Измена. Без права на помилование - Игорь Григорьевич Атаманенко

Так 31 октября 1979 года в Варшаве Шеймов, обманув бдительного охранника, предпринял кинжальный бросок в американское посольство, где сотрудники резидентуры ЦРУ тотчас раскрыли объятия ему навстречу, едва он назвал свою должность. Что вполне объяснимо, ведь чужие шифры — клад для любой разведки. Возникни перед спецслужбистом альтернатива: вербовать резидента или шифровальщика, то даже стажер ткнет пальцем в последнего. Почему? Да потому, что шифровальщик может дать ключ к разгадке многих секретов, и не только текущего дня, но и тех, что накопились в архивных файлах за последние 10–20 лет. Это, прежде всего, обмен шифртелеграммами резидента и Центра, что сулит прямой выход на затаившихся в недрах родных спецслужб «кротов», и шифрованная переписка по дипломатическому каналу, и… Да мало ли в какие тайны противника можно проникнуть с помощью шифровальщика-перебежчика!

В общем, при появлении Шеймова у встретивших его американских разведчиков из резидентуры ЦРУ в Варшаве возникло легкое головокружение: не многим выпадает на кон принять такого гостя, дары приносящего. Тут ведь не какие-то кодовые таблицы, нет — шифровальщик во плоти и крови!

Но разум быстро возобладал над эмоциями. Несколько контрольных вопросов: кто начальник линии «Х» — научно-технической разведки? Ваша должность и денежное довольствие? Чем занимаетесь в Москве? Сколько лет состоите в КПСС и в системе КГБ?

Записав домашний адрес и телефон визитера, американцы предложили ему немедленно выехать в США.

Но Шеймова это не устраивало, он поставил свои условия: личная встреча со связником после возвращения в Москву и организация вывоза его самого, жены и малолетней дочери в Штаты.

После достижения взаимопонимания между тайно договаривавшимися сторонами все в ту ночь произошло согласно годами отработанному сценарию: вывоз «инициативника» из американского посольства на «чистой», то есть не принадлежащей разведчику машине, скоростное родео в течение 30–40 минут по опустевшим ночным улицам Варшавы для проверки, нет ли «хвоста»…

На низком старте

По признанию Шеймова, его московская шпионосессия ограничилась тремя встречами с сотрудником «глубокого прикрытия» резидентуры ЦРУ, действовавшей в столице под «крышей» посольства США. Явки проходили в бассейне «Москва» поздним вечером. Место выбрано не случайно — для «наружки» заговорщики недосягаемы: невозможно сфотографировать их и запеленговать разговор в воде! Да и со стороны все выглядит естественно: плывут рядом две резиновые шапочки, коих тьма-тьмущая в бассейне, поди догадайся, что они — шпионы!

На явках Шеймов передавал лишь строго дозированные сведения о своей работе. Стратегические секреты выдавать отказался категорически, так как опасался, что в этом случае американцы принудят его остаться в Союзе в качестве «крота».

В ходе второй встречи связник сообщил Шеймову, что руководство ЦРУ и администрация президента США санкционировали организацию побега. От Шеймова требовалось лишь передать фотографии для документов и сообщить полные антропологические данные, свои и членов семьи: точный рост, объем груди, вес, размер одежды и обуви. Заодно связник поинтересовался, как подопечный и его домочадцы переносят морскую качку? Шеймов решил, что за границу их будут нелегально транспортировать морским путем. Он тут же задал уточняющий вопрос. Однако связник, не подтвердив, но и не опровергнув догадок, потребовал одного: не суетиться и ждать сигнала.

Скорее всего, связник не знал, каким способом произойдет перемещение беглецов. Что же касается Шеймова, то ему, по его собственному признанию, было абсолютно безразлично — пусть голова болит у американцев. Единственное, о чем он предупредил связника, что вылет из международного аэропорта Шереметьево-2 по фальшивым документам чреват провалом всего предприятия: в аэропорту могли оказаться сотрудники КГБ, знавшие его в лицо. На прощание американец пообещал придумать нечто из ряда вон выходящее.

Получив заверения, Шеймов и его жена, которая к тому времени была посвящена в планы мужа, стали активно готовиться к побегу, приняв все необходимые обеспечительные меры. Так, Ольга незамедлительно сняла некоторые вещи с антресолей, чтобы не делать это накануне бегства — антресоли должны остаться пыльными. Хотелось захватить с собой и семейные альбомы, и вещи, любимые с детства, но Шеймов был непреклонен: ничто не должно указывать на подготовку к убытию, все должно выглядеть как необъяснимое исчезновение всей семьи. Семейные фото скопировали в фотоателье.

Хитроумному Шеймову пришла в голову мысль представить исчезновение как несчастный случай, как гибель всей семьи. В последующем это исключило бы преследование их родителей со стороны КГБ. Но главное — ничто не должно было вынудить начальство сразу предпринять решительные меры по замене или модификации всего объема технической информации, которую предатель собирался передать американцам.

Оставались родители. Как быть с ними? Они же умрут от горя, узнав о внезапном исчезновении и о смерти горячо любимого сына, невестки и внучки! Но в планы их посвящать нельзя. Отец — ортодоксальный коммунист, он ничего не поймет, а мать… Жалко мать. И тогда в день своего рождения Виктор заехал к родителям и, походя, между прочим, сказал: «Мама, мне предстоит командировка… Сложная, в чем-то даже опасная. Прошу тебя, не верь, если услышишь, что я погиб. Не верь, пока не увидишь мой труп». Мать очень удивилась, но спрашивать ни о чем не решилась — такая уж работа у сына. Абсолютно секретная!

Операцию решено было проводить в пятницу — на работе не хватятся до понедельника. Чтобы сбить с толку возможных преследователей и запутать следы, Ольга приобрела билеты на поезд Москва — Ужгород, а Виктор предупредил начальство, что уезжает в Подмосковье, на дачу к приятелю, где отсутствует телефонная связь.

Постарались и американцы. В целях создания отвлекающего маневра, а также для того, чтобы растащить силы «наружки», все сотрудники резидентуры ЦРУ в Москве, действовавшие с посольских позиций, с 18 до 23 часов без устали кружили по городу, имитируя выход на встречу со своей агентурой.

В пятницу в 22 час. 30 мин. из Внуково стартовал военно-транспортный самолет НАТО, накануне прибывший в Москву, чтобы забрать из американского посольства несколько тонн отработавшей свой ресурс электронной аппаратуры. На место второго пилота сел загримированный и переодетый в американскую военную форму Виктор Шеймов. Жену и дочь доставили к самолету в контейнерах.

Разбор отлета

Сегодня не представляется возможным определить, сколько времени руководство КГБ не имело представления о побеге Шеймова. Противоречивы и высказывания на этот счет бывших руководителей Комитета. В частности, Ф. Д. Бобков, бывший заместитель председателя КГБ, в книге «КГБ и власть» пишет:

«К великому нашему стыду, вскоре было установлено: ни