики, матросы-эсеры и матросы-анархисты. Погибли так, как погибали их деды и прадеды, смело глядя смерти в глаза. Г еройская гибель команды «Охотника» произвела большое впечатление на офицеров и матросов Балтийского флота.