Секретные объекты "Вервольфа" - Андрей Пржездомский

В последней из подвальных комнат доктор Роде рассмотрел два длинных ящика. У верхнего крышка была немного сдвинута в сторону. Ученый вспомнил, что сюда были сложены экспонаты отдела доисторических древностей Прусского музея. Он подошел к ящикам, намереваясь поправить крышку, посветил внутрь и невольно отшатнулся. Среди множества костей, навалом ссыпанных в ящик, лежали два человеческих черепа. Конечно, доктор Роде знал, что это находки с кладбища викингов под Кранцем[187]— гордость музея, относящаяся к периоду Великого переселения народов. Но здесь, в абсолютно темном подвале, при тусклом свете фонаря эти «экспонаты» казались зловещим предзнаменованием смерти.

«Действительно, это именно захоронение сокровищ! — вспомнил слова оберштурмфюрера Вурца доктор Роде. — Здесь, в подземельях Королевского замка мы хороним все то, что представляло когда-то ценность… Мы хороним не только историю, мы хороним себя и свою надежду!»

Доктор Роде прикрыл крышку на ящике, затем резко повернулся и зашагал в сторону лестницы, придерживаясь рукой за влажную стену. Ему поскорее хотелось попасть отсюда наверх, на свежий воздух. И когда он, запыхавшись, наконец оказался на поверхности, ему показалось, что он выбрался из глубокой могилы.

— Ну как, господин доктор, проверили все ваши сокровища? Все на месте? А то уж я забеспокоился, вас не было около часа. Думаю, не провалились ли вы куда? — с ехидной интонацией спросил Вурц.

— Да все в порядке, — ответил доктор Роде.

— А мы тут уже управились с вашим янтарным сокровищем.

— Как?

— Унесли ваши ящички! Нет их больше!

Доктор Роде пытался разглядеть в темноте совсем еще недавно стоящую рядом пирамиду из ящиков, но ничего не увидел.

— Так где же они?

— Не волнуйтесь, доктор! Теперь они в надежном месте. Там их «иваны» уж точно не найдут! А когда придет время, мы их…

— Слушайте, Вурц, где ящики? Куда вы их дели? — Голос Роде сорвался на крик.

— Не орите на меня! Я же сказал вам: «груз» надежно спрятан. А где, вам знать не обязательно!

Из стрельчатой арки северного крыла замка, куда по нагромождению камней и щебня был проложен дощатый настил, стали выходить серые фигуры, сопровождаемые усиленной охраной эсэсовцев. Было ясно, что пленные закончили свою тяжелую работу где-то там, в недрах замка, и теперь их выводили наружу к грузовику с брезентовым верхом. Когда их собралось человек пятнадцать, командир взвода охраны прокричал какую-то команду, и пленные, подгоняемые эсэсовцами, стали забираться в кузов. Как только был закрыт задний борт и охранники застегнули брезентовый полог, взревел мотор и машина тронулась к выездным воротам. Впереди и сзади пристроились мотоциклы.

— Послушайте, Вурц! По-моему, вышли еще не все. Днем я видел гораздо больше русских. Они что, остались там работать? — Доктор Роде вопросительно посмотрел на оберштурмфюрера.

— И это вас не касается, господин доктор! Вы что-то стали не в меру наблюдательным! Это до добра не доведет!

— Вы что, мне угрожаете?

— Нет, не угрожаю. Я вас только предупреждаю: не задавайте глупых вопросов, не суйте свой нос туда, куда не следует. А лучше всего — идите отсюда и больше не показывайтесь здесь. Свое дело вы сделали. Теперь наш черед, черед солдат фюрера…

— Солдат? Солдаты гибнут в окопах, а вы… — Роде с ненавистью посмотрел на Вурца. — Вы думаете только о том, как бы урвать себе…

Альфред Роде не успел закончить фразу, почувствовав цепкие руки оберштурмфюрера на своей шее. От неожиданности и боли он вскрикнул, но изо рта донесся только сдавленный хрип.

Он задыхался, беспомощно махая руками и пытаясь оторвать от своей шеи лапы эсэсовца, но они все сильнее и сильнее сдавливали ее. Разум мутился в голове, и доктор Роде почувствовал, что умирает от удушья. Очки от конвульсий отлетели в сторону. Раздался звон разбитых стекол.

Когда силы уже почти покинули доктора, а душа его была уже готова вырваться из бренной оболочки тела, Вурц вдруг оторвал руки от шеи Роде и, крепко взяв его за воротник куртки, притянул к себе. Доктор, судорожно глотая воздух, схватился за шею. В лицо ему пахнуло винным перегаром. Страшная, искаженная гримасой ненависти морда эсэсовца была совсем близко.

— Ты, вонючая свинья, ублюдок, очкастый недоносок! Мне ничего не стоит превратить тебя в кучу дерьма, тварь! Убирайся отсюда и скажи спасибо, что остался жив! Если ты попадешься мне еще хотя бы раз, я прикончу тебя, как бешеную собаку!

Оберштурмфюрер отцепил руки от воротника доктора Роде, резко повернулся и зашагал в сторону стоявших неподалеку охранников. Сказав что-то одному из них, он скрылся в арке, из которой лился бледный свет. Там, на первом этаже башни Луизы, как известно, был временно расквартирован взвод охраны.

К доктору Роде подошел эсэсовец с автоматом.

— Господин Роде, я выведу вас из замка через посты охраны. До дома вы доберетесь сами. У вас ведь есть пропуск?

Роде молча, все еще не придя в себя, поплелся за охранником. У него очень болела голова, сильно подташнивало, в груди что-то хрипело и клокотало.

Известный искусствовед, выдающийся ученый с мировым именем, директор Художественных собраний Кёнигсберга, доктор Альфред Роде покидал замок в сопровождении эсэсовского охранника. Он был не просто растерян или удручен. Он был раздавлен. Впервые в жизни он почувствовал, что его знания, профессиональные качества, духовный мир, человеческая сущность — все это может быть обращено во прах грубой и примитивной силой, которой нет никакого дела до чаяний его души, ни до его представлений о чести и совести. Причем сделано это может быть просто так, походя, из скотского желания унизить и оскорбить другого человека и тем самым доказать свое превосходство над ним.

Оберштурмфюреру Вурцу пришлось все-таки при докладе оберфюреру Бёме о завершении работ по укрытию «груза» на объектах «Вервольфа» сообщить о случившемся инциденте. Правда, он не сказал, что в припадке ярости чуть было не задушил доктора Роде. Но Бёме, неплохо знающий Вурца, вполне мог представить, что стоит за словами оберштурмфюрера: «Я вынужден был поставить его на место».

— Вурц, вы должны были проявить выдержку и не показывать своего возмущения.

— Но, господин оберфюрер, этот Роде говорил, как враг! А главное, он намекал, что мы, сотрудники службы безопасности, якобы хотим что-то «урвать», выполняя спецзадание по укрытию «груза».

— Урвать? Он так и сказал?

— Так точно, господин оберфюрер.

— Крайхен… — Бёме обратился к другому офицеру СД. — Вы все продумали? Как будем поступать с Роде?

— Господин оберфюрер, я думаю, что лучше всего было бы радикально решить этот вопрос. Тогда у нас не будет проблем…

— Вы рассуждаете не как опытный контрразведчик, а как старший вахмистр из четвертого полицейского ревира на Кайзерштрассе, тридцать восемь!