Операция "Фауст" - Евгений Федоровский

– Вы делаете больше, чем положено по контракту, Бер. Работаете даже вечером и ночью.

– Я никак не могу найти нужный вам сплав, чтобы не включать в него те же дефицитные никель и марганец.

– Я не о том. Почему вы, русские, не цените свободное время? Или это в вашем характере?

Бер не ответил.

– Господин капитан, другая камера тоже прохудилась? – крикнул Йошка, завинчивая гайки на заднем колесе.

– Да, черт побери!

– Залатать?

Айнбиндер посмотрел на часы:

– Давай! Мы все равно опоздали.

– Как здоровье господина Хохмайстера? – через некоторое время спросил Бер.

– С глаз повязку сняли, но пока неясно, будет ли он видеть… Хотелось бы доделать работу до его приезда.

– Беда в том, господин Айнбиндер, что мы стремимся совместить несовместимое. У нас есть басня о том, как лебедь, рак и щука взялись тянуть воз. Лебедь рвался в небо, рак пятился назад, щука тянула в воду… Мы с вами тоже пытаемся найти такой сплав, в котором уживались бы абсолютно противоположные качества – легкость, дешевизна и прочность.

– Последние испытания отнюдь не вызвали у меня восторга, – задумчиво произнес Айнбиндер. – Если три «фауста» из десяти будут взрываться в руках стрелков, нас объявят врагами рейха.

– Вам сделают снисхождение. Вы немец. Меня же посчитают агентом русских и вздернут на виселицу. – Бер выдавил нервный смешок.

Йошка заклеил и запасную камеру.

– Готово, господин капитан!

Айнбиндер протянул ему пачку дорогих сигарет «Даннвин», но Йошка отказался принять подарок:

– Извините, я курю «Драву». Если хотите отблагодарить, позвольте отвезти вас, куда прикажете. Соскучился по баранке.

– Хорошо, только за ворота, – согласился Айнбиндер.

Йошка завел мотор, плавно стронулся с места. Выехав на шоссе, он нажал на педаль тормоза. Айнбиндер открыл дверцу:

– Дальше поведу сам, а ты топай назад.

– Если понадоблюсь, готов услужить. – Йошка скользнул взглядом по каменному лицу Бера. – Знаете ли, господин капитан, пропадаю без дела. Не отдых, одно томление.

– Ладно, иди! – Айнбиндер занял место за рулем и рванул «опель» вперед.

Йошка пошел к флигелю. На душе стало поспокойней. Ему удалось подслушать важный разговор. Однако Павел, увидев беспечно шагавшего денщика, с деланным гневом спросил:

– Где ты пропадал?

– Выполнял приказание господина капитана, – вытянулся Йошка, крикнув достаточно громко, чтобы его ответ долетел до оттопыренных ушей Франца Штефи, вышедшего в сад к обычному месту перед мольбертом.

– Немедленно принимайся за уборку!

Они прошли к флигелю, остановились у черного входа. Здесь Йошка покаялся в проколе колес и рассказал об услышанном.

– Где нож? – спросил Павел.

Йошка вытащил свой складень.

– Сейчас же избавься от него!

Как понял Павел, Березенко вместе с Айнбиндером в лаборатории где-то за городом ведут доводку сплава для ствола «фаустпатрона», а конструктор Хохмайстер неизвестно от чего ослеп, но скоро должен приехать в Розенхейм. Если это тот самый Хохмайстер, с которым Павел встречался в Карлсхорсте в сороковом году, то дело принимает серьезный оборот.

Нависала угроза провала и в том случае, если кто-нибудь из обитателей пансиона видел из окон дома, как Йошка подходил к «опелю». Определить расположение окон в пансионе Павел поручил Нине.